Он не сказал ни слова.

Возможно, маска скрывала особенно глупое лицо. Возможно, у бело-синих имелся приказ уничтожать всех неизвестных. На итог это уже не влияло.

Я дал ему возможность остановиться.

Он решил потратить её на третий удар.

Копьё разделилось в воздухе на девять световых образов. Они разошлись веером, закрывая пространство между руинами. Настоящее оружие пряталось среди проекций. Даже духовное восприятие различало их с трудом: каждый образ нёс часть ауры владельца и отзывался одинаковым холодом.

Неплохая техника.

Я отступил к упавшей колонне и поднял обе руки.

Кристаллизация Духа отозвалась знакомым холодом внутри сознания. Над плечами возникли двенадцать полупрозрачных стрел. За годы практики мне больше не приходилось создавать каждую отдельно. Они рождались из одной структуры, а затем расходились самостоятельными потоками, подчиняясь отдельным мыслям.

Девять копий ударили.

Двенадцать стрел встретили их.

Произошел мощнейший взрыв энергии. Семь образов копья рассыпались. Восьмой отвёл две стрелы и исчез. Настоящее оружие пробило третью, изменило направление и полетело мне в грудь.

Я позволил ему приблизиться.

В последний момент одна из оставшихся стрел ударила в древко сбоку. Копьё качнулось, прошло вдоль рёбер и распороло одежду, не достав до кожи.

Остальные сгустки обогнули оружие и устремились к противнику.

Человек в маске скрестил руки. Перед ним возник овальный щит из плотного льда. Первые три стрелы разбились. Четвёртая оставила трещину. Пятая прошла внутрь и заставила его голову дёрнуться.

Кристаллизация Духа поражала сознание сильнее плоти. Удар оказался недостаточным, чтобы вывести культиватора четырнадцатого уровня из боя, зато на один короткий вдох его восприятие потеряло ясность.

Мне хватило.

Призрачный Шаг сломал расстояние.

Я оказался перед ним в тот момент, когда ледяной щит начал распадаться. Он почувствовал опасность и потянулся за копьём. Оружие уже возвращалось, но находилось слишком далеко.

Моя ладонь легла ему на живот.

Третий этап Длани Небес позволял соединять технику со стихиями. Сейчас мне не требовались огонь, вода или тяжесть земли. Я собрал чистую Ци в узкий направленный удар и выпустил её внутрь.

Защитный слой на одежде вспыхнул.

И погас.

Сила прошла сквозь мышцы и ударила точно в нижний даньтянь.

Раздался звук, похожий на хруст тонкого стекла.

Тело противника выгнулось. Из-под маски вырвался крик, оборвавшийся влажным хрипом. Копьё упало в нескольких шагах. Вся собранная им Ци разом потеряла основание, хлынула по меридианам в обратном направлении и начала вырываться наружу через кожу.

Я отступил.

Человек рухнул на колени.

Белая маска треснула у подбородка. Пальцы вцепились в живот, словно он мог удержать ими разрушенный даньтянь. Аура четырнадцатого уровня быстро распадалась. Ещё несколько вдохов назад передо мной стоял культиватор на вершине стадии Концентрации Ци. Теперь от всей его силы оставались беспорядочные потоки, которые уже никогда не соберутся обратно.

Он поднял голову.

— Кто… ты такой?

Голос оказался молодым.

Я посмотрел на копьё, на разрушенную стену и тонкий порез на своей одежде.

— Теперь это уже не важно. Вопросы стоило задавать раньше.

Два пальца коснулись края его маски.

Короткая Стрела Души вошла в висок почти без света. Тело обмякло и завалилось набок.

Я задержался рядом на один вдох.

Жалости не возникло. Только раздражение от бессмысленности произошедшего. Мы могли разойтись. Я предлагал. Он выбрал войну раньше, чем узнал, с кем разговаривает.

Я это понимаю. Так почему на душе так погано?

Впрочем, это уже неважно…

Вокруг лежали тысячи людей, совершивших ту же ошибку.

