– Я не побеспокоила бы тебя, но вот какая проблема – никак не могу вызвать Атсеная! Такое ощущение, что он мертвецки пьян…
– Мертвецки – это точно подмечено, госпожа Мирра, – ухмыльнулся орк.
– Что произошло?! – прищурила глаза Банши.
– Он мертв – я убил его, – Раштай смело взглянул в глаза джоддака.
– Но почему?! – искренне изумилась эльфийка.
– Он повредился рассудком и бросался на всех, словно бешеный пес. Это могло деморализовать отряд и едва не привело к вооруженной стычке с солдатами Лиги, что на данном этапе операции недопустимо. Мне пришлось остановить его…
– Я смотрю, вы весьма сблизились с отрядом Лиги! – холодно ответила Банши.
– Нет, госпожа, – ответил орк. – Но…
– Что? – резко ответила джоддак.
– Вы хотите услышать мое мнение?
– Говори, Раштай! – повелительно кивнула Мирра.
– Я считаю, – медленно, тщательно подбирая слова, произнес орк, – что Атсенай и Артагон – командир отряда Лиги поступили правильно, заключив временный нейтралитет. Если бы мы в Конхарне перебили друг друга, то миссия была бы провалена. У нас не было иного выхода, учитывая, что приоритет – Пламень Судьбы.
– Боюсь, что ты убедил меня, – вздохнула Банши. – Но, надеюсь, что это не подразумевает каких-либо дружественных отношений?
– Госпожа, – вздохнул Раштай и покачал головой. – Скажу вам честно – когда солдаты вместе сражаются, делят пищу и кров, то все это невольно сближает их. Следовать за Тайроном – все равно что продираться сквозь чащу леса – столько препятствий он оставляет за собой. Если мы не будем пытаться найти общий язык, это неизбежно приведет к вооруженному конфликту. А нам и без этого приходилось довольно несладко. Тайрон – большой специалист по части всевозможных ловушек.
– И как же при таких сложных условиях вы собираетесь выполнить миссию? – надменно спросила джоддак.
– Клянусь вам, госпожа джоддак, что приложу все усилия для того, чтобы догнать наемника и принести вам Пламень! – торжественно произнес орк.
– Надеюсь – ты пойдешь на все, когда вы ликвидируете Тайрона? – Мирра пронзительно взглянула на Раштая.
– О чем вы? – не понял вопроса орк.
– О Пламени, демоны тебя дери! – вспылила Мирра. – После того, как вы убьете проклятого мага, Пламень ДОЛЖЕН стать вашим. Убей всех, укради меч – мне неважно как, но клинок должен быть у Шенка!
Раштай на несколько мгновений впал в тяжкие раздумья. Потом он поднял взгляд на джоддака и решительно ответил:
– Госпожа, я не могу так поступить! Я – солдат, и мое слово – это слово чести! Я не могу ночью зарезать человека, с которым бок о бок сражался! Если мы заберем у Тени артефакт, то все решит поединок – мой с графом Артагоном!
– О, боги! – закатила глаза эльфийка. – Что один – что второй! И ты веришь в то, что этот граф так же, как ты, будет держать свое слово?!
– Да, госпожа! – твердо ответил орк. – Я уверен в этом!
– Кто командует отрядом после… смерти Атсеная? – резко сменила тему Банши.
– Ввиду отсутствия вашего решения солдаты единогласно выбрали командиром меня, – склонил голову Раштай.
Мирра несколько секунд пристально смотрела на орка, а потом задумчиво произнесла:
– Ты честен и умен, в отличие от предыдущего командира. И… признаюсь – весьма дипломатичен. Чересчур прямолинеен, впрочем – как и все вы, орки. И… для такой миссии – слишком честен…
– Назначьте нового командира, госпожа джоддак, – посмотрел ей прямо в глаза Раштай. – Более… подходящего для такого задания…
– Нет… – неожиданно для Раштая произнесла Мирра. – Я подтверждаю твои полномочия! Вы слишком далеко, и лучшей кандидатуры мне сейчас не найти. К тому же, ввиду того, что вы потеряли след, я уже предприняла кое-какие шаги…
– Мы нашли их, госпожа Мирра! – отрапортовал Раштай. – Судя по всему, Тайрон направляется в Волкан.
Банши смерила его оценивающим взором и снисходительно произнесла:
– Молодец… Продолжайте преследование!
