Чем дольше ребята показательно игнорировали грубияна, тем сильнее он злился, и агрессивно себя вёл. Ещё и руку зачем-то панибратски закинул на плечо Джао. Подобную наглость четырнадцатилетний практик стадии построения духовных основ, ступени малого успеха, уже не стерпел. Это стало бы равносильно признанию его слабости, а также превосходства чужака. Неудивительно, что спустя мгновение надоедливый варвар свалился им прямо под ноги, поскуливая на высокой ноте, словно побитая собака. Никто в вагоне даже не успел заметить, что произошло.

Приятели этого идиота, а он ехал не один, тут же вскочили со своих мест, бросившись выяснять, что за «узкоглазые чурки» посмели обидеть хорошего человека. Итог закономерен. Заступники, у которых кроме мускулов не было ничего, включая представление о банальной вежливости к гостям, не говоря уже про понимание культурного поведения в общественных местах, дружно присоединились к своему невоспитанному товарищу. Однако, как ни странно, судя по опасливым, осуждающим взглядам других пассажиров, виноватыми в этом безобразии единогласно были признаны туристы из далёкого Китая. Пусть побитые дураки и виноваты, но они свои, понятные, а эти чужие.

– Наша станция, – спокойно объявила даже не пошевелившаяся Тао, больше следившая за включённым навигатором, чем за разборкой.

Помогать Джао она посчитала ниже своего достоинства. Кроме того, это могло быть расценено как оскорбление, указание на неспособность за себя постоять.

Покинув электричку на загородной станции, состоящей всего из одной платформы с навесом, вызывающей ощущение некоторой неухоженности и ненадёжности, до того, как ребята добрались до лесополосы, произошло ещё одно запоминающееся событие. В этот раз отличился Ли Сяо. Он без раздумий толкнул приставшего к ним чересчур оживлённого водителя не самой новой ауди, которую не мешало бы помыть, посчитавшего иностранных туристов лёгким способом заработка. Поскольку других жертв его алчности уже длительное время не появлялось, излишне темпераментный водитель не захотел отпускать иностранных туристов просто так, без навязчивого гостеприимства. Честный таксист, как он себя называл, ссылаясь на маму и клятвы, зачем-то стал хватать за руки.

От лёгкого с виду толчка, усиленного внутренней энергией, он с выпученными глазами отлетел на несколько метров. Спиной врезавшись в дверцу собственного автомобиля, с ошеломлённым выражением лица мужчина сел на землю, вытянув ноги. Как позже, в отделении полиции эмоционально возмущался типичный рязанец по фамилии Хаджилаев, он даже не успел сказать – по-братски, каждый километр всего три тысячи пятьсот рублей, а гости уже обиделись. На что? Дешевле – только даром. Кричал, что эти понаехавшие черти уже совсем страх потеряли. И вообще, насилие – плохо! Ему ещё папа об этом говорил, записывая на секцию вольной борьбы, которую позже закрыли, вместе с тренером.

Несмотря на инциденты, три практика даже не посчитали нужным их запоминать. Подумаешь, такая мелочь. Проблемы местного населения «туристов» ничуть не волновали. Джао, Тао и Ли были абсолютно уверенными в том, что легко избегут любого наказания. Их просто не смогут поймать, даже если сумеют опознать. И вообще, они не планировали задерживаться в этой стране дольше одного дня. Планировали: прийти, увидеть, победить, вернуться, и поесть, согласно расширенной версии изречения старого римлянина. Казалось бы, что может пойти не так для таких людей, как они?

Зайдя в лесополосу, скрывшись из зоны видимости простых смертных, практики духовного развития не сговариваясь перешли на ускорение, применив технику облачного шага. Через несколько минут они уже стояли за несколько километров от станции, возле дорожного указателя, обозначающего въезд в посёлок с красивым названием – Мухоморовка.

– Что обозначает это чудное название? – поинтересовался любознательный Джао.

Печати универсальных переводчиков позволяли им не только понимать русский язык, но и свободно на нём читать. Однако дешёвые, низкоуровневые артефакты не давали понимания вещей. Воспользовавшись всезнающим Гуглом, которого так не хватало в мире Белой реки, Тао быстро нашла ответ. Она не любила признаваться в своём невежестве или мямлить что-то маловразумительное, особенно перед младшими.

– Название гриба.

