Барьер пал. Свет, опаляющий небо, пропал, на мгновение погружая весь окружающий мир в темноту, и тут же яркой вспышкой загорелись две звезды. Алая и Белая. Они, летая по небу, сталкивались друг с другом и от этого наполняли пространство яркими искрами и светом. Сила бурлила во мне, умом я понимала, что надо приступать к созданию барьера. Тем более Мирран прислал сообщение Леону о приближении вражеского флота.

Вот только наблюдая за столкновением двух звезд, весь мир вокруг меня замер, и сердце сжалось. Чья сила в небе одержит победу? Неожиданно, кристалл, переданный отцом, нагрелся, и вокруг меня засверкали несколько десятков белых звезд. Одна из них, сверкнув, ускорила свой полет и усилила атаки на алую звезду. А за ней двинулись еще несколько, и в небе разразилось настоящее сражение. Белые звезды окружили алую и, казалось, выбивали из нее все ее силы.

Это зрелище завораживало, лишало возможности сконцентрироваться и начать сотворение барьера. Я обернулась к Белому Волку, ища поддержки, но тот, как и я, завороженно смотрел в небо, и когда после особо яркой вспышки алая звезда исчезла, с его губ сорвалось:

- Душа моя…

И столько было в этих словах силы и нежности, что открывшийся поток Благости чуть не снес меня. Пронзая мое тело, стекая с моих рук в морские волны, что стали подниматься вокруг меня, разделил мою душу и физическое тело. И если тело служило проводником для энергии и заливало светом все пространство вокруг, то душа, сносимая этим невероятным потоком, отделилась от тела и уносилась прочь. Я становилась частью барьера и не могла противостоять этому потоку. Слишком сильный он был и нескончаемый.

Леон Де Калиар

Старый барон, превратившийся в сломанного человека, сжался на песке, а любимая, забрав у него кристалл, с улыбкой устремилась к воде. Я столько раз слышал о силе Благости, вспоминал ее через отголоски подаренной памяти, и все же, ощутив поток, был потрясен его мощью.

Барьер пал. На мгновение, ослепив всех, подарил невероятное зрелище. Противостояние двух звезд, явно вырвавшиеся из застенок барьера. Не заметив действие Литэи, только увидел, как от нее сорвалось еще несколько белых звезд и противостояние усилилось. Искры освещали все вокруг, и победа была явно за светлой энергией. Алая звезда, не выдержав последнего столкновения, вспыхнула россыпью кровавого марева и исчезла, слившись с одной из белых звезд.

Исчезновение алой звезды всколыхнуло мир. Со стороны бывшей границы барьера пронесся тяжелый вой! И морские воды наполнились светом, что, отгоняя ночные сумерки, подсветил приближающийся флот детей Ворона. Волны вздыбились. Ловушки людей Синего генерала срабатывали одна за другой, небо осветили с десяток мощных боевых заклинаний, и те устремились на корабли Воронят.

И все же, мы не были готовы к контр атаке. Несколько кораблей, благодаря нам потонули, но остальные сформировали темное полотно, что серпом прошлось по заклинаниям, направленным на их уничтожение и, развеяв наши ловушки, двинулись на нас. Стремительность происходящего выбило из колеи, но мелькнувшие в воздухе защитники Алирантов смогли задержать несущуюся на нас смерть и покрошить ее на несколько кусков, что, потеряв свою целостность, быстро рассеялись, а свет, поднимающийся от морских волн, ускорил их разрушение.

Прежде чем броситься в бой, я взглянул на Литэю. Закрыв глаза она сияла внутренним светом, от которого заболели глаза. Метка опасности молчала и, отдав приказ на нападение, я первым повел своих людей в бой.

Корабли Воронят налетали на установленные ранее платформы. Стеклянные сосуды при действии определенной энергии становились хрупкими, этим и воспользовались наши маги, создавая платформы. Мы бросились вперед, добивая тех, кто пытался выползти из моря. Но морские чудовища, сопровождавшие корабли, так же атаковали нас, прикрывая и спасая своих хозяев. Несколько демонов алыми вспышками проявились на кораблях, привнося большую сумятицу и отвлекая внимание от черных магов.

