Я стоял, удерживая себя в собственных руках.

Одна часть сознания исчезла во тьме.

Вторая продолжала видеть.

Это оказалось страннее самого разделения.

Я знал, что первое тело не умерло. Чувствовал его слабое сердце, даже когда оно не передавало мне ни зрения, ни слуха, ни мыслей. Оно напоминало спящую руку, лежащую под телом: связь сохранялась, но пользоваться ею временно невозможно.

Теперь всё зависело от Ли Си.

От тела, которое я получил несколько вдохов назад.

Я осторожно опустил Мин Хао на землю и впервые попытался изучить новый сосуд изнутри.

Результат оказался хуже, чем ожидалось.

Меридианов в привычном смысле не существовало.

По телу проходили каналы, но они располагались иначе, пересекали мышцы, кости и внутренние органы под непривычными углами. Фиолетовая энергия двигалась по ним рывками, иногда исчезала, затем возникала в другом месте без понятного перехода.

Даньтяня я не нашёл.

Корня Духа тоже.

Вообще.

Там, где у человека должна находиться основа взаимодействия с Ци, ощущалась пустота. Не повреждение и не скрытая структура. Просто отсутствие органа, который для любого культиватора считался такой же естественной частью тела, как сердце.

Ли Си действительно не принадлежал к привычной системе культивации.

Теперь, думая о его необычной внешности — может он вообще не человек.

На изучение своего нового тела потребовались бы недели.

Мне было отпущено несколько часов.

Я пошёл на огромный риск.

Вместо идеального сосуда с прекрасным Корнем Духа получил полумёртвое неизвестное существо без Корня Духа и даньтяня. Его энергия не подчинялась знакомым законам. В груди находилась рана, способная убить даже такое тело. Я понятия не имел, чем его лечить, как развивать и способен ли он вообще восстанавливаться привычными пилюлями.

Возможно, полностью исцелённое тело Ли Си стоило бы всех рисков.

Даже сейчас оно оставалось чудовищно сильным.

Но польза будущего не имела значения, если настоящее тело Мин Хао умрёт этой ночью.

Демоническая Тень могла заменить основное тело после его смерти.

Трактат утверждал это прямо.

Однако я не собирался проверять условие в первые минуты после создания техники. Связь ещё не укрепилась. Новое тело находилось в критическом состоянии. Если смерть Мин Хао сейчас вызовет отторжение или разрыв сознания, я потеряю обе жизни одновременно. А если даже нет — вообще не факт, что и Ли Си переживет ближайшие сутки.

Нужно было спасти первое тело.

Я поднял его на руки.

Движение далось легче, чем ожидалось. Даже истощённое тело Ли Си обладало огромной физической силой. Мин Хао казался почти невесомым.

Ши Юэ поднялся рядом и вопросительно колыхнулся.

— За нами, — произнёс я голосом Ли Си.

Он прозвучал непривычно низко.

Ши Юэ замер.

Через связь пришло недоверие.

— Это я.

Слизень приблизился, коснулся моей руки и наконец почувствовал что-то знакомое. Хотя, как он вообще понял, что это я? Не знаю. Ничего не должно было меня выдать. Ну, кроме самих слов.

Настороженность сменилась удивлением, затем сильным интересом. Он облетел меня по кругу, словно пытался понять, почему хозяин внезапно стал выше, обзавёлся красными глазами и одновременно лежит у него на руках.

— Потом объясню.

Я опустил взгляд на пространственный мешочек Ли Си.

Он всё ещё висел на поясе нового тела.

Если внутри находились лекарства, которыми прежний хозяин сдерживал рану, там могли оказаться и средства для спасения Мин Хао.

Я коснулся застёжки.

На мешочке была личная печать — очень сильная. Настолько, что даже культиваторы Формирования Ядра не смогли бы заглянуть в мешочек. Тем не менее, она не сопротивлялась, ведь в нее лез сам хозяин мешочка.

Это была первая хорошая новость за долгое время.

И последняя. Потому что, вопреки всем ожиданиям, ничего в мешочке не было.

