«Все течет, все изменяется, — подумал я, — гипс был да весь вышел!»

— Она тоже шпионка, как и ты? — отвлекла меня от приятных мыслей Марго. — Никогда бы не подумала! Такой акцент натуральный!

— Гонорея сразу прошла? — перебил ее я.

— Да нет, через неделю. Мезин у меня кровь на анализ взял и сказал, что еще один укол надо сделать.

— Такой же болезненный?

— Вроде нет. А впрочем, не помню!

— Вы принимаете противозачаточные таблетки? — сменил я тему.

— А ты что, парниша, хочешь развлечься? Так не бойся, у меня спираль, это я, по-моему, уже рассказывала!

С этими словами она откинулась назад и широко развела ноги, обтянутые трико.

— Тогда для кого вы их покупали?

— Сначала сладкое, разговоры потом! — она приподняла свой упругий зад и начала стягивать трико.

— Вы хотите прямо здесь заразить меня смертельным вирусом, чтобы я потом всю жизнь, как ваш супруг, пил противозачаточные таблетки?!

Соблазнительница переменилась в лице:

— С чего ты взял, что Мезин принимал эти таблетки?!

— А вы думали кто?

— Он говорил, что тайком мышей ими кормит, чтобы Стив не разгадал его метод! Они работали с самцами, а на самом деле у мышей был гормональный фон самок.

— Все, что вы сейчас сказали, абсолютно верно, только относится отнюдь не к мышам, а к вашему дражайшему супругу! Извините за нескромный вопрос: когда вы последний раз занимались с ним сладеньким? — я кивнул на ее приспущенное трико.

Она тут же забралась с ногами на нары и прикрылась углом одеяла.

— Я бы советовал вам тоже принимать эти таблетки. Только высокий уровень женских гормонов может подавить вирус. Каждый раз, когда к вам приходят месячные, есть риск, что вирус выйдет из-под контроля, и тогда судьбы Михаила, Иманда, Герхарда и Сереги вам не избежать!

— А при чем здесь они?

— Как при чем?! Это же вы их убили!

Мезина забилась в угол.

— Они сами себя убили! — выкрикнула она.

— Да нет, дорогуша, их убил вирус, живущий в вас! Неужели вы ни разу не задумывались, отчего все ваши любовники закончили жизнь так, как они ее закончили? Пока вы под одеялом боролись с очередной жертвой своих плотских желаний, жертва предыдущая боролась с желанием наложить на себя руки!

Мезина сидела бледная, губы ее дрожали, она не переставая мотала головой.

— Куда вы дели бумаги из секретера убитого вами журналиста? — нагнетал я.

— Я не знаю ни о каких бумагах!

— Кого ты покрываешь? — я встал и навис над ней. — Того, кто в слепой ревности вместо антибиотика ввел тебе смертоносный вирус? Ты была для него подопытным кроликом!

— Неправда! Он любит меня до безумия!

— Тут ты права, он действительно безумец! Заразив тебя, он убил четырех человек! Но судьба поглумилась над ним. Однажды порвался презерватив! Это ты тоже нам рассказывала! Вспоминай!

Ужас отобразился на ее лице.

— Вижу, что вспомнила! Ведь именно тогда он впервые попросил привезти ему противозачаточные таблетки и стал пропадать целыми днями в лаборатории?

Марго затравленно кивнула.

— Я был в его лаборатории. Он отчаянно пытается вырастить культуру для антител против этого вируса, пока полностью не превратился в женщину! — Я наклонился к ней и прошептал. — Как ты думаешь, когда ему это удастся, он вылечит тебя или будет продолжать над тобой свои эксперименты?!

Я схватил ее за руку и задрал рукав.

— Комендант думал, что ты наркотиками балуешься! А я подозреваю, что это Мезин на тебе свои антитела испытывает!

— Нет! — заплакала она. — Мезин у меня в крови клещевой энцефалит нашел и сказал, что надо курс лечения пройти, а то мозги размякнут!

— Похоже, мозг у тебя уже размяк, если ты не понимаешь, что у тебя только один путь к спасению — узнать, что из себя этот вирус представляет! Куда ты дела листок с генетическим кодом вируса из квартиры журналиста?!

— Неправда! Это был генетический код белка агрессии, который Мезин хочет продать американцам!

— Твой Мезин — хороший сказочник! Где этот код?

— Мезин его сжег, — прошептала она.

