Для меня, уже год не стоявшей на горных лыжах, — это оказалось запредельной тренировкой!

После трамплина я оказалась в воздухе и падала на равномерно заснеженный, но слишком крутой склон, ниже которого начинался лес!

Приземлилась чётко. Мне удалось удержать равновесие! Короткая улыбка удовлетворения сменилась пониманием, что сейчас будет конец...

Я честно пыталась маневрировать и хоть как-то сбросить скорость до того момента, как влечу в лес, но из-за страха сделать ошибку и разбиться на бешеной скорости, которой ранее никогда не достигала, действовала слишком осторожно.

Инстинкты самосохранения брали вверх! Впрочем, и тело сейчас действовало — на инстинктах.

Возможно, это стало моей фатальной ошибкой…

Несколько раз получив ветками словно розгами, я начала терять контроль над ситуацией, а снег, попавший в лицо, закрыл обзор, и я инстинктивно зажмурилась, вместо того чтобы стряхнуть с очков снег.

Поняла, что это конец, и зажмурилась ещё сильнее, подсознательно приготовившись к удару, ведь впереди лес становился всё гуще…

Даже мимолётно мелькнула ехидная мысль: «Всё как в родной стране. Вот теперь они точно наверху защитную сетку установят»…

И вдруг меня тряхнуло… Как-то не так там дальше было…

— Госпожа… — снова тряхнуло. — Очнитесь уже. Я воды принёс.

Я открыла глаза и обречённо протянула: «Н-е-е-т»…

Янтарный взгляд не был обеспокоенным. Скорее Су Хо выполнял свои обязанности.

Я выпила протянутую мне воду в деревянной пиале.

— Вот ещё ягоды. Поешьте, госпожа. А я пока приготовлю поесть.

— Поесть? Но я не нашла в доме ничего кроме фруктов! — мозг начинает возвращаться в реальность и анализировать действительность.

— Я вернулся с добычей, — коротко ответил Су Хо и вышел.

Через некоторое время с улицы донёсся запах костра.

Живот, которому горсточки ягод оказалось недостаточно, — заурчал в предвкушении еды.

Внутри хижины действительно не было печки, или чего-то подобного, на чём можно было приготовить еду.

Вспомнила, что в исторических дорамах, деревенские готовят еду на улице. Это во дворце целая королевская кухня, а в бедных домах всё иначе. Недаром, именно на улице стоит приземистый, но огромный стол, на котором и полежать можно.

Некоторое время я просидела на циновке. Особым удобством она не отличалась. Подозреваю, просто на полу было бы даже комфортнее.

Поправив шапочку на голове, во время отключки съехавшую почти на брови, решила выйти к оборотню.

К этому времени он уже освежевал добычу. На вертеле, над обложенным камнями кострищем, висел увесистый кабан.

— Ого… — не сдержала я удивлённого вздоха.

Когда услышала про добычу, я скорее представляла птицу или кролика, но точно не кабана!

Су Хо, что-то скоблил ножом и в ответ на моё восклицание поднял взгляд.

— Вепрь мне первым попался. Помню, что вы предпочитаете другое мясо, принцесса, но в данных условиях я торопился вас накормить. Позже найду более достойную для принцессы еду.

— Э-эм… Спасибо, Су Хо, — я было хотела поддержать его, похвалить и сказать, что мясо на костре — это лучше еда на свете! Я действительно обожала походы и подобную еду. Однако я осеклась, вспомнив, что совершенно не знаю предпочтений принцессы. Пока парень думает, что я это она, — я в безопасности.

Понятия не имею как, но должна вести себя как принцесса!

— Покорный раб не заслуживает благодарности… — ни в тоне, ни во взгляде Су Хо, даже грамма покорности не было. Он лишь учтиво склонился, как требуют правила. Решила не акцентировать на этом внимание. Пока оборотень единственный, кто может помочь мне здесь выжить.

— Я действительно слишком голодна, чтобы быть избирательной. А что ты делаешь?

— Я нарыл свежих ростков бамбука. Приготовлю к мясу. Простите, госпожа, риса у меня тоже нет.

— Главное, чтобы было съедобно, — вдохновлённая видом еды, я тут же забылась, и, выйдя из образа принцессы, присела рядом с Су Хо! Не придавая значения мелочам, я случайно задела его плечо, отчего он тут же дёрнулся.