– Есть, госпожа!
Джоддак еще несколько секунд раздумывала, а потом вновь обратилась к Раштаю:
– Есть информация, о которой не должен знать никто, кроме тебя… Ты можешь мне это гарантировать?
– Да, госпожа!
– Я подкупила ликантров Морны – они встретят Тайрона. Если это произойдет до того, как вы настигните его, то я поручаю тебе забрать у вожака Бивня голову Тайрона и Пламень Судьбы. Без всякой дележки с Лигой! Такой вариант не противоречит твоим понятиям о чести?
– Нет, – уверенно покачал головой орк. – В данном случае договор с Лигой теряет свою силу, и я доставлю вам Пламень. И пусть только кто-нибудь попробует мне помешать!
– Вот и отлично! – потерла ладони Мирра. – Я свяжусь с тобой, командир Раштай! Удачной охоты!
– Спасибо, госпожа, – успел ответить орк, и связь прервалась…
Некоторое время Раштай сидел на плаще, анализируя разговор с Миррой Банши. Потом он уверенно кивнул каким-то своим мыслям и улегся спать.
Уже три дня маг и гном пробирались сквозь небольшие перелески, покрывавшие обширные поля. Заснеженные горные вершины остались где-то далеко справа, и они видели их, лишь поднимаясь на невысокие холмы. Каменистая почва давно закончилась, уступив место чахлой невысокой траве. Деревья в этой унылой местности росли карликовыми и кривыми, словно изогнутыми чьей-то жестокой рукой.
Вечерами стало заметно холодать, и путникам приходилось кутаться в свои теплые плащи и спать поближе к костру. Альвисов, привыкших к снегам, заморозки ничуть не пугали, но они, словно ручные животные, располагались рядом со своими хозяевами. Гном даже спал со своим Инеем почти в обнимку – густой и пушистый мех зверя грел его лучше всякого плаща. Это было невероятно, но Гимзи очень привязался к огромному коту, который едва не разорвал его на части. Он часто гладил своего питомца, чесал за ушами и даже расчесывал его мех своей грубой деревянной расческой. Грозный зверь, проникшись к своему хозяину ответными чувствами, нежно урчал и терся о ногу гнома массивной головой, выпрашивая кусок копченого мяса. Гимзи, тайком от Тайрона, иногда подкармливал своего любимца. Тайрон, заметив, что кот что-то с удовольствием нажевывает, улыбнулся и строго произнес:
– Гимзи, если у нас кончатся припасы до приезда в Волкан, то нам придется кого-то съесть. И первой кандидатурой будет твой обнаглевший кот! К тому же своими нежностями ты избалуешь животное. Клянусь, что больше не наложу на него ни единого заклятья, и вскоре он поедет на тебе, а не ты на нем!
После этого гном перестал кормить своего альвиса. Впрочем, звери и без этого не испытывали недостатка в пище – едва путешественники располагались на привал, коты тут же отправлялись на охоту. Они отлавливали небольших грызунов, размером с зайца, в изобилии водившихся в этой местности. В отличие от Гимзи, Тень держал своего Укуса в строгости – зверь был сдержанным и послушным, словно верная собака, понимающая каждый взгляд хозяина. Утром, едва Тайрон начинал собираться в путь, альвис уже пытался залезть своей мордой в лежавшую на земле сбрую. Гном даже не слышал, чтобы спутник хоть раз приказал что-то своему коту – тот без слов менял направление, останавливался и подбегал к Тени в нужный момент.
Вечером, за ужином у костра, гном часто рассказывал магу о своей прежней жизни. Он вспоминал веселые истории, комичные случаи; заочно познакомил Тайрона со всеми друзьями и дальними родственниками. Тень добродушно выслушивал его россказни, подшучивал и иногда помогал подобрать нужное слово.
Однажды, после очередной байки о своей молодости, Гимзи нерешительно посмотрел на друга и осторожно спросил:
– Тайрон, а почему ты никогда не рассказываешь о себе?
Мага, казалось, смутил этот неожиданный вопрос. Он на несколько мгновений задумался, а потом пристально посмотрел на гнома:
– А что именно ты хотел бы узнать?
– Ну-у, я даже не знаю, – стушевался Гимзи. – Например, то, откуда ты родом… Кем были твои родители?
