«Наша Пышка должна знать! Все приказы печатает она! Да и ни один слух мимо нее не проходит».

Когда я влетел в приемную, Маришка аппетитно уписывала эклер.

— Марина Георгиевна! У вас есть пара минут?

— Шурик?! — удивилась она. — Для тебя? Больше, чем пара, много больше! Я вся ваша! — она эротично облизала нижнюю губу и медленно погрузила эклер в ярко накрашенный рот.

— Ну, Марина Георгиевна!

— Шурик, ну какая Марина Георгиевна? Для тебя я просто Маришка!

«Бабе под сорок, а она все Маришка! — закипело внутри. — Уж коли на то пошло, тогда Маришища!»

Тут я был неправ. Полнота ее совсем не портила и распространялась исключительно на тело, оставляя довольно милую мордашку без второго подбородка.

Сердиться, глядя на нее, было нельзя, и я тут же остыл.

— Маришка, что происходит? — перешел я на шепот, поглядывая на дверь с золоченой табличкой «Зав. кафедрой генной инженерии, профессор Белкина Галина Афанасьевна». — До меня доходят непонятные слухи!

— Слухи — моя стихия! — она поманила меня пухленькой ручкой и тоже перешла на шепот. — Что тебя интересует?

— Не что, а кто! — я оперся о стол и наклонился к ней. — Меня я интересую! Меня что, увольняют?

— Ни в коем случае! Бог с тобой! — отмахнулась она и хотела еще что-то сказать, но вместо слов положила липкую от пирожного ладошку мне на руку. — Знаешь, что? А пригласи-ка ты даму в ресторан, а я до вечера все разузнаю!

«Наверняка, и так все знает!» — мой взгляд остановился на ее декольте.

Я стоял так близко, что видел чуть больше, чем положено по этикету. Настоящий джентльмен на моем месте отшагнул бы назад. Хотя вряд ли! Посмотреть было на что!

— Ну так как насчет ресторана? — она подняла голову и, поймав мой взгляд, толкнула плечиком в живот.

Содержимое декольте аппетитно заколыхалось. Я нервно сглотнул.

— Годится! — сказал я, не задумываясь, что могу быть истолкован двояко. — Жду тебя после работы в вестибюле.

— После моей работы! — уточнила Маришка. — А то я тебя знаю! Торчишь в своей лаборатории до ночи!

Ресторан встретил полумраком и своим евродизайном смахивал на выборгский, куда нас с Андрюхой водили финны. Вдоль стен тянулись четырехместные кабинки с узким столом и двумя лавками в каждой. Центр полутемного зала был занят обычными столами, не оставляя места для танцпола.

«Хоть что-то! — внутреннее напряжение немного ослабло. — Обойдемся без танцев!»

По ресторанам я не ходил, цен не знал и поэтому весь путь до самой дальней кабинки, выбранной Маришкой, заметно нервничал. Однако, открыв меню, успокоился: денег, что я успел назанимать, должно было хватить.

— Полагаюсь на ваш вкус! — бросил я севшей напротив Маришке.

— Ты забыл наш уговор? — она легонько пнула меня под столом.

— Ты, ты! — поправился я. — Ты выбрала хорошее место. Здесь нас никто не услышит!

— И не увидит! — подмигнула она. — Что будем пить?

— На твое усмотрение, — а сам подумал: «Лишь бы что-нибудь легкое, а то я не выпивал с последнего Нового Года».

— Тогда красное сухое!

— Тогда мне кока-колы!

— Ты что, не пьешь? — бровь Маришки поползла вверх.

— Не пью! Из мелкой посуды!

Она с облегчением рассмеялась.

— А то я уже подумала, что мне придется выпить всю бутылку самой и тогда я не смогу постоять за свою честь!

— Не переживай за свою честь! — я чуть опять ей не выкнул. — По крайней мере пока! — я принял правила игры и не стал лишать ее надежды. — А стоять за честь — это работа одной из частей мужского арсенала! — подлил я масла в огонь, упирая на слово «стоять».

— Шурик, ты душка!

Вино принесли раньше еды, и на голодный желудок наше сближение шло ускоренными темпами. Я уже вовсю тыкал Маришке и ни разу не сорвался на «вы». По моей методе мы разбавляли «сухарь» кока-колой, и получавшееся «шампанское» пилось легко. Не знаю, чем бы закончилась наша маленькая попойка, если бы вовремя не принесли жаркое с телятиной в грибном соусе. Начинавший выходить за рамки приличия громкий хохот в нашем углу смолк.

