Неожиданно, но я осознал что мои запасы ци почти подошли к концу. И то что ранее казалось неисчерпаемым запасов, двадцать звезд, утекло как сквозь пальцы. Ведь я не жалел ци на покров, гася тварей вокруг тела, а иногда и очищая окрестность хлопками силы. Да и лезвие звука было невероятно прожорливым. Но даже не используй я его, и один покров не мог работать на «самоокупаемость». И вот это было уже крайне серьезной проблемой. Ведь тогда придется либо жрать дефицитные кристаллы, либо полностью запаковываться в респиратор и несколько слоев одежды, чтобы просто выжить и не дать гнусу себя покусать.

Но тут, как назло, когда я уже собирался закреплять монолиты к поводьям, через Коршуна я вдруг заметил вылетающие из далекого портала силуэт. И хотя он был лишь один, пока что. Но габариты летательного аппарата, под пару метров в поперечнике, не оставляли надежд на лучшее!

— Ну вот же… №№№№ — Выругался я, понимая, что песец пришел в самый неприятный момент. И о том, чтобы теперь взлететь как какая-то Мэри Попинс из какой-то странной древней книжки, можно и не думать. Даже если мне дадут время на взлет, тем больнее будет падать. Вернее, не больнее. Ведь от цепного подрыва моих же собственных птичек, скученных так плотно, я точно уйду на встречу с Небом! Тьфу, опять этот фольклор в голову лезет!

Место действия: Паутина миров

Время действия: 1 июня 2060 года

Через пять секунд пока что едва видимая точка начала двигаться, набирая высоту и одновременно безошибочно направляясь в мою сторону.

— Ну вот же песец! — Повторил я, находясь в полном недоумении касательно того, откуда, да еще и в такой короткий срок вояки смогли послать за мной ЭТО! Ведь сейчас, через окуляры коршунов, я наблюдал настоящую матку! Вернее, «циклон», по официальному названию. Но в армейке почти всегда использовали альтернативное обозначение, более подходящее той или иной технике.

И эта помесь истребителя с бабочкой, стоила просто адовую кучу денег, из-за чего их даже не пускали к нам, на фронт, предпочитая, чтобы дохли обычные вояки, пускай даже и теряя вместе с собой более дешевую технику… А сейчас у кого-то видать так подгорело, что они за час пригнали эту хреновину на край мира, где вокруг одна тайга…

Подавив в себе поток негативных мыслей, вызванных воспоминаниями из израильского конфликта и презрением к властьимущим, я, наконец, переключился на главное. На то, что я сейчас могу сдохнуть. Вот так вот просто. Ведь циклон… Циклон был совершенно иным уровнем, о котором я даже мало что знал. Огромная скорость, возможность подниматься на гигантскую высоту. Тридцать два дрона на вооружении, модели отдаленно напоминающей пауков. Только крайне мощных, пускай и с маленькими батарейками. Но и правильно, зачем пихать большие аккумуляторы в то, что всегда может вернуться на «авианосец». А еще там стоял пулемет-игольник. Штука пускай и не самая мощная, но невероятно скорострельная. И против живой силы противника работающая отменно. Впрочем, как и против других дронов. Ну и финалом была лазерная установка. Опять же, не слишком мощная. Скорее чтобы слепить другие дроны. Но при нужде прожарить человечка сможет.

Вариантов у меня оставалось немного. А если вернее, их не было вовсе. И вместо того чтобы бежать или еще как-либо суетиться, я принял единственно верное решение, сжав в руке сразу два кристалла. Осколок и каплю. И упал на спину в мягкую меховую подстилку, отключаясь от мира и даже от своего собственного тела. Теперь я был не человеком. Теперь имя мне Легион! Воздух, и так наполненный уже привычным жужжанием, как от мошкары, так и от парящих дронов, вышел на совсем уж высокую ноту, знаменующую разгон пропеллеров. И десятки птичек рванули вперед, наперехват приближающейся цели.

Мои мозги, кажется, начали закипать. В прямом смысле. Я ощущал, как область затылка, с расположенным там имплантом, нагревается. Хоть это и было частично фантомным ощущением. Однако, нельзя было не признать, что управлять сразу более чем двумя десятками дронов, именно управлять, поддерживая с каждым прямое сопряжение, было попросту невозможно для меня в прошлом. Сейчас? Сейчас у меня это получалось. Казалось, сознание дробится на множество осколков, распадающихся и разваливающихся в разные стороны. Но о последствиях я буду думать позднее.