Ну, то есть, было. Все то, что я видел. Компас там, нефритовая подушка… и остальные вещи, которые он уже показывал. Но ничего другого.

— Он что, вообще все артефакты мне показал⁈ — обиженно пробурчал я голосом Ли Си.

Как бы там не было, у меня нет на это времени.

Сначала требовалось найти укрытие.

Тело Мин Хао нужно было положить в стабильную формацию, остановить внутреннее кровотечение и очистить хотя бы часть лекарственных примесей. Затем следовало разобраться с раной Ли Си, потому что каждый вдох продолжал вгонять раскалённую кочергу в грудь.

Два тела.

Две смертельные угрозы.

Одно сознание, у которого не осталось возможности ошибиться.

Я прижал Мин Хао крепче и направился к тёмным скалам у подножия склона.

Ши Юэ полетел рядом.

С каждым шагом тело Ли Си отзывалось болью, однако ноги продолжали двигаться. В руках лежала моя прежняя жизнь — слабая, искалеченная и всё ещё цепляющаяся за дыхание.

Теперь мне предстояло исцелить самого себя.

Обоих.

На исцеление ушло больше месяца.

Первые несколько дней я почти не приходил в сознание. Тело Ли Си перетащило Мин Хао обратно на парящий остров, нашло один из уцелевших боковых павильонов и разложило вокруг него все формационные пластины, которые ещё оставались в моих мешочках. Ши Юэ охранял вход, приносил воду и несколько раз пытался накормить меня Камнями Духа, потому что в его представлении всё полезное должно было либо поглощать энергию, либо быть съеденным.

К счастью, убедить его в том, что люди питаются иначе, удалось прежде, чем он засунул Камень Духа мне в горло.

Дальше началась долгая и крайне неприятная работа.

Переломы срослись быстрее всего. Повреждённые суставы тоже удалось восстановить без особых трудностей, если не считать боли, высокой температуры и необходимости несколько раз заново ломать неправильно соединившиеся кости. Намного хуже обстояло дело с внутренними органами, меридианами и лекарственными примесями.

За время боя я проглотил столько восстановительных пилюль, что моё тело напоминало алхимический котёл, куда ученик бросил все ингредиенты разом и теперь надеялся, что результат хотя бы не взорвётся. Разные лекарства сталкивались друг с другом, подавляли чужое действие, оседали в тканях и отравляли кровь. Некоторые повреждения заживали слишком быстро, оставляя внутри грубые узлы. Другие постоянно открывались под давлением Ци.

Приходилось действовать медленно.

Сначала остановить внутреннее кровотечение.

Затем вывести из тела самые опасные примеси.

После этого восстановить лёгкие, выправить рёбра и только потом заняться меридианами. Я использовал оставшиеся пилюли, выращенные в Мире Жемчужины растения и всё, что ещё могло помочь, не убив меня быстрее самой раны.

Несколько раз я был уверен, что тело не выдержит.

Тем не менее оно выдержало. Отчасти от того, что у меня было сродство со всеми стихиями, а значит и возможность взаимодействовать с большим количеством растений разных стихий.

В каком-то смысле ужасный Корень Духа спас мне жизнь. Какая ирония.

Спустя тридцать дней я впервые прошёл от одного края двора до другого без боли, хруста в костях и желания немедленно лечь на землю. Ещё через несколько дней смог провести Ци по полному кругу. Поток двигался ровно, даньтянь оставался устойчивым, а меридианы больше не отзывались жжением при каждом усилении.

Тело Мин Хао наконец исцелилось. Не полностью, но достаточно, чтобы можно было вернуться к другим делам.

С телом Ли Си всё оказалось намного хуже.

Я сидел в разрушенном павильоне, скрестив ноги, и одновременно смотрел на себя с противоположной стороны помещения.

Мин Хао чувствовал себя хорошо. Слабость после долгого лечения ещё оставалась, но это была обычная слабость выздоравливающего человека, а не предсмертное состояние. Сердце билось ровно. Дыхание не причиняло боли. Ци четырнадцатого уровня спокойно вращалась внутри даньтяня.