Я снял с мертвеца пространственный мешочек, забрал копьё и проверил одежду. Бело-синий внешний халат оказался почти целым. След моей ладони находился ниже пояса и скрывался широким поясом. Маска треснула только снизу; если закрепить её плотнее, повреждение было почти незаметно.

— Ши Юэ, — позвал я. — Хватит заниматься своими делами. Разберись с телом.

Ответ пришёл из тени у стены.

Чёрная поверхность дрогнула, будто по ней прошла рябь. Из неё медленно поднялся Ши Юэ. Сначала появился округлый верх, затем остальное тело вытекло наружу густой массой.

Я молча смотрел на него.

Ши Юэ замер.

Через связь пришла невинность.

Очень тщательно изображённая невинность существа, которое только что занималась сомнительными делами.

И будто подтверждая мои мысли, Ши Юэ выбросил из себя с десяток пространственных мешочков.

— Ты где их взял?

Он развернулся в сторону поля боя.

В нескольких ли лежал мёртвый культиватор в чёрно-красном. Его пояс был разрезан. Ещё дальше бело-синий ученик валялся под обломком плиты. На поясе у него тоже ничего не осталось.

— Я просил держаться рядом.

Ши Юэ передал уверенное ощущение, что всё это время находился очень близко.

— В тенях?

Слизень довольно колыхнулся.

Только теперь я рассмотрел его как следует.

Светлая рана, оставленная ударом Ли Си, исчезла. Серебряные прожилки снова стали яркими, края сохраняли плотность, а связь больше не передавала ни слабости, ни остаточной боли. Ши Юэ полностью восстановился.

Он коснулся тела убитого культиватора.

Тень под мертвецом стала глубже. Ши Юэ растёкся по ней тонким чёрным слоем и исчез. Тело осталось лежать. Затем тень сжалась, потянула его вниз, и труп начал погружаться в камень без единого звука. Сначала плечо, потом голова, руки и ноги. Через несколько мгновений на земле остался только тёмный силуэт человеческой формы.

Силуэт дрогнул и опустел.

Ши Юэ выплыл из моей собственной тени.

Я почувствовал его путь через связь.

Под поверхностью мира существовало пространство, которое он воспринимал как холодную воду. У него не было привычных направлений. Каждая тень становилась входом и одновременно ориентиром. Ши Юэ видел их все вокруг: узкие полосы под камнями, глубокие пятна в разрушенных зданиях, движущиеся силуэты людей, огромные тени от облаков. Он мог войти в одну, выбрать другую и проплыть между ними по кратчайшему пути.

По крайней мере, так это ощущал он.

Для меня там была сплошная чёрная глубина, где разум терял направление почти сразу.

Ши Юэ ориентировался великолепно.

Вот почему я не мог понять, откуда приходило его присутствие. Он одновременно следил за множеством теней и выныривал только там, где находил что-нибудь полезное. Учитывая количество тел на поле, мой питомец получил идеальную возможность раскрыть своё настоящее призвание.

Вора.

И, судя по мешочкам, крайне способного.

— Значит, пока я пытался понять, как не погибнуть в чужой войне, ты грабил мёртвых.

Ши Юэ послал мне образ ещё двух мешочков, до которых не успел добраться.

— Это не оправдание.

Он задумался и добавил к образу третий мешочек, особенно большой.

Я помолчал.

— Заберёшь на обратном пути.

Ши Юэ радостно дрогнул.

Я провёл ладонью по его поверхности, одновременно пытаясь понять новую способность. Остатки кристалла, уничтожившего душу Ли Си, определённо изменили его. Только результат не имел очевидной связи с назначением артефакта.

Кристалл забирал души. Логично было ожидать, что Ши Юэ научится поглощать духовную сущность, повреждать сознание или хранить внутри чужую волю. Вместо этого он получил возможность плавать через тени и превратился в кошмар любого человека, который плохо держит руку на собственном кошельке.

Возможно, слизень поглощал не назначение сокровища, а одно из свойств его структуры. Возможно, тёмно-красная тень внутри кристалла хранилась в отдельном пространстве, и Ши Юэ перенял именно способность проходить между слоями. Возможно, он открывал то, что уже находилось в нём, а съеденные сокровища лишь давали толчок.