Взгляд Нильсона стал заинтересованным.

— Весьма скоро вы услышите слухи о планах строительстве трансконтинентальной железной дороги до Орегона. Потом эти слухи станут реальностью, начнутся изыскания и подготовка к строительству. Потом начнётся прокладка пути по бескрайним равнинам вдоль границы с Канадой. А что будет во время строительства?

Солано хлебнул ароматного свежего пива, делая паузу и ожидая реакции собеседников. Но те выжидательно молчали.

— Во время строительства будут стычки с племенами, которые не потерпят это вторжение на их территории. У строительной компании будет два пути решения индейской проблемы. Призвать на помощь армию США или организовать свою собственную частную охранную структуру. И вот в этот момент вы можете получить именно то, о чём я говорил раньше. Выйдите на владельцев компании и на госдепартамент. Убедите их предоставить вам право набирать людей. Набирайте их из франко-канадцев и ирландцев. Оружие вам купит компания или выдаст армия. Воюйте с дикарями и сплачивайтесь как боевая единица. И когда настанет момент — пара тысяч проверенных в бою парней смогут перевернуть карточный стол и установить свои правила. Других способов нет.

Два старика смотрели на юнца с изумлением. Первым отмер Маркес.

— Ты про дорогу эту уверен? Точно знаешь? Когда строить-то будут?

— Про дорогу я уверен. Но когда её начнут строить, не знаю, — честно ответил Солано. — От правительства нужны некоторые гарантии компании-застройщику. Так что будут прения в конгрессе по этому поводу. И когда там законодатели созреют, я не берусь предсказать.

— Скажи мне, Юджин. А когда ждать эту большую войну Британии с соседями? — испытующе посмотрел Роберт.

— Я не пророк, — сразу отмёл подозрения Солано. — Но она неизбежна. Скорее всего, Францию англосаксы постараются опять низвергнуть в пучину революций. Так им гораздо дешевле душить могучего соседа, имеющего сильный флот. А открытый конфликт будет, скорее всего, с Россией. Там революции невозможны, а мощь этого государства с точки зрения Лондона надо как-то ограничивать. Так что война уже заказана, дата только не назначена. Но у вас хватит времени на подготовку. И рекомендую не только своих франкоязычных соотечественников по ту сторону границы готовить. Внушайте и канадским англосаксам выгоды свободы от власти Британской монархии. Уверен, что такие идеи найдут отклик. Кроме того, вам обязательно надо подогревать любые антибританские настроения в США. Не стесняйтесь оплачивать правильные статьи в разных газетах. Пишите сами. Британия наверняка даст вам множество поводов. К нужному часу США должны быть морально готовы к конфликту с Империей. И готовы признать вашу независимость, как только вы её провозгласите. Вот тогда всё у вас получится.

Канадец помолчал, отхлебнул пива и резюмировал.

— Хорошо быть молодым. Всё кажется простым и возможным.

К месту упокоения останков злополучного парохода «Вакханка» подошла с арендованной баржей на буксире. Несамоходная посудина должна была принять на себя поднятый груз и доставить его в Нью-Йорк. Но и в самой операции по подъёму она тоже задействовалась.

Пару дней барже пришлось постоять у пирса в Сильвер-Крик, пока «Вакханка» нарезала зигзаги в поисках утопленника. Всё-таки приметы приметами, а конкретного буйка над трупом не качалось, и искать его пришлось долго. Для этого за кормой буксировали ялик, в котором лежал Солано и смотрел в широкую жестяную трубу, опущенную в воду. Труба избавляла от бликов и колыхания воды.

Когда с местом определились, подтащили баржу и с помощью пары местных плотников соорудили серьёзные козлы, которые с одной стороны упирались в баржу, а с другой — в яхту. Посередине висел блок с канатом и крюком. Лебёдку использовали штатную с «Вакханки».

Солано на этот раз погружался не в одиночестве. Из всех его парней решимость освоить опасную профессию водолаза высказал только Фелипе. И второй экземпляр костюма был готов для него уже к концу работ в Нью-Йорке.