Сейчас, пока у меня оставалось несколько десятков секунд до столкновения с циклоном, я должен был решить, как именно уничтожить эту цель. Особенно учитывая, что управляет ей… Кто, кстати? Если я вывел оборудование из строя, то либо оператор должен был также выйти на эту сторону, чего я не заметил, смотря на портал через линзы коршунов. Либо маткой управлял встроенный искин. Что тоже странно, учитывая, как им становится плохо от повышенного фона. Но сейчас главной целью было разработать тактику атаки, позволяющую победить превосходящие силы противника.

Четвертый удар сердца. Машинально отметил я, сколько прошло времени с начала моей атаки. А пауки, все кроме тех, что я оставил рядом с собой, на всякий случай, вырвались вперед, прикрывая собой монолиты и коршунов. Предстоящий бой будет не превосходством силы. Предстоящий бой — это шахматная партия. Где я король, а птички — мои верные фигуры, которыми необходимо жертвовать.

Шестой удар. Монолиты набирают высоту и расходятся веером, чтобы иметь возможность спикировать на матку. А коршуны плетутся следом, чтобы их не уничтожили в первую очередь. Но и мои действия не остаются для циклона незамеченными. И махина о восьми крылах, за что некоторые называли ее архангелом, хоть и редко, начала резко набирать высоту. А снизу, с ложных крыльев, вниз посыпалось множество точек пауков, тут же расходящихся широким веером.

Восьмой удар сердца. Сознание плавится, но тут мне становится чуточку легче. Ведь один из пауков выходит из строя, в последний свой миг существования показывая яркую вспышку. Свет в конце туннеля… Именно так выглядит смерть птичек от лазеров. Тут же я заставляю всю армаду дернуться в стороны, начав петлять и изменять свой курс хаотически. Это хоть немного, но помогало против средств ПВО.

Девятый удар. И еще два паука гаснут, а матка, источающая едва заметную ниточку лазера, окончательно разворачивается вверх, вертикально, врубая основные турбины и стараясь набрать высоту. Именно в таком положении она и напоминала странную фигуру, раскинувшую вокруг крылья — архангела. И я вывожу все дроны на максимум скорости. В первую очередь пауков, что имели куда как больший разгон по сравнению с тяжелыми монолитами.

Десятый удар сердца. И тут мне становится по-настоящему хреново. Ведь приходится включаться в коршунов, заставляя их атаковать несущийся в мою сторону рой мелких паучков. Хотя мелкими они казались только на фоне Матки и на расстоянии. В реальности же каждый из них был размером скорее с монолит, и нес на себе сразу обойму с несколькими зарядами.

Одиннадцатый удар! Мое внимание прикипает к первой едва уловимой точке, а далее автоматика коршуна, работающая на классическом железе, то есть без квантовой матрицы, захватывает цель в автоматическом режиме. Выстрел. Я не вижу снаряда. Но знаю, что сейчас в воздухе развернулась тончайшая сеть, запутывающая вражеского дрона. И мой коршун, даже не дожидаясь того, чтобы увидеть падающую точку, несется в сторону, захватывая следующую цель.

Пятнадцатый удар сердца. Я лишился еще двух пауков, и теперь моя уверенность в том, что я способен завалить матку мясом, сильно пошатнулась. Ведь такими темпами, она перестреляет всех птичек до того, как какой-нибудь из паучков сможет протаранить ее.

В то же время коршуны уже сбили, примерно, десяток пауков, израсходовав на это все свои патроны с сетями. И далее оставался лишь способ прямого уничтожения. Лезвия закружились, создавая на изображении едва уловимое марево. И коршуны продолжили свою работу. Через секунду первый из них догнал еще одну цель, сбив ее и тут же уйдя в сторону, чтобы не получить от взрыва, если механизм детонации все еще был активен. Однако я понимал. Уничтожить всех атакующих дронов у меня не выйдет. Тупо не хватит времени. Ведь большую часть пути до меня самого они уже преодолели. А значит. Придется принимать атаку на себя лично.