— Ну раскудахтались! — вступил в разговор слегка недовольный Гера. — Обычный мужик, каких пруд пруди. Разве что смазливый.

— Ага, ты руки его видел? — насела Лерка.

— И всё остальное — тоже! Вам бы, парни, поучиться следить за собой! — полетела в атаку валькирия Галка.

— Вот вас забыл спросить, мазаться мне кремом для загара или нет! — надулся Жека.

И пошла свистопляска полным ходом. Мы дурачились, шутили, мусолили внешний вид Зара, просто подтрунивали над парнями, а те с честью отбивались. Плавно перебрались в кухню, где я напоила всех чаем.

Настроение подскочило до трёхсот градусов. Я вдруг вспомнила себя прежнюю, почувствовала крепкую опору друзей и проблемы скукожились до размера житейских неприятностей. Да, я бездомная оборванка, неудавшаяся магиня и новые отношения начала отнюдь не по-людски: с предательства. Но разве это делает меня плохим человеком?

К вечеру вернулся Тёма, застал нас всё в той же кухне, где мы разделывались с четырьмя коробками пиццы.

— Привет всей компании! Я с подарками!

Он закинул на кухонный остров упаковку бутылочного пива, подкрался ко мне из-за спины и стиснул в жарких объятиях.

— А это моей самой вкусной апельсинке! — всучил мне огромный букет белых роз и поцеловал в шею.

Развернулась, чтобы достойно поприветствовать добытчика, поцеловала в губы и немножко смутилась от улюлюканья.

— Какие телячьи нежности!

— Мама дорогая, вы про совесть слыхали? Брысь с горизонта, забрызгали всё слюнями!

— А по-моему, они милахи. Очень красивая пара, скажи, Жень?

— Такие утипусечные, что врезать хочется!

— Ой, да ладно острить!

— Мне тоже нравится, как они вместе смотрятся.

Последний комментарий холодком осел на коже. Прижалась к Тёмке теснее и поймала на себе задумчивый взгляд Зара. Зажмурилась, желая его развидеть.

— Пригласите на свою негласную вечеринку? — спросил он, обращаясь к моим друзьям.

— Шутишь? Это же твой дом.

— Так что милости прошу к нашему шалашу!

— У меня и выпивка посолиднее имеется, — окончательно влился Зар в нашу компашку.

Веселье приобрело совсем скверные обороты. Через час курьер втащил на кухню ворох пакетов с ресторанной едой: салаты, закуски, десерты. Все перебазировались в столовую. Грянула музыка. Девчонки завизжали. Я присоединилась, чтобы не казаться букой, а сама волком поглядывала на Лерку, которая стала подбивать клинья к Зару. То тарелочку ему наполнит, то запросит экскурсию по дому и давай отвешивать комментарии его архаичным экспонатом.

— Ой, какой симпатичный мечик!

Или:

— Ах, великолепная работа! Ручная, ты говоришь?

Понимала бы хоть что-то в теме, флиртунья!

— Да не может быть, Зар! — Лерка зачесала ему за ушко блондинистую прядь и так бесстыже прижалась сиськами к плечу, что мне захотелось усадить её задницей в камин. — Ты владеешь кузнечным ремеслом?

Чтобы не окосеть, сверля глазами спевшуюся парочку, сбежала в ванную. Наплескала на лицо холодной воды и с немым вопросом уставилась на своё отражение. Да какое мне дело, кого охмуряет этот белобрысый...

Дверь открылась и тут же захлопнулась. Лязгнула защёлка. Шарахнулась к ванной и едва не перекувырнулась в неё. Зар скрестил руки на груди, отчего бугры мускулов на предплечьях вздулись ещё отчётливее.

— То есть мне нельзя обжиматься с кем-то на твоих глазах, а тебе, выходит, всё дозволено? — спросил вкрадчиво и шагнул вперёд.

— С чего ты взял, что мне есть дело до твоих обжиманий?

— Не ты ли битый час скрипишь зубами?

— Я? У тебя мания величия. Окстись!

Он подошёл вплотную. Резко выбросил руку и схватил меня за подбородок, сминая губы в трубочку.

— Мания величия? Если и есть какая патология, Станислава, она связана с тобой.

— Пусти. Больно.

— Ничуть, я умею дозировать силу. Хочешь, чтобы твоя подружка от меня отстала, замени её.

— Тебе бы провериться у доктора! Бредишь.

— Да или нет?

