Большую часть времени он опять не покидал веранды, держа всех в поле зрения. Убедившись, что всё в порядке, сегодня его ожидает исключительно мирный денёк, постепенно успокоился. Даже немного заскучал. Проголодавшись, сходил на кухню за колбасой с сыром и хлебом. Заодно принёс фляжку с каким-то, как он сказал, компотом. Устроил небольшой перекус на свежем воздухе, развалившись в садовом кресле. Причмокивая губами, блаженно щурясь, заявил: жизнь хороша, пока пьёшь не спеша. На небольшом столике нарезал толстыми ломтиками подарочную колбасу, из натурального мяса, чему странно удивлялся. Практики даже подумали, что его не устроило качество мяса. Видимо, нужно было предложить колбасу из редких духовных зверей. Услышав это, собака как-то подозрительно на них посмотрела и облизнулась.
Любопытная Тао Линь обратила внимание на тяжёлый нож с широким лезвием, и грубой деревянной рукояткой, выточенной из толстого куска корня. Потемневшая от времени, неровная поверхность металла даже издали казалась дрянного качества. На плохо обработанном лезвии даже имелись небольшие царапины и зазубрены. Да такой мясницкий нож ни одна приличная хозяйка не станет держать на своей кухне, а если его принесёт муж, выгонит как собаку, так и обозвав.
В этот момент мастеру Ма позвонили. Неохотно с кем-то поговорив, ленивый хозяин дома с грустным выражением лица куда-то ушёл, попросив практиков вести себя прилично. Нож воткнул в разделочную доску, чтобы с собой не таскать. Видимо, стало лень относить обратно.
– Так, детишки, – это звучало довольно странно от человека, лишь немногим старше Бэй Нинг, – не безобразничать. Сидеть на жопе ровно. Скоро вернусь. Ты за старшую, – указал на удивившуюся принцессу меча. – Барбос, охранять! Да не их, колбасу! И не облизывать, всё равно не отдам.
Собака вместо того, чтобы бодро гавкнуть, такое впечатление, глухо кашлянула, не отрывая голову от земли. Только хвостом игриво махнула. Другая на её месте уже бросилась бы прятать мясо в самом надёжном месте, в своём желудке.
– Глаза бы мои не видели, – проворчал мастер Ма, поднимая их к небу. – Собаку не кормить. Не гладить. Не хвалить! Если к моему приходу ещё что-нибудь натворите, сегодня же вылетите обратно в Пекин. Кто не захочет, может отказаться.
Он сделал небольшую провокационную паузу, отыскивая дураков.
– Но тогда я сделаю так, что они до него добегут, обгоняя друг друга, в лучшем случае роняя слёзы. Всё понятно?
Тао Линь почувствовала, как будто за плечом мастера появилось нечто жуткое, нечеловеческое, вроде улыбающейся маски демона хання, готовой отгрызть им копчик при малейшем поводе. За спиной у каждого практика вдруг резко похолодало, появилось смутное ощущение чьего-то присутствия, и недоброго взгляда. Очень захотелось обернуться, но она заставила себя не шелохнуться. На мгновение всем стало безумно страшно, но тревога прошла столь же быстро, как и появилась. Пугающие, непонятные способности мастера до сих вызывали у Бэй искрений трепет от макушки до самых пяточек. Его бы в секту, наставником, она бы уже давно завоевала всю империю Вэй.
Тепло улыбнувшись, довольным произведённым эффектом, мастер Ма ушёл. Подозревая ловушку, практики ещё некоторое время в точности делали то, что им велели. К тому же польза от медитации у яблони в самом деле была невероятна хороша. Даже принцесса меча признала, что такого сильного эффекта ещё нигде не встречала, а уж ей-то было с чем сравнивать.
Казалось, ничего большего практикам от жизни не требовалось, чем просидеть здесь с годик другой, однако Бэй Нинг никак не могла забыть заветную доску, содержащую мистические тайны дао меча. Она уже несколько раз намекала мастеру, что совсем не прочь поучиться его приёмам напрямую, без посредников, однако мужчина отказался делиться мудростью. Зато остротами сыпал от души, даже когда его об этом не просили. Лениво поковырявшись в ухе, дунув на палец, с невинным выражением лица поинтересовался: Ты что-то сказала? Тао Линь догадалась, что принцесса меча тогда много чего хотела сказать, но с неискренней улыбкой произнесла лишь – Спасибо за наставление, старший. У Тао Линь сложилось впечатление, что они с каждым разом понимают друг друга всё лучше, становясь всё ближе. Не в романтическом смысле, а чтобы свернуть собеседнику шею. После таких отношений рождается либо искренняя дружба на века, либо глубокая ненависть.
