— В чём дело? — удивился Солано.

— Их адский шум вашей машины пугает.

Солано поморщился и быстрым шагом пошёл в представительскую часть первого этажа. Захлопнув за собой дверь в мастерскую, он наполовину срезал вой генератора, но и оставшийся был довольно громким и непривычно пугающим.

Супно и Руми стояли в дверях, грудью сдерживая агрессию десятка мужчин разного возраста.

— Вон он! — заорал один из них, увидев Солано.

— Прекращай свои сатанинские эксперименты! — заорал второй, потолще и постарше первого.

— Я на вас в суд подам, — подхватил третий, — вы мне из лавки всех покупателей распугали. Кто мне упущенную прибыль скомпенсирует?

Этого человека Солано узнал. Он действительно держал лавку через стену от мастерской на Бекман-стрит. И дела у него шли неблестяще. Так что вряд ли он что-то упустил. Хотя всё может быть.

— Через сорок минут шум закончится, — прокричал Солано. — Раньше не остановить. Расходитесь.

— Что значит «расходитесь»! Мы должны посмотреть, что за сатанизмом вы тут занимаетесь? Может, вы демона вызываете! — бесновался толстяк.

— А вы что, епископ или охотник на демонов? Вы скорее на еду для демона похожи, — насмешливо произнёс Солано, глядя на толстяка. — Никто не войдёт в здание без моего разрешения или санкции суда. Идите по своим делам, джентльмены. Не тратьте своё и моё время.

С этими словами Солано развернулся и дал знак кечуа. Те воспользовались заминкой штурмующих, захлопнули дверь и задвинули засов.

— Фух… — выдохнул Алан. — Народ нервный какой. Но я могу их понять. Слишком уж вой неприятный.

В этот момент в окно влетел камень, рассыпав стекло мелкими брызгами.

Солано пожал плечами.

Этот мир ещё не привык к техногенным шумам XX века. И то, что попаданцу казалось терпимым и даже заурядным, вызывало здесь бурную реакцию. Тем не менее на планах плавить металл посреди Нью-Йорка можно ставить крест. Да и источник мощности нужен был посолиднее. Радовало только то, что в принципе установка работала. А это обещало тысячи тонн стали для Парагвая.

(1) Подробнее о генераторе в моей статье в блогах https://author.today/post/764229

Святейшая Консистория, Рим, Латеранский дворец, под сенью Апостольского Престола.

Его Превосходительству

Дону Карлосу Антонио Лопесу,

Консулу Республики Парагвай.

Мир Вам и Апостольское Благословение.

Святой Престол с особым удовлетворением взирает на перемены, последовавшие в Республике Парагвай после кончины верховного правителя доктора Гаспара Родригеса де Франсии, чьи деяния, к прискорбию нашему, не всегда служили ко благу Святой Церкви. Мы питаем надежду, что под благоразумным управлением Консулов узы между духовной и светской властью вновь укрепятся и послужат процветанию как государства, так и истинной Христовой веры.

По воле Его Святейшества Папы Григория XVI, Верховного Понтифика Римской Церкви, мне поручено обратиться к Вашему Превосходительству, равно как и к досточтимому соправителю Вашему, генералу Мариано Роке Алонсо, с посланием, касающимся одного из преданных сынов Святой Матери-Церкви — досточтимого Базилио Лопеса Инфрана, монаха ордена Святого Франциска, чьё ревностное служение на ниве Христовой засвидетельствовано как многолетними миссионерскими трудами, так и неустанной заботой о духовном наставлении паствы.

Принимая во внимание заслуги досточтимого Базилио Лопеса Инфрана перед Святой Церковью, а также благотворное влияние, оказываемое им на души верующих в землях его служения, Святой Престол счёл необходимым призвать вышеупомянутого Базилио Лопеса Инфрана ко двору Апостольскому, дабы рассмотреть вопрос о возведении его в новый церковный сан и возложении на него дальнейших обязанностей во славу Господа нашего.