— Нет!

Он оскалился. Свободной рукой щёлкнул пряжкой ремня, спустил брюки. Другой подтащил меня ещё ближе к своему надменному лицу. Лизнул щёку. А я стояла тряпичной куклой, руки безвольно висели вдоль тела, и умирала от внутренних противоречий. Хотелось поддаться его бешеному напору, и в то же время я отчаянно сопротивлялась происходящему. Ну как сопротивлялась? Ничего не предпринимала сама.

— Встань на колени и возьми меня в рот.

Выпучила глаза и замотала головой.

— Я не буду повторять дважды. Или так, или я возьму тебя сам. И ты будешь орать благим матом, так что все догадаются, что здесь происходит.

— Сукин сын! Ты мной манипулируешь!

— Разве? С моей стороны это выглядит жестом благородного человека. Беру на себя всю грязную работёнку. Ты ведь хочешь казаться чистенькой? А я, такой расписной подлец, принуждаю тебя к близости. Конкретно сейчас хочу изнасиловать твой рот.

Он ведь говорил правду. Я хотела этого не меньше. Уже задыхалась и тянула пальцы к тому, что было у него под бельём. Воображение захлёбывалось картинками. Тело мелко подрагивало, реагируя на его близость и горящий похотью взгляд.

— Ты — сущий дьявол!

— Почти угадала, — Зар отошёл с дороги, встал сбоку и упёрся руками в умывальник.

Вот она, шикарная возможность сбежать. Дверь прямо по курсу. А мои глаза приковала выпуклость под чёрным хлопком.

Медленно опустилась на колени, упёрлась носом в пах и подняла жгучий от ненависти взгляд вверх, сталкиваясь с вызовом в ледяных глазах.

Повела губами по твёрдому бугру, лаская через ткань. Зар стиснул челюсти. Нетерпеливо опустила резинку и раскрытым ртом обхватила крепкое основание. Двинулась вверх, наслаждаясь вкусом, запахом и внешним видом. Красивый, как и его обладатель. Мощный, аппетитный и такой нежный на ощупь. Без единого изъяна.

Погладила его ладошкой и получила в награду сбивчивое дыхание и тихий стон. Длинные пальцы, что обхватили края раковины, побелели до самых ногтей.

Поцеловала головку, и мышцы в животе отозвались спазмом. Невозможно так возбуждаться от простых прикосновений, но сама ситуация и возможность быть пойманными провоцировала выброс адреналина.

Сомкнула губы и направилась вниз, вбирая столько плоти, сколько могла уместить в себе. Кулаком ласкала всё то, что не влезло, а другую руку запустила к себе в трусики и коснулась точки, которая так требовательно сокращалась.

Зар толкнулся вперёд, желая поторопить процесс. Обнял меня за затылок и начал руководить всеми действиями. Молчал, но дышал так тяжело, что у меня закладывало уши от его хрипов. Казалось, их можно было расслышать и за сотни километров.

— Стоп. Стоп, Станислава, тормози, — он вдруг рванул меня за волосы, поднял с колен и грубо поцеловал. — Опусти руки на дно ванны, прогнись. Вот так, да.

Он задрал на мне юбку, сел на корточки позади и уткнулся лицом в ягодицы. Погладил кружевные резинки чулок и кожу над ними. Спустил мои трусики к лодыжкам и смял попку, одновременно с этим толкаясь языком в складочки.

— Боже, — почти прокричала, но вовремя запихала кулак в рот.

— Как же это прекрасно, когда женщина течёт исключительно для тебя. Тебя отыметь или вылизать, а, Станислава? Или то и другое?

Сколько нас нет? Я совсем потерялась во времени.

— Трахни, Зар.

— Как пожелаешь.

Он встал рядом с моей оттопыренной задницей, рукой направил себя внутрь и без труда вошёл на всю длину. Тут же взял самый беспощадный ритм. Макушкой я едва не билась о бортик ванной, а руки постоянно подгибались, отказываясь держать вес собственного тела. Во мне бушевало адское пламя. Шлепки наших дел доводили до исступления. И так нежно похлопывали по мне его яички, что оставалось загадкой, как я продержалась хотя бы минуту или около того.

Оргазм накрыл лавиной. Слух отключился. Губу прикусила до крови. Резко выпрямилась и едва не завизжала, так нестерпимо это было. Зар запечатал мой рот ладонью и продолжил таранить моё разнесчастное тело.