Демон, видимо, ожидал моего страха, бегства и, столкнувшись с безразличием, был явно недоволен. Он дернулся и попробовал подойти ко мне. Но его время было упущено. Руны крепко приковали лапы к земле, и я спокойно продолжала работать. Больше не было нужды следить за монстром. С этим прекрасно справлялся Леон. Зависнув за моим плечом, он тихо комментировал попытки твари вырваться и подбадривал, хваля мою работу.

Печать удержания, что я сейчас создавала, порабощала силы демона, освобождая остатки изувеченной души. Запечатанная сила превращалась в оружие. Чувствуя приближение скверны и любой магии Алого Ворона, нацеленной на причинение вреда, печать активировала и выпускала эту силу для уничтожения угрозы. Раньше печати замуровывали самого демона, и если её разбивали, то выпускали демона обратно. Я такого допустить не могла и при помощи родовых рун и крови изменила печать. Теперь, при запечатывании сил, я освобождала остатки души, даря ей покой и забвение. Поначалу я хотела спасать эти покалеченные души, но Тьма и её сподвижники настолько их изувечили, что, даже получая свободу от дьявольского тела, души продолжали страдать и мучиться.

Дикий рев ярости был так громок, что на мгновение я перестала слышать свои мысли. Земля заходила волнами под ногами демона, но, оценив расстояние между нами, я продолжила свою работу.

"Силен, — хмыкнул Леон, — но не сильней тебя. Осталось немного. Ты справишься".

Это был не первый старший демон, что я запечатывала, и поддержка Леона давала сил и веры сохранять спокойствие. Единственное, о чем я переживала — два старших демона где-то рядом. И хотя о них есть кому позаботиться, все же стоило поторопиться и доделать печать, чтобы помощь пришла Заре или Раму.

Демон ревел все громче. Осознав, что не может тронуться с места, начал швырять в меня огненные шары и оружие. Руна неприкосновенности, проявившись при прямой атаке, все это нейтрализовала. Все же я глава, как-никак и умею ставить защиту не хуже храмовников.

Я не была сильной физически, уставала от долгих переходов и ведро с водой поднимала с трудом. Но вкачивать силу в магические заклинания у меня получалось безгранично. Ведь моим источником магии был сам мир. Соблюдение концентрации и спокойствия давали мне всё что нужно для работы. Но не полную уязвимость от непредвиденных действий. Осознав, что не может достать меня своей скверной, демон сделал то, чего я не ожидала. Сформировав в своих лапах металлические диски, он ударил ими по своим ногам. Обрубая свои ступни и опираясь на руки, пополз ко мне. Руна неприкосновенности защищала от неживых объектов, но она не была единственной в моей защите. Руны силового поля стали несколькими куполами на встрече приближающегося монстра. Заметив, с какой легкостью демон разнес первые два, Леон поторопил меня. Предупреждая, что до меня он доберется быстрей, чем мы ожидали.

Заморачиваться рунами удержания уже было не к месту. Потому, следуя командам Леона, стала осторожно пятится назад, продолжая выписывать порезанным пальцем руны на печати. А демон продолжал ползти. Я отправляла две руны поля, он пробивал три, я делала два шага назад, он приближался на три. Наше столкновение становилось неизбежным, но это не пугало. Леон следил за всем и был уверен, как и я, печать поглотит тело монстра раньше, чем он сможет убить меня. Ведь самую сильную руну защиты я еще не использовала, и приближение монстра мы допускали осознанно.

Мне оставалось дописать три руны, когда демон подобрался ко мне вплотную. За время своего преследования он срастил свои ноги вместе и удлинил их, превращая в хвост. С такой метаморфной магией я столкнулась впервые, но она не была причиной останавливаться. На последнее поле защиты демон обрушил всю свою силу. Купол дрогнул, но выдержал. Осталось две руны и все будет кончено. Душа, уже чувствуя воздействие печати, рвалась из проклятого тела, и демон зарычал. Его тело пошло обрастать острыми шипами, и он стал пытаться пробить ими защиту.

- Мама! – испуганный голос Алана заставил меня вздрогнуть и на секунду потерять концентрацию.

