Сейчас это могло спасти ситуацию. И да, мистер Хайни тоже нарушал главное правило игрока в шахматы, вступая на доску — но никому другому майор доверять не станет.

Разумеется, она выживет. Свои должны жить.

«Сатгард» мягко оттолкнулся от поверхности и заложил маневр в сторону центра.

Взгляд невольно остановился на циферблате обзорной полусферы гравилета.

— Минус четырнадцать часов.

Верхняя одежда нашлась тут же, в палате — внутри тумбы возле окна. Не вся целая, правда — кофта оказалась разрезана сверху донизу. Когда приехала настоящая скорая помощь — никто не стал тратить время на стягивание ее с моей бесчувственной тушки, чтобы добраться приборами и датчиками до грудной клетки. Рубашку вот расстегнули, все пуговицы на месте. А и снесли бы — не велика проблема пришить обратно.

Оделся потихоньку — Эффа из палаты на какое-то время пропала, торопиться некуда. Выглянул в окно — второй этаж, парк с ухоженными тропинками и скамейками. Где-то вдали мелькают огоньки — обычные машины неспешно едут по улицам. Не всем нравится летать.

По уму, нам бы выписаться — с отметками врача, подписями и всем прочим. Но проваляться до времени, когда решат, что точно здоров — можно неделю или даже месяц. А спасать кота надо немедленно.

В любом случае, единственное, чем грозит подобный побег — это суровым исключением из числа больных. То есть что выписка, что самоволка — приведет к похожим результатам. Впрочем, к утру можно будет вернуться — жилья в городе своего нет, а перейти домой пока не могу все равно. Так что отлежаться на чистых простынях забесплатно — самое милое дело. Только дверь надо как-то испортить, чтобы не закрывалась.

— Готов? — Окликнули от входа.

Обернулся — Эффа так и осталась в халате доктора, вдобавок еще один такой же белый держала перекинутым через руку.

— Это тебе, — опередила она мой вопрос, вручая явно где-то спертое казенное имущество.

Я скептически оглядел халат — «бейджика» спереди не было, ткань вроде чистая.

— Надевай-надевай, без него все равно не пройти. Мы в военном госпитале.

— А у врачей документы не спрашивают? — Сноровисто натянул его на себя и принялся застегивать.

— Раз в белом халате, значит — имеешь право. Только иди спокойно и сильно не шатайся. Сможешь?

— Да уже отпустило, — прислушался я к себе.

Вроде восстановилась координация. Пошагал туда-сюда — вполне нормально.

— Тогда двигаемся за мной, я схему этажей запомнила. В глаза никому не смотреть. — Инструктировали меня. — Телефон на беззвучный.

— Да он разряжен, — тронул я через халат и карман мобильный.

В другом кармане уже лежал кошелек — ни одной купюры из него не пропало, все документы на месте. Можно уходить.

— Вперед! — Скомандовала девушка, подошла к двери и, воровато оглядев коридор, направилась налево.

Я постарался не отставать, вышагивая по коридору с мраморными полами и бежевыми стенами чуть позади. Вышли из отделения — мимо изучающего кроссворд в газете постового — и абсолютно спокойно добрались до лифтов.

А там — спустились на первый этаж, уже вполне буднично. И никто не пытался ловить, останавливать, требовать документы — зачем? Больница же, хоть и для военных.

Только на первом меня чуть дернули за рукав, когда я дернулся в сторону шумного холла, залитого светом — уводя в обратном направлении. Спорить не стал и вскоре вместе с Эффой спустился по лестнице еще ниже — оттуда выйдя в прохладный, уже сумеречный вечер.

Заодно спугнули двух пациентов, куривших тайком на крылечке — те шустро затушили сигареты и с невозмутимым видом прошмыгнули нам за спины. Потому что у кого белый халат — тот и начальство.

Впрочем, главный символ больничной власти пришлось тут же снимать — Эффа принялась стягивать его с себя, ну и я не стал задавать вопросов, снимая свой.

Два белых халата, вернувшись, она закинула внутрь незакрытых шкафов возле выхода, оставшись в прежнем своем платье.

— Нам туда, — показала Эффа вдоль здания. — Выйдем на улицу, будем искать такси. Идем.

— У тебя тоже мобильный разрядился?