Посему Святой Престол обращается к Вашему Превосходительству с просьбой оказать всяческое содействие скорейшему прибытию досточтимого Базилио Лопеса Инфрана в Рим, дабы он мог предстать перед Апостольским Престолом для получения надлежащего наречения и Апостольского благословения. Мы не сомневаемся, что Ваша мудрость и благочестие побудят Вас оказать поддержку сему делу, столь важному для Святой Церкви.

К настоящему посланию прилагается подорожная грамота, выданная на имя досточтимого Базилио Лопеса Инфрана, с тем чтобы обеспечить ему беспрепятственный и безопасный проезд через земли, находящиеся под властью различных государей и правительств, а также предоставить необходимое содействие в пути.

Да хранит Вас Господь наш Иисус Христос, и да пребудут с Вами Его благодать и покров Пресвятой Девы Марии.

Кардинал Луиджи Ламбрушини, Легат Апостольского Престола

Карлос Лопес возбуждённо ходил по кабинету Франсии и раз за разом пробегал глазами письмо. Точнее его начало, где чёрным по белому было написано «Республика Парагвай». Это означало де-факто признание Парагвая Святым Престолом.

«Жаль только, что не публично».

В подорожных о республике не упоминалось вовсе. Там речь шла только об Асунсьонской епархии. И это можно было понять. Святой Престол не хотел «дразнить гусей» из Буэнос-Айреса. А личное письмо Карлосу Лопесу — как бы личное. Это непубличный документ. Хотя намёк там жирный.

«Неужели отец Кальво сумел исполнить своё обещание, — припомнил Карлос беседы с посланцем Лимского архиепископа. — Я и не рассчитывал всерьёз на это. Да и его согласие рассматривал только как жест вежливости. А оно вот как обернулось!»

Разумеется, Базилио обязательно поедет в Рим, и есть ненулевая вероятность, что рукоположение в епископский сан будет сопровождаться и политическими заявлениями со стороны Святого Престола.

«Дары надо заслать, — дёрнулся Карлос. — Нельзя без достойного подарка ехать».

Конечно, бюджет Парагвая был стеснён блокадой и отправкой посольств, но порт Консепсьон работал, и через него экспортные грузы шли вместе с грузами союзной республики Энтре-Риос. Так что какой-то ручеёк от внешней торговли монету в казну приносил. Ну и внутренний заём продолжал аккумулировать средства. Три сотни тысяч песо уже отправились в США, но уже после отъезда делегации скопилось ещё полторы. Так что Базилио будет не стыдно в Риме.

— Доминго! — крикнул Карлос в приёмную своему секретарю. Когда тот появился в дверях, Карлос скомандовал:

— Перепиши папское послание в двух экземплярах. Одну копию отправь в Пирайю к Базилио Лопесу. Срочно. Вторую — Роке Алонсо в Мисьонес. И на сегодня я закончил. Не могу работать.

Счастливо улыбнулся он.

Всё, что Карлос планировал, пока что заканчивалось успехом. Воистину он ощущал благословение небес. И даже тёмная нотка, связанная с сыном, уже не печалила Лопеса. Он повелевал историей целого региона и испытывал счастье от этого ощущения.

«А когда Парагвай будет признан великими державами, начнётся новая игра. С еще большими ставками и призами», — закрыв глаза, думал он, расслабившись в кресле.

Дела действительно шли неплохо.

Новорожденная республика Энтре-Риос провела национальный конгресс в городе Парана, на котором депутаты приняли конституцию и выбрали Ферре президентом. Что характерно, про провинцию Мисьонес никто не вспоминал, и де-факто все признали её вхождение в состав Парагвая.

О, как бесновался Буэнос-Айрес!

Росас заочно приговорил всех участников конгресса к смертной казни через повешение, о чём было сообщено во всех газетах Аргентины. Так что конституционное собрание в Парана никто иначе не назвал, как конгресс висельников. Но, судя по докладам, это только сплотило элиту и простой народ.

Взбешённый Росас принудил армию предпринять тупой лобовой десант, атаковать город и схватить конгрессменов. Генерал Хосе Мария Пас этого ждал, и высадка превратилась в полный разгром. В бойню. Около четырёхсот человек было убито или утонуло, столько же взято в плен. При минимальных потерях у оборонявшихся. А десантная флотилия Аргентины была частично сожжена брандерами ночью после битвы.