— Давай о деле! — предложил я, когда заглотил половину тарелки. — Что происходит в нашем королевстве?

— Все то же! Королева нашла нового принца.

— Королева — это Белкина что ли?

— Белка, Белка! Называй вещи своими именами. Не на кафедре!

— А что за принц?

— Ну, не прикидывайся, будто не знаешь нашего красавчика!

— Красавчика? — я смотрел на нее полными недоумения глазами.

— Ну, ты прямо как бычок на веревочке! — она погладила меня по щеке. — Его ведут на бойню, а он глазами хлопает!

«Вот и она туда же! На бойню! Что они все, сговорились, что ли?»

— Шефиня наша играет в эстрадную звезду. Самой под полтинник, а ухажеров старше двадцати пяти я у нее еще не видела! Хотя вру! Последний уже стал переростком, так она его в Сибирь-матушку сплавила!

— В Сибирь? Погоди, это Юрика, что ли? Так он же сам сбежал, от долгов! Я тебе по секрету скажу, он мне кучу денег должен!

— Кто это тебе такой лапши на уши навешал?

— Так Галина Афанасьевна и сказала. Белка то есть.

— Белка?! Да она сама этому бездарю почти полгода место в академгородке выбивала!

— Как полгода?! Да она же мне… — я осекся и замолчал.

Маришка с жалостью посмотрела не меня, как будто знала всю нашу подноготную.

— Давай выпьем! За то, чтобы всем воздалось по трудам их!

— Давай! — Я разом хлопнул полный фужер нашего «шампусика». — Да, кинули меня капитально! Так что? Теперь я Белкиной не нужен? — вернулся я к животрепещущей теме.

— Ты что, смеешься! А кто же у нас тогда науку будет двигать?

— Наш новый ассистент кафедры! По словам шефини, он будущее светило мировой науки! — Я никак не мог заставить себя называть ее Белкой, все-таки она была моим научным руководителем.

— Не знаю, светило ли он для науки, а для нее он точно свет в оконце! Кстати, он, как и ты, не имеет «волосатой лапы», но поверь мне, оставили его на кафедре не как лучшего студента и не за креативные идеи!

— За красивые глазки, что ли?! — не верил я своей догадке.

— Все же понимаешь с полуслова! — Маришка снова погладила меня по щеке. — Ты же такой умненький, как же ты не понял, что бежать тебе надо из этого гадюшника!

— А мои глазки, что, не красивые? Три года назад я тоже был молоденьким ассистентом! Что же Белкина не запала на меня?

Я вспомнил, как впервые увидел свою будущую руководительницу. Она сидела за столом в строгом приталенном пиджаке и газовой блузке с рюшечками на шее. Каждый раз, когда она перекладывала какие-то бумаги, из-под пиджака выглядывали лямочки лифчика, хорошо видимые сквозь прозрачную ткань. Про объем ее груди я вообще молчу. Мне стоило большого труда не коситься на нее во время собеседования. А когда она меня провожала, я с удивлением отметил стройную для такой груди фигуру, подчеркнутую точеными ногами на высоких каблуках. В общем, в тот момент я бы тоже променял свои «красивые глазки» на покровительство такой женщины!

— Достаточно того, что твои глазки сводят с ума меня! — вывела меня из задумчивости Маришка и, совсем обнаглев, провела указательными пальцами по моим бровям. — А «молоденьким ассистентом» ты себе льстишь. Я же читала твою анкету. Сначала наше медучилище, потом три года фельдшером на флоте. Так?

Я молча кивнул, уже ничему не удивляясь. Похоже, эта женщина знала все. Вот на кого нужно было выходить сегодняшнему детективу!

— Теперь университет, — деловито продолжала Маришка. — Ты за последние пять лет брал два академических отпуска по году каждый! Брал, я спрашиваю? По уходу за матерью, по-моему? Брал?

— Брал, брал! Ну, ты же понимаешь, что «уход за матерью» был официальный отмаз.

— Тогда зачем?!

— Это засекреченная информация! — я приложил палец к губам и потыкал им в потолок.

Ну, в самом деле, не рассказывать же ей, что нам с матерью попросту было не прожить на ее пенсию и мою стипендию, и что я уходил в леса водить своих финнов по Карелии.