Минут через пять поступило сообщение о подходе другой группы самолетов. Шестаков уменьшил диаметр своего круга вдвое. На этот раз он сумел увидеть цепочку раскрывающихся один за другим парашютов. Их купола высвечивались в отсветах разрывов бомб на земле. Сразу дал полный газ, развернулся и направил самолет с упреждением, экстраполировав траекторию движения немца по куполам парашютов. Он даже сумел увидеть красноватый отблеск отработанных газов, вырывающихся и выхлопных патрубков двигателей бомбера. Тот шел на полном газу, стремясь быстрее набрать высоту и нырнуть в облака. Сблизиться на расстояние открытия огня, однако, не удалось. Бомбардировщик пропал из виду. Продолжая преследование, влетел в облачный слой. Все ориентиры пропали. Лететь в слепую, без авиагоризонта, было полной глупостью. Дезориентированный вестибулярный аппарат в таких условиях выдавал ложную информацию. Думая, что летит горизонтально, летчик мог оказаться в любом положении относительно земли. Вплоть до перевернутого. Плавно отдав ручку от себя и сбросив газ, снижался, пока не увидел землю. Сориентировался и снова принялся виражить вокруг болота.
При подходе следующей группы самолетов к болоту корректировщик попытался навести Шестакова на цель. Но увидеть ничего не удалось. Корректировщик давал целеуказание только по азимуту. Информации по высоте цели он не имел. Радиолокатор высоту цели не выдавал. Вполне возможно, что эти немцы и не выходили из облаков и бросали груз вслепую. Несколько раз он замечал купола парашютов, один раз даже пришлось сманеврировать, чтобы не воткнуться в купол. 70 минут дежурства прошло, горючки оставалось на обратный путь с небольшим запасом. Пришлось возвращаться. Взяв обратный курс по компасу, предупредил диспетчера о возвращении. Через 11 минут увидел впереди отсвет аэродромного прожектора на облаках.
Остальные пары тоже сходили практически безрезультатно. Дважды удалось обстрелять немцев, прежде чем те нырнули в облака, но добиться поражения целей не позволила большая дистанция стрельбы. Этой ночью только старшему лейтенанту Коломийцу удалось свалить транспортник. Тот вывалился из облаков в стороне от болота, сориентировался по запускаемым немцами ракетам, и попытался разворотом, не входя в облака, вернуться на расчетную точку сброса. Вероятно, его пилот был новичком. Малая скорость транспортника позволила Коломийцу догнать и расстрелять его. Это была единственная удача. Другие немецкие летчики так не рисковали. Вывалившись на короткое время из облаков для ориентировки, они сразу же снова ныряли в облачный слой и сброс груза проводили уже вслепую.
На следующий день, собравшись все вместе, летчики ночной эскадрильи обсуждали неудачные результаты первой ночи. По результатам обсуждения Шестаков созвонился с руководством нижегородской бригады, и попросил, чтобы пункт наведения бригады старался вывести истребителей в хвост немцам. Тогда, при снижении под облака, немец окажется прямо по курсу впереди истребителя. На этом и порешили. Потом снова на двое суток зарядил снегопад.
Только 5-го ноября погода позволила вылететь. БАО успел прикатать снег на полосе. Шестаков опять был в первой паре. Безрезультатные кошки-мышки с немецкими летчиками уже по-настоящему озлобили всех пилотов, включая и самого командира. Поэтому, со второй попытки заметив огоньки выхлопов самолета, Лев Львович решил кончить его любой ценой. На дистанцию уверенного поражения он выйти снова не успел. Но, заметив начавшиеся колебания яркости выхлопных огоньков, свидетельствующие о том, что немец уже бреет нижнюю кромку облаков, он дал длинную очередь из пулеметов. Трассеры, мелькнувшие вдоль бортов, хотя бы напугали немца. Шестаков нырнул в облачность, тщательно выдерживая курс и тангаж. И еще несколько раз нажал на гашетку пулеметов. Трассы, видимо, прошли рядом с немцем и он их заметил. Решив оторваться от настырного русского, фашист нерасчетливо продолжал лезть вверх и вскоре вылетел за верхнюю грань облачного слоя. Оказалось, тот имел толщину всего метров 300–400. Выскочив из облака, летчик увидел немца почти прямо перед собой, и, чуть довернув, врезал по нему из пушки длинной очередью. Фашист, оказавшийся 88-ым юнкерсом, сразу вспыхнул и начал разваливаться.
