Колесо судьбы сделало оборот. Империя в хаосе, кланы готовятся к войне, а ты… ты стоишь в начале пути, который может привести к величию или забвению. Шесть месяцев — срок смехотворно малый для нормального развития. Но ты не нормальный. И твой путь не будет обычным.

Выбор за тобой: безопасная медлительность традиционного пути или опасная скорость запретного симбиоза. Что ты выберешь?

Выбор уже был сделан. В ту ночь, когда Ли Мэй принесла дневник. Или еще раньше, когда я впервые заговорил с пламенем.

Следующие дни слились в бесконечный цикл тренировок. Утро — физическая подготовка и боевые техники. День — медитация и работа с внутренним огнем. Вечер — спарринги. Ночь — тайные занятия с Ли Мэй по симбиозу.

Прогресс был. Медленный, болезненный, но заметный.

К концу первого месяца после объявления я достиг средней фазы Тлеющего Угля (41%). Огненная стрела летела на двенадцать метров с точностью семьдесят процентов. Щит выдерживал три-четыре удара ученика второй ступени…А, да — я смог раскрыть щит. Настолько задолбался, что только на следующее утро увидел сообщение:

[ Техника освоена: Щит Пламени ]

Ты понял, что пламя может быть не только клинком, но и стеной. Ты не командуешь им, а просишь — и оно отвечает яростным вихрем, встающим на мгновение между тобой и уничтожением. Это не пассивная преграда, а живой, дышащий гнев, пожирающий всё, что осмелится его коснуться…лишь на одно дыхание, на одно сердцебиение.

Внутреннее Горнило укрепило тело достаточно, чтобы выдерживать температуры, которые раньше оставляли ожоги.

Но главным достижением был симбиоз. Мы с Ли Мэй научились не подавлять дикую природу огня, а направлять ее.

Это работало. Пламя становилось более отзывчивым, техники требовали меньше усилий, восстановление энергии шло быстрее.

Но были и побочные эффекты. Иногда я просыпался и не мог вспомнить, снился ли мне сон или это были воспоминания пламени. Видения горящих миров, рождения и смерти звезд, первородного хаоса, где не было ничего, кроме огня и пустоты. Хорошо хоть особо жесткие трипов, по образцу одной из первых медитаций, пока не повторялось.

Ли Мэй испытывала то же самое, но по-другому. Ее огонь показывал ей не прошлое, а возможные будущие. Она видела себя на седьмой ступени, сжигающей города взмахом руки. Видела себя на троне императора, с короной из живого пламени. Видела себя мертвой, превращенной в пепел собственной силой.

— Это цена, — сказала она однажды ночью после особенно интенсивной сессии симбиоза. — Мы получаем силу, но теряем что-то взамен.

— Человечность?

— Может быть. Или может, мы становимся чем-то большим, чем люди. — Она посмотрела на свои руки, где под кожей пульсировали огненные вены. — Страшно то, что меня это не пугает. Наоборот, я хочу большего.

Я понимал ее. С каждым днем граница между мной и пламенем становилась все тоньше. И с каждым днем мне было все более плевать на эту границу.

К концу второго месяца произошел прорыв. Буквально.

Я медитировал, выполняя тысячный цикл Дыхания Пепла, когда почувствовал, что что-то изменилось. Внутреннее пламя, обычно хаотичное и непредсказуемое, вдруг выстроилось в четкий паттерн. Энергетические каналы расширились, меридианы уплотнились, и весь внутренний огонь сжался в точку в районе солнечного сплетения.

А потом взорвался.

Не наружу — внутрь. Волна чистого пламени прокатилась по телу, выжигая загрязнения, укрепляя кости, перестраивая органы. Это было больно. Это было восхитительно. Это было…

[ Тлеющий уголь — Срединная фаза]

Ты сделал шаг, на который у некоторых уходят годы. За два месяца ты поднялся на середину ступени. Невозможно? Да. Опасно? Безусловно. Но ты выбрал путь симбиоза, и пламя наградило тебя за доверие.

Новые возможности:

— Огонь теперь может существовать вне твоего тела до пяти минут

— Доступны техники средней сложности

— Тело может выдерживать прикосновения обычного пламени без повреждений

Предупреждение: Слишком быстрый рост привлечет внимание. И не все это внимание будет доброжелательным.

Я открыл глаза и увидел, что моя комната в огне. Точнее, все поверхности покрыты тонким слоем пламени, которое не жгло, а просто… было. Моё пламя, отмечающее территорию.

С усилием я втянул его обратно, но след остался — обугленные символы на стенах, похожие на древние руны. Я не знал, что они означают, но пламя знало. Это была подпись, заявление: здесь живет носитель Солнечного Огня.

Стук в дверь.

— Входите, — сказал я, уже зная, кто там.

Старейшина Янь вошел, окинул взглядом обугленные стены и кивнул.

— Впечатляет. И тревожит. — Он подошел ближе, изучая символы на стенах. — Ты знаешь, что это?

— Нет.

— Древний огненный скрипт. Мертвый язык, на котором никто не говорит уже тысячу лет. Эти символы говорят «Я пробудился». — Он повернулся ко мне. — Твое пламя помнит вещи, которые должны быть забыты. Это делает тебя ценным. И опасным.

— Что вы предлагаете?

— Перевод в группу ускоренного развития. Официально — потому что ты показал выдающийся прогресс. Неофициально — чтобы за тобой могли присматривать более опытные наставники. Твой путь слишком необычен, Чжоу Сяо. И я не уверен, что это твой путь, а не путь пламени, использующего тебя как сосуд.

Холодок пробежал по спине. Он знал. Может, не детали, но суть — да.

— У меня есть выбор?

— Всегда есть выбор. Но альтернативы обычно хуже. — Он направился к двери, но остановился. — И еще. Держись подальше от Лю Чэня. Он тоже заметил твой прогресс. И ему это очень, очень не нравится. Холодное пламя и Солнечное — извечные враги. Рано или поздно вы столкнетесь. Постарайся, чтобы это было поздно.

Он ушел, оставив меня переваривать новости. Группа ускоренного развития — это одновременно и возможность, и ловушка. Больше ресурсов, лучшие учителя, но и больше внимания, больше контроля.

Впрочем, какая разница? У меня осталось четыре месяца до Турнира. Четыре месяца, чтобы стать достаточно сильным для… чего? Победы? Выживания?

Я посмотрел на свои руки. Под кожей текло пламя, уже не чужеродное, а родное. Часть меня. Или я — часть его?

Переезд в группу ускоренного развития оказался… разочаровывающим.

Я ожидал роскошных покоев, личного наставника, доступа к секретным техникам. Вместо этого меня переселили в другой барак — чуть получше предыдущего, но все равно барак. Комната была больше, кровать мягче, на столе лежало больше книг. И все.

Ах да, еще сосед.