Но демоноборцы, уже не один год сражаясь со скверной, знали, кто их истинный враг и, отдавая монстров и демонов людям Миррана, сами атаковали черных магов, призывающих своих слуг на защиту. Темнота ночи отступала. Свет, исходящий от вод Материнского приюта, делал море прозрачным, и скрытые в них чудовища были отчетливо видны.

Сила Благости наполняла пространство и, отвлекая детей Ворона, придавала сил. Но свет так же помог увидеть, как основные силы темного флота неизбежно приближаются, и Тьма, затаившаяся на их палубах, затемняет свет, создаваемый Литэей.

Ариан из рода Белого Волка

Только ступив на берег Материнского Приюта, я осознал, что прибыл сюда последним. Подбиваемые ветром развивались стяги Де Калиаров, Чернокрылов, красовались знамена Синего генерала и даже королевская армия выступала поддержкой этих семей, а не основным составом. Болью резанули стяги Де Орнуэлов, войны держались особняком, словно подчеркивая свою независимость от короны. Олессия явно была среди них.

Первым желанием было заявить о себе. Потребовать право управления армией, но я отступил. Призвав оружие, закрыл лицо. Стер королевский герб, и убрав волосы под шлем, одним из рядовых встал в строй формировавшегося отряда. Храмовник раздавал амулеты защиты, объяснял, как они работают, и обещал поддержку. Хотелось схватить амулет и броситься прочь. Увидеть Олесию и отдать ей амулет. Остаться с ней рядом и убедиться, что никто не посмеет навредить ей. Но сдержался, понимая, что любимая не простит так просто, и я банально потеряю время.

Олессия столько лет была рядом, пыталась остановить мое падение, а я не слушал. Мое место в строю рядом с ней я должен заслужить. Здесь и сейчас я простой человек, желающий защитить свой мир и страну, дорогих мне людей. Алирантов?

Лео и Литэю невозможно было не заметить. Вся сила сейчас роилась вокруг них. И ревнивые шепотки тут же растревожили сердце. Они метят на твое место, они желают сами встать у трона… Что ж, пускай. Если им удалось объединить столько людей. Вдохновить их на борьбу. Я пойду с ними, встану за их плечом и никогда не позволю больше власти туманить мой рассудок.

От этого решения стало легче на душе, и когда барьер пал, оказался среди тех немногих, что перешли на площадки, и встретил лицом к лицу темных магов. Первое же сопротивление и меня выкинуло прочь. Храмовник зарядил артефакт защиты и махнул рукой на открытый портал, призывая вернуться в бой.

Я вновь шагнул и вновь был отброшен защитой назад. Прозябая на троне, я забыл, как сражаться. Забыл, что значит вести за собой людей, что значит быть хранителем этих земель. Храмовник вновь коснулся моего амулета, и, сосредоточившись, я вновь рванул в портал. И снова сила сохранения отбросила меня назад. Всё, что я увидел это затаившегося темного мага, что засел у портала и глушил малейшие проявления магии, отсекая тем самым приход помощи тем, кто сражался на платформах.

Храмовник спокойно потянулся рукой к моему амулету, но я сорвал его с шеи и рванул в портал. Страх смерти сделал то, что не удавалось защите. Активировал все скрытые и забытые в теле ресурсы. Подбросив магией тело в воздух, смог атаковать скрытого мага, достав его заклинанием. С удовольствием заметил, как с его губ закапала черная кровь, больше похожая на скверну.

Мир вокруг сиял, наполняемый энергией женщины, что стояла в морских водах. Эта сила проходила мурашками по всему телу, будила давно забытые воспоминания и силы. Издав боевой клич, я кинулся в гущу событий. Свет помогал различать детей Волка и Ворона. Алые и белые ауры словно помечали мои цели. Демоны черным пламенем взывали к силе, сокрытой в моем теле, и призывали скорей уничтожить их и не пустить на мои земли.

Но я был слаб, столько лет просидеть на троне и думать только о наследии… Неудивительно, что первая же серьезная стычка закончилась для меня острым мечом, пропоровшим тело. Алые сполохи демонского огня заплясали на одежде, угрожая окончить мою жизнь без сопротивления. Недовольно зарычав на самого себя из-за такой слабости, услышал, как незнакомый голос спросил у меня за спиной: