— И все-таки Восточное королевство единственное, где династия не менялась все пятьсот лет после распада Гантара, — заметил Лекар и вернулся в кресло.

Гантар… Когда-то это была большая империя, западные рубежи которой простирались по горным склонам, а восточные омывало море. Южные чертоги поражали своим плодородием, а северные земли рождали суровых отважных воинов. Славная была империя. Славная и сильная. Она существовала многие века, пока однажды ни пришла к упадку и ни разделилась на Южный Гантар, Северный Гантар, Восточный Гантар и Западный Гантар. Не сама, разумеется, и не в одночасье. Но последним потрясением стало Восстание наместников, так назвали масштабные волнения, сотрясшие империю на последнем издыхании.

Последний император укрылся на время волнений в восточной части уже почти бывшей империи. Здесь и держал оборону с верными ему людьми, здесь же и подписал манифест о прекращении существования империи Гантар и создании четырех королевств. За собой он оставил Восточный Гантар — королевство с выходом к морю, с флотом и недурным куском плодородных земель. Во главе трех других королевств встали бывшие наместники, с которыми был заключен договор, результатом чего и стал судьбоносный манифест.

Легче всего перемены перенес именно Восточный Гантар. Там потрясений практически не было, потому что правитель не изменился, порядки тоже претерпели малые изменения. Реформы прошли мягче и безболезненней. Чего нельзя сказать о землях, где главенствовать желали многие.

За прошедшие пятьсот лет Южный Гантар сменил шесть правящих династий. Последняя утвердилась на троне всего пятьдесят лет назад. Земли эти были богаты, норов южан горяч, жажда власти равнялась непомерному гонору. Это оказалось самое беспокойное королевство. И первая династия носила корону всего двадцать лет, пока не оказалась повержена следующим претендентом, который посчитал себя ущемленным после того, как Восстание наместников успокоилось.

Западный Гантар сменил династию трижды. Там даже после двух первых династий на троне посидела самозванка, правда, недолго, да и считать это мимолетное царствование не станем. Ее и тех, кто привел фальшивую наследницу к власти, снес на волне народного недовольства очередной новый король. Он не имел отношения ни к первой династии, ни ко второй, но заручился поддержкой северян. После женился на дочери северного короля, и был им первым признан, как законный властитель. И с тех пор династия уже не менялась.

Что же до Северного Гантара, то здесь сменилась династия лишь один раз спустя триста семьдесят лет от начала правления первого короля Севера. Произошло это без потрясений, попросту династия прервалась. Прямых наследников не осталось, и вот тогда-то и пришла пора появления того закона, по которому местные государи брали жен только среди своих.

В общем, дело было так. Умирая, последний государь назначил себе наследника из родственной, но отдаленной ветви. И вроде бы всё разрешилось, и новый король готов был надеть корону, спустя полгода траура, но тут зашевелились соседи. Посыпались претензии на северный трон по праву родства более близкого, чем назначенный наследник.

Права предъявили Западное и Восточное королевства. Южное осталось наблюдать, но, на всякий случай, вспомнили, что у них была принцесса из северных земель. Правда, относилось дело еще к предыдущей династии, но потомки-то остались! Во избежание большой крови в Северном королевстве тут же был принят закон, в котором говорилось, наследник может быть признан только по мужской линии или же избран монархом. Такой у северян уже имелся.

Восточные соседи решили в спор не вступать, потому что закон был принят на Совете, который управлял государством до коронации нового монарха. Стало быть, силу новый документ имел. И претенденты с этой стороны отступили. Южане и без того в спор не вступали, а после такого поворота и вовсе утеряли интерес к чужой короне.

А вот в Западном королевстве мириться с новшеством не пожелали. Обвинили северян в подлости и хитрости, а после напали. Сосед решил добыть трон оружием. Война была недолгой, потому что северяне не зря славились издревле своими воинами и воинским искусством. К встрече они подготовились.

Всё закончилось заключением мирного договора и признанием закона о престолонаследии, а также отказом от притязания на корону Северного королевства во веки веков. Причиной стал захват короля Запада, решившего возглавить войско, чтобы войти победителем в чертоги северных монархов.

Первый Мелибранд наконец взошел на трон и принял следующий закон о супругах, где говорилось, что монарху надлежит искать жену на родной земле. Брачные же союзы с иноземцами заключать с родственниками государей, или же с государями, но отдавать женщин из побочных ветвей и герцогских родов, дабы избежать в будущем претензий на корону. С тех пор законы не менялись.

Единственное государство, где так же не стремились брать иноземок, было Восточное королевство, но там, как сказала Лания, тряслись над кровью императоров Гантара. Потому женились на родственницах. И до сих пор не вымерли лишь потому, что приток свежей крови все-таки был, но в побочные ветви, где и рождались будущие королевы.

Однако род сильно ослаб, как когда-то ослаб и Гантар, по которому память сохранилась только в архивах. Даже из названий королевств постепенно исчезло общее именование. Впрочем, это произошло не по общей договоренности. Но чем сильней оказывались противоречия между правителями королевств, тем дальше они были от общих корней.

И все-таки, как бы ни отдалялись правители, но незримая общность никуда не делась. Ведь были и иные соседи, с которыми граничили королевства. С ними тоже заключали союзы, вели дела и договаривались. Отдавали замуж своих женщин, брали жен для мужчин, ссорились и мирились. Но Северный, Восточный, Западный и Южный Гантары продолжали оставаться в чем-то общей территорией. Говорили на одном языке, пусть и на разных диалектах, имели общую историю и единые корни, да и в случае надобности помощи искали и находили именно внутри границ бывшей империи. А остальной мир оставался где-то за гранью этой общности, и впускать его к себе на равных правах гантарцы не спешили.

Так что распалась империя или нет, она незримо продолжала существовать. И даже не императорская династия оставалась напоминанием о тех временах, но некая сплоченность, разорвать которую было не под силу ни одному внешнему врагу, хотя такие попытки были. Гантарцы могли переругаться в прах, могли интриговать друг против друга, обидеться на веки вечные, но если на одно из королевств нападали извне, то помощь шла из трех других королевств разом. Наверное, потому, хоть сами себя жители всё чаще именовали просто Север, Запад, Юг и Восток, для всех остальных они так и остались Гантаром.

— Да, Валигары продолжают властвовать, — кивнула Лания, возвращаясь к беседе с Тридидом, — Но и Мелибранды появились не из пустоты. Этот род идет от первой династии Северного королевства, а Келлиги, как вы, несомненно, помните, были правителями северной провинции Гантара. А наместниками назначались высочайшие рода, бывшие в родстве с императорами, кстати, еще до Валигаров. Так что наш… ваш род, а теперь и мой, не менее знатен, чем род восточных монархов. И кто же кому оказывает честь предложением брачного союза?

Глаза ее лукаво блеснули, и герцог вновь весело рассмеялся.

— И не поспоришь! — воскликнул Тридид. — Мы ведь не южане, где чуть ли не два раза в столетие меняется династия, и не Запад. Там и вправду уже кто только ни посидел на троне.

Лания усмехнулась и кивнула.

— Выходит, прелестной Эдилии Тридид-Мелибранд Улиг Магранд-Валигар вполне подходит, — с улыбкой произнесла Ее Величество и спросил: — Так будем его брать или поищем кого-то более родовитого.

— Исходя из того, что это дети уже побочных ветвей, то родовитей остаются только монархи, — хмыкнул Лекар и вновь стал серьезным. — Ну хорошо, Улиг еще молод, не красавец, но и не урод. Достаток в наличии, у Эди богатое приданое. Так что союз вероятен почти без всяких «но». Однако что же вы хотите получить от этой свадьбы? Какие видите выгоды для государства?