Спустя некоторое время, внезапно встав, чем привлекла к себе внимание, принцесса меча с фальшивым воодушевлением объявила.
– Поскольку меня назначили старшей, я просто не могу мириться с этой несправедливостью, – патетично воскликнула неусидчивая фанатка мечей. – Мастер Ма позволил воспользоваться его гостеприимством, был добр к нам, а мы в ответ только и доставляли неудобства. Я даже случайно сломала забор, – указала на дыру, небрежно прикрытую носилками. – Как честный практик праведной секты светлого пути, уважающий старших, я просто обязана отплатить мастеру за его доброту. Для начала отремонтирую то, что сломала.
От столь очевидной наигранности и лжи остальные начали невольно кривить лица, ёрзать, косо на неё посматривать, с осуждением. Даже Ванван стыдливо прикрыла глаза.
«Да кто поверит в эту чушь? – сердито подумала Тао Линь. – Она же глаз не сводит с сарая, где хранится та самая доска. Небось, ещё раз хочет на неё взглянуть, пока мастера нет.»
– Ты это серьёзно? – неодобрительно уточнил Йанг, элегантно обмахиваясь веером, приняв позу утончённого учёного на отдыхе.
Китаянке показалось, что он делает это уже на автомате, в любой ситуации неосознанно принимая наиболее эффектные позы, чтобы смотреться лучше. Ему бы в модели податься, а не в практики, от фанаток отбоя бы не было.
– Да, – уверенно заявила Бэй Нинг.
– Что за жалкие оправдания? – осудила Ли Ванван.
– И вовсе они не жалкие, – фальшиво обиделась принцесса меча, сильно понизив голос.
У спящей лохматой собаки, лежащей на другой стороне двора, дёрнулось ухо.
– Запомните. Если спросят, с чего всё началось, повторите за мной слово в слово. Понятно? – интонации старшей Бэй приобрели опасную твёрдость. – Думаю, доски и гвозди с молотком я найду в том сарае, – вновь повысила голос, добавив в него радостных ноток человека, искренне желающего бесплатно поработать, отчего уже у здравомыслящих людей должно возникать в этом сомнение.
Похоже, Бей Нинг решила прикинуться простодушной, прямолинейной девушкой. Перед собакой, что ли, выступает? Совсем уже спятила.
Тао Линь не знала, специально так было сделано, или нет, но в сарае сбоку имелось окошко с качающейся на верхних петлях дверцей для петуха. Отдельного курятника Матвей не держал, поэтому одинокий петух свободно шастал по двору, имея доступ ко всем хозяйственным постройкам. При этом нигде не оставляя ни перьев, ни птичьего дерьма, ни разрыхлённой почвы, будто умел не только правильно себя вести в приличном обществе, но и ухаживать за собой получше многих людей, исключая Йанга.
В данный момент петух с важным видом горделиво зашёл туда за несколько секунд до того, как принцесса меча сделала первый шаг, озвучив свой авантюрный план. Глядя на это, прищурившуюся китаянку охватило тревожное предчувствие. Что-то было не так в том, как умная птица себя вела. Будто знала, чем всё закончится, готовив ловушку.
Медленно дойдя до сарая, держа руки на виду, искоса поглядывая на ленивую собаку, которая со своего места с интересом наблюдала за Бэй Нинг, не желая его покидать, принцесса меча с неестественной улыбкой напомнила, вроде как себе.
– Я только возьму инструменты, доски, и починю дыру в заборе. Ничего больше. Ни на огород, ни в дом заходить не буду. Делаю это исключительно из благодарности. Стыдно смотреть на беспорядок, оставшийся после меня.
То, что о собаку вчера сломался меч, видели все, кроме мастера. Поскольку никто не понимал, почему это произошло, при её приближении все немного нервничали, особенно девушка с пластырем на попе, делая различные догадки. Да и поведение у собаки было очень странным. Она словно понимала всё, о чём они говорили. Учитывая необъяснимые вещи, происходящие в этом доме, Бэй решила подстраховаться. Если бы собака проявила агрессию, попытавшись помешать принцессе меча, она отказалась бы от своих планов, вернувшись на место. Не убивать же Барбоса в самом деле, надеясь на милосердие человека, вызывающего непреодолимый страх и чувство опасности одним лишь взглядом.