Проскочивший вперед комполка огляделся. Звезд и луны над головой не оказалось. Все небо было затянуто светлой серой пеленой. А вот и звезды мелькнули в разрыве верхнего слоя облаков. Облачность оказалась двухслойной. Причем верхний слой был тонким и имел разрывы. Все вокруг казалось нереальным, залитым потусторонним рассеянным лунным светом. Голос корректировщика с КП бригады вернул Шестакова в кабину самолета. Еще три цели были слева впереди по курсу. Фрицы разворачивались на обратный курс после сброса грузов. Приглядевшись в указанном направлении, комполка заметил выхлопы еще одного самолета. Шестаков понял, что хитрые немцы с комфортом шли на цель в промежутке между облачными слоями. Так им не мешала болтанка, их не видели истребители, барражировавшие ниже нижнего и выше верхнего слоя облаков.
Ну, сволочи, на каждую хитрую задницу найдется свой прибор с винтом, подумал Лев Львович. Сейчас вы у меня огребете. Снарядов для пушки было еще много. Патронов к пулеметам, он чувствовал, оставалось совсем мало. Сблизившись со следующим немцем, от души врезал ему из пушки. Стрелок бомбера его заметил, только когда он открыл огонь, но сделать уже ничего не успел. По радио приказал Маслаченко пробивать нижнюю облачность и присоединяться к охоте. Корректировщик попытался навести Шестакова еще на один самолет, но не удачно. Зато Маслаченко свалил транспортника.
Горючка кончалась. Шестаков с напарником с чувством глубокого удовлетворения двинулись к дому. По пути связался с встречной парой и сообщил о немецкой хитрости. Приземлившись, несмотря на усталость, бегом рванул к штабу, чтобы передать по телефону про немецкую хитрость коллегам в полки ПВО. Радиопередачу мощной штабной рации могли перехватить немцы. Шестаков надеялся, что его радиокоманды напарникам радиоразведка противника не услышала, ввиду удаленности котла от основной линии фронта.
В эту ночь летчики — ночники повеселились на славу. Противник среагировал на изменения тактики истребителей только в 05 часов. К этому времени эскадрилья Шестакова свалила на землю еще четырех транспортников и трех бомберов. Летчики ПВО в эту ночь завалили семь самолетов. Такого разгрома немцев в ночное время не случалось еще никогда.
6-го числа летчики — ночники Шестакова сбили еще два самолета. 7-го и 8-го не летали из-за снегопада. А 9-го началось наступление прибалтийских фронтов. Наземные войска сперва разрезали котел с Гудерианом, а затем и вовсе ликвидировали его. 11-го ночная эскадрилья была расформирована. Летчики вернулись в свои полки. Командование оценило подработку подполковника Шестакова в качестве командира ночной эскадрильи еще одним орденом Красного Знамени.
1.6. От автора
На советско-германском фронте с середины октября по 6 ноября продолжалась вторая оперативная пауза, вызванная как осенней распутицей, так и необходимостью для обеих сторон пополнить и перегруппировать войска для зимней компании.
На зимнюю компанию Германия планировала наступательную операцию в Румынии и стратегическую оборону на всем остальном фронте. СССР собирался наступать на всех фронтах.
Рассмотрим соотношение сил, сложившееся на советско-германском фронте к началу ноября 1941 года. Расчет численности советских войск приведен в нижеследующей таблице.
Виды вооружений Состояние на 21.06.41 Состояние на 10.07.41 Потери на 30.10. 41 Пополнения на 30.10.41 Количество на 30.10.41
Количество дивизий 200 384 0 1 385
Количество личного состава 3 200 000 5 400 000 1 080 000 1 100 000 5 420 000
Танки и САУ 4 500 12 000 6 400 8 000 13 600
Боевые самолеты* 9 400 8 400 9 300 8 800 7 800
Орудия и минометы 60 000 115 000 18 900 48 000 143 000