Для двух водолазов, по идее, нужно было бы две помпы, но, помня об избыточной производительности имеющейся, Солано поступил иначе.

Во-первых, помпу снабдили педальным приводом. Ногами крутить её было менее утомительно, чем руками. Во-вторых, воздух сначала нагнетался в железную бочку-ресивер, на котором стоял самодельный редуктор с манометром. Теперь можно было, не обращая внимания на потребности водолазов, набить ресивер воздухом до шести атмосфер. А в шланги уходил поток с фиксированными параметрами.

Ещё одним потребителем воздуха была лампа. Солано изрядно утомился работать в мутной воде Гудзона и, опасаясь того же в Эри, придумал специальный колокол-светильник. Обычная аргандова лампа крепилась под большим полутораметровым колоколом из листового железа. По его краям свисали цепи, к которым на крюках вешался груз. За рым колокол можно было опустить и поднять из воды. А горение масла обеспечивал шланг с воздухом от ресивера.

Лампу опробовали в первом же погружении, и она показала вполне удовлетворительные результаты. Днём от неё было немного толку из-за изумительной прозрачности вод Эри, ещё не загаженных продуктами человеческой деятельности. Но в сумерках становилась отличной заменой солнцу и позволяла работать дольше.

Что интересно, из-за двадцатиметровой глубины под колпак подавалось три атмосферы, и это вызвало заметный прирост интенсивности горения китового жира. Равно как и увеличение копоти, которая оседала равномерным слоем на внутренней поверхности колпака.

Солано примерно знал, что ему предстоит. Паровая машина «Эри» была серийной для завода «Allaire Works», и уважаемый клиент получил разрешение беспрепятственно обследовать её аналог прямо на заводе. И купить там же подходящий набор инструмента. Это было существенной предусмотрительностью, ибо никакой стандартизации в геометрии крепежа в США в те годы не существовало. У каждого завода могли быть свои уникальные гайки.

В первые три погружения Солано и Фелипе с помощью лебёдки с яхты отрывали горелые обломки вокруг машинного отделения. Пароходик был деревянный, и детали сами уплывали прочь, как только теряли связь с остовом. Но торчащие гвозди были большой опасностью для водолазного костюма, и приходилось действовать осторожно.

Попутно на баржу поднимали фрагменты лопнувшей качающейся балки, покорёженные детали гребных колёс и полезные железные предметы с парохода, типа якоря с цепью, инструмента, медной посуды с камбуза. Когда машинное отделение оказалось очищено, приступили к демонтажу обломков, закрывающих доступ в котельное отделение.

В разгар работ к «Вакханке» подплыла очередная парусная лодка. Экипаж яхты неодобрительно смотрел на молодого человека, который внаглую перепрыгнул на борт баржи.

— Меня зовут Джеймс Идс, — представился он. — Я к вашему боссу, мистеру Дебсу. Где я могу его увидеть? (1)

— Под водой, — буркнул Рамон с жутким акцентом, продублировав слова жестом, и позвал по-испански сеньориту Анну, чтобы она сама говорила с настырным гринго.

После короткого диалога с Анной, гость отправил восвояси своё транспортное средство и остался ждать и наблюдать за работой. Тренькнул колокольчик, и из воды начали поднимать сначала одного, потом второго водолаза. Идс во все глаза смотрел на диковинные костюмы, шланги и продуманную систему грузов. Ему скорее хотелось со всем этим познакомиться, но хозяин бизнеса лишь сухо поздоровался и переключился на управление подъёмом.

Скрипела лебёдка, капала вода с каната, выбираемого из водной толщи. На глазах у всех, между яхтой и баржей из-под воды показалась громадная туша. Это был целый, неповреждённый медный котёл парохода. Пар с него был стравлен задолго до того, как котёл ушёл на дно вместе с остатками парохода, а пламя пожара металлу котла причинить ущерба было не в состоянии.