— Госпожа… — он склонил свою голову ниже, будто сам в чём-то виноват.

— Почему ты перестал работать? Продолжай. Я посмотрю, а то тут больше других развлечений нет, — попыталась оправдать свой поступок.

— Да, госпожа, — он прокашлялся в кулак, отсел на шаг и продолжил своё занятие.

— Су Хо?

— Слушаю, госпожа…

Я задумалась: допустимо ли произносить принцессе подобное, но Су Хо всё ещё ходил обмотавшись тряпкой, а сверху моим шарфом. Да и я уже сума сходила в тёплых штанах!

— А есть ли способ найти одежду до того, как мы явимся на рынок? Пусть не новую, но хоть чтобы до рынка в ней добраться, не собирая взгляды прохожих.

— Есть.

— Какой?! — оживилась я.

— Найти в лесу тех, кому она уже не нужна, — витиевато выразился он, но я поняла о чём он. — Я могу. По запаху.

— А ещё варианты? — передёрнулась я.

— Второй вариант ещё более неприемлемый для божества — воровство!

— Для какого божества? — не поняла я.

— Простите, за дерзость, госпожа. Конечно, для вашего смиренного раба. Вы всегда можете приказать, и у меня не останется выбора, как подчиниться.

Божество?!

Су Хо — божество?!

И при этом раб какой-то там принцессы?! У неё что? Супер силы какие-то были?

И сам Су Хо... При первой встрече, у меня, конечно, мелькнула мысль, что он красив, как бог, но…

Ничего не понимаю...

Я взглянула на замершего “раба”.

От новости стало несколько жутковато.

Вспомнила, как мы летели буквально по воздуху. Наверное, обычные оборотни такого не могут.

— Я… — сложно было подобрать слова.

— Уже жалеете, что сняли с меня ошейник?! Считаете, я забылся, опьянённый тем, что вернул себе истинное воплощение?! — взгляд парня был направлен на землю, но я и без того чувствовала, насколько он, как и его голос, был полон ненависти. — Сложно забыть, когда на тебе вечные кандалы, заставляющие служить вашему роду из поколения в поколение.

— Я ни о чём не жалею! — не выдержала я. — И сделала бы это снова, ведь теперь понимаю, что там, под ошейником, у тебя были настоящие раны, а не грим! Но скажи, разве после нашей встречи в горах, я заслужила, чтобы ты смотрел на меня с такой ненавистью? Сделала тебе что-нибудь плохое?!

Он задумался.

— Н-нет… — голос прозвучал с сомнением, — госпожа.

— У меня к тебе один вопрос... — Спрашивайте, что угодно, госпожа... — Почему ты не снял этот дурацкий ошейник сам? Ты же такой сильный!

— Потому что этот ошейник мог снять только представитель вашего рода, госпожа. Если бы я попытался сам… Впрочем, в детстве вы часто наслаждались тем, как влияет на меня этот артефакт, так что вашему рабу нет необходимости рассказывать о его силе, — в голосе слышалась неприкрытая ненависть. К ошейнику, или ко мне?

Или же, ко всему вместе?

— Су Хо… Мне жаль. Обещаю, кем бы ты меня ни считал, я никогда не причиню тебе боль.

Он поднял на меня взгляд, полный скептики, но было в нём и ещё что-то.

— Я чувствую, что ты не врёшь… — несколько хрипло произнёс он.

Осознав, что только что он назвал меня на «ты», я не смогла сдержать улыбку.

— Не вру. Мы бы могли помочь друг другу, не как хозяйка и раб, а как двое людей, которым есть, чем друг другу помочь.

— Какие слова, госпожа… — после его слов, надежда, что мы наконец поняли друг друга, рухнула!

— Я хочу всё изменить, — попыталась достучаться я.

— Что изменить, госп… — я закрыла его рот руками, и, тут же поняв: насколько в этом времени подобное недопустимо, торопливо их одёрнула. После чего тихо и смущённо прошептала. — Просто Йе Рим.

Вот никогда бы не подумала, что способна смущаться из-за такой ерунды. Ещё и чужое имя с такой лёгкостью на себя приняла.

Ведь когда произносила, даже на миг не задумалась, что это не моё имя...На ладонях осталось странное ощущение. Будто на них поддерживали тепло угольки, согревая приятной щекоткой.