Острый шип, уловив этот момент, прорвал защиту, острым копьем пробивая предплечье. Мое тело дернули вверх, кровь теплой волной потекла по телу, а скверна, как чернила, стала растекаться в теле, пытаясь добраться до сердца.

"Не останавливайся!" - Вскричал Леон и тем самым сохранил мое сознание в теле.

Дописав вторую руну, обернулась. Алана уносил Кален. Схватив сына в охапку, бегом нёсся к дому. Видя, как в ужасе мой мальчик смотрит на пронзенное плечо, хотела крикнуть, что все хорошо. Но не успела. Заметив, как демон разевает под моими ногами пасть, сын закричал от ужаса.

Прорыв его родовой печати я ощутила сразу. Она словно взрывной волной заставила демона отодвинуться на пару метров. Оглушенный Кален рухнул на землю, а Алан, выбравшись из-под него, тяжело дышал, находясь в шоке от внезапного прилива родовых сил. Третья, последняя руна встала на свое место, и тело демона дернулось пылью, истончаясь и выпуская на волю порабощенную душу. Светлый огонек, поднявшись к небу, впитался в солнечные лучи и пропал, а печать засветилась, заискрила и выпустила из своих недр золотого зверя, что рванул в сторону реки.

Исчезнувший шип, заставил мое тело упасть на землю, но, когда я подняла голову, проверяя, где сын, увидела рядом с ним РамХана и спешащего к ним храмовника.

Начертав руну очищения, послала её в рану и тут же оказалась в объятьях РамХана.

- Алан…

- Он в безопасности.

- Зара…

- Тоже. Печать сработала, они уже спешат к нам.

- Алан сорвал печать…

- Литэя! – Рам рыкнул повторяя эмоции Леона, от нервозности забывая свое глупое обращение «госпожа». — Займись исцелением!

- Да…

Тело наливалось тяжестью. Выброс сил при создании печати и противоборству попавшей в кровь скверны полностью опустошил меня. От этого стало мутиться сознание, но я успела разглядеть подскочившую ко мне Зару, что дала мне в лоб крепким зарядом усыпления и восстановления. Ну, как с ребенком, ей-богу.

Леон Де Калиар

Мы были на плацу. Погода была великолепная. Ной и Шан гоняли молодняк, делясь опытом сражений с демонами. Нолан крутился рядом и, вооружившись деревянным мечом, пытался повторить увиденное. Я поправлял его, когда это было необходимо, и наслаждался покоем. Литэя невидимым облаком застыла за спиной. Последнее время она была более тихой. Возможно потому, что угрозы ни от демонов, ни от знати не ожидалось, и она отдыхала, как и я. И всё же я ловил себя на мысли, что прислушиваюсь к её настроению и нет-нет да окликаю, проверяя, рядом ли жена.

Волна страха и паники неожиданно заставила задержать дыхание и натянуть родовую связь. Младший был в опасности! Я растерянно взирал на Нолана, а тот продолжал размахивать мечом, ни страха, ни паники не выказывая даже намеком. Сконцентрировавшись, осознал, что центр волны находится очень далеко и за раз туда не перебраться. Крикнув своим присмотреть за племянником, открыл портал и вошел в первый переход.

- Младший в беде! — доносились отголоски по родовой связи.

- Нолан в порядке, — отозвался я дальней родне, а сам прыгнул еще дальше.

Новый переход и новые мысли родни. Кто этот младший? Кто обладает такой силой, что всколыхнул всю родню. Братьям отца устроили допрос. Сам герцог рявкнул, что не изменял жене и бастардов у него нет. Связь с младшим оборвалась резко, начисто пропадая, не оставляя даже следов. Выпрыгивая из портала, я ожидал увидеть труп ребенка, но оказался на деревенской площади, где растерянно бродили люди. Виднелись разноцветные флажки и перевернутые лавки с товаром. Здесь явно была ярмарка, которая закончилась не слишком хорошо. В удалении сверкала печать защиты, явно установленная совсем недавно.

- Леон! – и минуты не прошло, как отец нагнал меня. Видимо, тоже почувствовал обрыв связи. - Где он?

- Трупов нет, — хмуро заявил я, оглядываясь. Заметив храмовника, застывшего у золотой печати, направился к нему. Отец не отставал ни на шаг.