— Не включается после аварии. — Мельком глянула она на меня. — Заряжать уже пробовала.

— А, это может быть, — покивал я, вновь вышагивая рядом. — Пройдет.

— Ага, наутро. Помню.

— В этот раз — не специально. У меня, похоже, такая же ерунда. — Покрутил я выключенный сотовый в руках, пытаясь включить.

Чтобы обозначить, что тоже пострадал от самого себя.

— Да ерунда. От бордюра тормознем кого-нибудь.

В этот раз тоже не торопились — прошли мимо громады шестиэтажного белого каменного здания, направляясь не ко входу, понятно, а от него — парковка была поодаль, шагах в двухстах, оттуда и выход за ограждение.

— Майор Сойер? Эффа? — Окликнул нас мужской голос, когда мы уже миновали строение.

Я напрягся, а девушка, чуть запнувшись, показалась весьма удивленной — и посмотрела в сторону входа в госпиталь. А там и двинулась навстречу довольно бодро выглядевшему старичку, шедшему к нам — невысокому, но крайне энергичному на вид, одетому в старомодный костюм-тройку, только без галстука или бабочки. Верхняя пуговица его рубашки была расстегнута, чтобы не зажимать шею — но в остальном тот демонстрировал свойственную военным собранность и выправку.

Помявшись чуть, я направился за ними.

— Генерал-лейтенант Хайни, сэр? — Последние два шага Эффа прочеканила, будто собираясь отдать воинское приветствие, даже правая рука чуть дернулась.

— Просто мистер Хайни, Эффа, — улыбнулся тот добродушно. — Я давно военный пенсионер. Вот, воюю теперь со старческими болячками, — мельком глянул тот на госпиталь.

— Рада вас видеть, сэр. Надеюсь, ничего серьезного? — Девушка тоже посмотрела на подсветку над входом.

— О, мелочи. Какими судьбами здесь? — Стоял тот прямо с осанкой, будто рельсу проглотил.

— Тоже ничего страшного. — Испытывала Эффа легкую неловкость.

И меня представлять не спешила — да я и не навязывался, оставаясь в шагах пяти позади.

— Как твоя «Искра»?

— Разбилась, — вздохнула та в ответ.

— Когда? — Удивился бывший вояка.

— Сегодня вот и разбилась. Нас с Таном, — повернулась она ко мне. — Это мой приятель, Тан Савой. Нас катапультировало. Вот, привезли сюда. Но ничего страшного — уже все хорошо!

— Эффа, я ведь приглашал на ежеквартальное повышение мастерства, — с легким укором произнес мистер Хайни. — В организации это абсолютно бесплатно! Навыки надо поддерживать.

— Я отлично летаю, сэр! — Возмутилась Эффа. — Просто ЧП на квалификации.

— Тем более, если участвовать в гонках. — Гнул тот свою линию, неодобрительно покачивая головой.

— ЧП не по нашей вине, сэр! Не могу сказать детали. Но мы шли с лучшим временем! — Хмурилась Эффа.

— Не обижайся. — Отступился тот, заговорив гораздо покладистей. — Просто знай, что у нас тебе всегда помогут. Со страховой не будет проблем? Есть отличные юристы.

— Спасибо, мистер Хайни, но там действительно нет моей вины. Уверена, вам не составит труда узнать, что я вам не вру. — Выговаривала Эффа с каменным лицом.

— Прости старика, — пожал тот плечами. — Просто вы для меня все как дети — даже те, кто с сединой в висках. Дай уж за тебя немного попереживать.

— Я хороший пилот, сэр. — Давила майор.

— Не сомневаюсь, — уже поднял старик руки, улыбаясь. — Лучшая в звене! Общаетесь с коллегами?

— Нет. Они летают, я — нет. Не о чем говорить, — опередила она стариковскую въедливость.

— Вот как. А как на новом месте?

— Тоже хорошо, сэр.

— Не лучшее место для летчика, но это был твой выбор, — вздохнул мистер Хайни.

— Да, сэр.

— Могу я чем-то помочь?

— Все в порядке, сэр.

— Эффа… — Расстроенно покачал старик головой. — Не обижайся. Вы сейчас куда?

— К портальной площадке.

— Вас ждет такси? — Обернулся он на парковку.

— Еще не вызвали.