— А копии? Не может же он помнить весь код!

— Весь код и не нужен, — Марго отрешенно смотрела перед собой, — он сказал, что достаточно запомнить только праймеры, восемь первых и шесть последних олигонуклеотидов, а по ним можно восстановить всю ДНК белка агрессии, то есть вируса.

«Поездки в Питер не избежать!» — Я выходил от Марго с двояким чувством.

С одной стороны, задача значительно усложнилась: Мезин хорошо застраховал свою монополию на вирус, а с другой стороны, я скоро увижу Танюшку!..

В Пулково у трапа меня встречал заместитель Спиридона, капитан первого ранга Сысоев.

— Почту за честь первым пожать руку! — прокричал он сквозь шум самолетов. — Надеюсь, сибирский вирус от тебя не подцеплю!

«Умеет Спиридон подбирать себе команду! — подумал я, улыбаясь в ответ. — Будет у нас в лаборатории хохмач на хохмаче!»

— Не успел Лев Вадимович на должность заступить, как наш отдел прогремел на всю систему! — на ходу рассказывал он, ведя меня к машине. — Ваш специалист, говорят, раскрыл заговор с инопланетным вирусом! Фээсбэшники пытали нас, кто ты да что ты, а нам откуда знать, мы тебя и в глаза-то не видели! Хорошо командир наш умеет туману напустить. Типа мой ученик, тайное задание, гриф совершенно секретно! В общем, нашему отделу лавры, а тебе внеочередное звание! Адмирал доволен, что Льва Вадимовича к себе сманил. Теперь новую лабораторию под твой вирус дадут! Правда, потягаться с военно-медицинской академией придется. Они кричат, что это вирус Светлова и что именно они должны продолжать его дело! — залпом выдал все новости Сысоев.

— Вирус действительно Светлов открыл, — охладил я его пыл. — Да и разрабатывать пока нечего. Вирус сначала добыть надо!

— Добудем! Сейчас мы в отдел на летучку, потом обед и в Петергоф! Командир сказал, что у тебя времени в обрез.

— Ну ты и кашу заварил, чертяка! — обнял меня Спиридон. — Я тут голову ломал, как тебя без конкурса в штат лаборатории пропихнуть, а ты сам себе дорогу протоптал! Даже не протоптал — бульдозером продрал! Вот уж воистину, спасание утопающих — дело рук самих утопающих!

— Какие у нас полномочия? — сразу приступил я к делу. — Вы понимаете, что Белкину надо сажать на карантин? Волны большие не пойдут? Ректор все-таки!

— У нас хороший волнорез. Операцию «Фаг» курируют на самом верху, так что делай, как считаешь нужным, ты видел последствия вируса своими глазами, тебе и решать!

Во время обеда кусок не лез мне в горло. То ли волновался перед операцией «Белка» — так я предложил назвать ее на летучке, — то ли успел привыкнуть к стряпне Мишель.

Две неприметные газели подъезжали к университету с тыла, через поселок Тимяшкино. У Танюшкиного дома я попросил притормозить. На цепи лаял Тоби. Жигуленка во дворе не было. Я прошелся под окошками, потрепал холку подросшему псу и вернулся ни с чем. Дома никого не было.

Сквозь лобовое стекло газели надвигались здания университета. Я вспомнил, как чуть больше месяца назад я видел те же здания, только из окна Танюшкиной спальни, и тогда они казались мне непроходимыми торосами.

— Вы кто? — поднялась нам навстречу пухленькая секретарша ректора.

— Капитан первого ранга Сысоев. Северо-западный отдел по борьбе с биотерроризмом. Со мной старший лейтенант Федотов, командир секции вирусологии, и его спецотряд. Прибыли для выемки особо опасного биологического материала!

Я вышел из-за спины каперанга и подмигнул Маришке.

— Федот, да не тот! — пробормотала она ошарашенно.

Когда Сысоев скрылся в кабинете Белкиной, Маришка подскочила ко мне и на глазах у изумленных матросов треснула каким-то журналом по новенькому кителю:

— Так ты спал со мной по долгу службы, чтобы Белкины секреты выведать!

— Конечно, нет! — я отступил назад. — По приказу Родины!

— Убью! — знакомый плутоватый огонек блеснул в ее глазах.

— Смотри! Я при исполнении! Еще один шаг, и мои матросы начнут стрелять!