– Вкусного? – оживился проголодавшийся парень.

– Какая разница. Мы здесь не ради еды, – усмехнулся Ли Сяо, бросив взгляд на пустую дорогу. – Давайте побыстрее закончим с делами и вернёмся. Мне здесь не нравится.

Придя к согласию, спустя мгновение трое практиков вновь размылись стремительными, едва различимыми тенями. Быстро добравшись до посёлка, Тао остановила первую попавшуюся местную жительницу, собираясь узнать, где находится нужный дом. Женщина лет пятидесяти в простом, недорогом платье с полной сумкой продуктов, тяжёлой даже на вид, испуганно вздрогнула, услышав голос незаметно подошедшей китаянки. Выслушав девушку, изъясняющуюся с диким акцентом, мухоморчанка задумчиво уточнила с подозрительным беспокойством.

– Пятьдесят первый дом по улице Кирова? Ты уверена, дочка? Может, номером ошиблась? – заботливо уточнила, слишком заметно на это надеясь.

– Нет. Нам нужно на Кирова 51, – уверенно подтвердила Тао, почувствовав приближение спутников, идущих обычным шагом, чтобы не вызывать подозрений. – А почему вы спрашиваете?

Девушка обратила внимание на странную реакцию.

– Там живёт… – женщина замешкалась с определением, испытывая сильную неловкость, – очень сложный и конфликтный человек. Неприятный тип. Много пьёт, ругается, бездельничает, за домом совсем не следит. Ещё и болеет какой-то заумной хворью. Лучше с ним не связываться. Что тут говорить, если в тупичок Матвея, у него последний дом на краю посёлка, даже цыгане не заходят, – доверительно понизила голос, беспокоясь о подростках.

Тао не знала, кто такие цыгане, и почему их привели в качестве примера, но всё равно не придала её словам большого значения. Это всего лишь одна из разновидностей обычных смертных, не владеющих мистическими искусствами.

– А вы, ребята, кто? – спохватившись, гражданка проявила бдительность, удивлённо разглядывая неславянские лица любознательных подростков.

– Мы студенты Пекинского университета. Приехали на летнюю практику. Наш руководитель сказал, что где-то здесь живёт его старый друг, который может помочь с выполнением научного проекта.

То, что они довольно молоды для студентов, Тао оставила за скобками. Добросердечная женщина скривилась так, будто разжевала сушёную, кислую сливу.

– Плохо. Жалко мне вас, – сокрушённо вздохнула. – Тяжело иностранным студентам даётся учёба. Не то, что нашим балбесам. Особенно летом. Похоже, вас прислали работать, а не учиться. Помяните моё слово, всё, чему вы у Матвея научитесь, так это копать огород, полоть сорняки, чинить крышу, да красить забор. Ладно, ничего не поделаешь. Бедненькие. Небось, чем-то провинились.

Покопавшись в сумке, она вручила каждому удивлённому подростку по большому, сочному яблоку.

– Берите. Кушайте на здоровье, а то вон какие худенькие.

Покачав головой, женщина вернулась к своим делам, оставив переглянувшихся практиков в замешательстве. Что ещё за необоснованная щедрость? Они ведь ей даже не угрожали.

– Ядовитые? – Тао вопросительно посмотрела на Джао.

Парень изучал алхимию, поэтому хорошо разбирался в ядах. Он сначала понюхал подозрительные плоды, аккуратно лизнул их, после чего проверил духовной силой. Увидев покачивание головы, храбрая Тао первой откусила от сочного фрукта, не сводя внимательного, немигающего взгляда с женщины.

– Неплохо, – одобрительно отметила удивительно насыщенный вкус.

Из предосторожности практики опросили ещё двух селян, решив подтвердить информацию. Удивительно, но характеристика на ужасного Матвея с каждым разом обрастала всё новыми отталкивающими подробностями. Его описывали, как страшного человека. Правда, так и не сумев объяснить, в чём это выражается. Пугали, что он на огороде то ли наркотики выращивает, то ли трупы закапывает, то ли нефть ищет. А ещё похищает людей, прячется здесь от кредиторов, и вообще, он бывший бандит или кто-то в этом роде. Одна женщина даже предложила им пожить какое-то время у неё, лишь бы невинные дети не приближались к этому «чудовищу». За недорого. Аренду жилья можно оплатить в юанях, но лучше в долларах. Деньги вперёд.