Я отскочил назад, активируя на максимум Скорость тигра. Ноги сами нашли более сухой участок пола, где бетонное покрытие было не таким скользким. Маскировка Хамуса не работала. Существо каким-то образом видело меня.

Я деактивировал бесполезный мутаген, чтобы не тратить на него зэн. Потом выхватил гранату, сорвал чеку и, толком не целясь, метнул ее немного в сторону от центральной части монстра. И тут же, прикрыв голову, грохнулся на пол тоннеля.

Прозвучал оглушительный взрыв. Осколки бесполезно звякнули о стены, не причинив твари никакого серьезного ущерба. Зато вспышка света подействовала куда интереснее. На долю секунды в толще теневой оболочки, словно трещины по стеклу, пробежали белые, изломанные прожилки. Несколько белесых глаз разом лопнули, брызнув черной, густой жижей.

Тварь взвыла. Но этот вой сотряс не только воздух. Он ворвался прямо в кости, заставив челюсти непроизвольно сжаться.

— Свет для нее губительнее, чем кинетические атаки, — быстро проговорила Майя. — Но запас прочности огромный. В лоб эту тварь не возьмешь.

— Понял, — надсадно прохрипел я, вскакивая на ноги.

Тень снова потянулась вперед. Один из отростков — нечто среднее между щупальцем и дымным языком — чиркнул по стене рядом со мной. Бетон мгновенно потемнел, покрылся трещинами и начал осыпаться. Пара крошечных частиц попали мне на кисть. Даже сквозь перчатку кожу обожгло так, что я невольно выругался.

— Эту мерзость лучше близко не подпускать, — процедил я сквозь зубы и отпрыгнул назад.

Я понимал, что отступать сейчас бесполезно: за спиной — турели и силовые щиты. Но самое главное даже не это. Моя основная цель впереди. Возвращаться — значит провалить задачу. Значит упустить возможность спасти Саньку. Этого я допустить не мог.

— Майя, — зубы сводило от холода, но я заставил голос звучать четко и ровно. — Просканируй еще раз спектр монстра. Он связан с ядром напрямую?

— Да. Вижу несколько широких энергетических каналов, уходящих вглубь породы, ниже уровня технических тоннелей. Это не просто монстр в пещере. Это… отросток. Придаток. Паразит, вросший в оболочку энергоядра. Возможно, даже его примитивный интерфейс безопасности.

— То есть, если я вырублю ядро…

— С большой долей вероятности монстр ослабнет. Или сдохнет. Или же сойдет с ума. Но последнее крайне нежелательно. Поскольку в таком случае сдохнут все остальные. Включая тебя.

Черная тень дернулась, словно почувствовала, что мы говорим о ней. Один из отростков рванулся вправо, по дуге, пытаясь обогнуть меня и зайти с тыла. Я метнулся вперед и чуть в сторону, на полшага опережая его. Время сжалось, замедлилось и потекло, как густая патока…

Левая нога — вперед, правая — толчковая. Прыгаю. Врезаюсь плечом в стену и тут же скользящим шагом рвусь назад, проходя так близко от дымного щупальца, что его край чиркает по моей разгрузке.

Материя не разошлась — она зашипела.

Ткань вспухла темным пятном, мгновенно потемнела и задымилась. Пластик застежки оплавило, как от сильного огня, и в следующую секунду она рассыпалась в прах. Боль прожгла бок, словно мне к голому телу прижали раскаленный прут. Я дернулся, рефлекторно оттолкнулся от стены и, используя этот импульс, отпрыгнул в глубину тоннеля, разрывая дистанцию.

Тварь позади меня выгнулась дугой, протягивая ко мне сразу несколько темных отростков, словно из центра клубящейся массы выстрелили чернильные хлысты. Там, где они касались стен и пола, оставались глубокие шипящие борозды, быстро покрывающиеся коркой черного стекла.

— Фаза контакта подтвердила, — сосредоточенно выдала Майя, — комбинированное воздействие монстра: локальная энтропийная деградация материи плюс вытяжка тепловой и жизненной энергии. Аид, еще два таких касания, и уровень твоей жизненной силы упадет ниже безопасного уровня.

— Учту, — прохрипел я, переваливаясь через сплетение толстых кабелей и уходя в небольшое углубление слева.

Тварь не спешила. Она не гналась — она надвигалась, как надвигается пожар по сухому лесу: уверенно, медленно, с чувством, алчно растягивая удовольствие. Я ощущал, как с каждым ее «шагом» температура вокруг продолжает быстро падать. Лампы в дальнем конце туннеля потрескивали, свет дрожал, словно кто-то выкручивал реостат.

Нужно было срочно менять сценарий.

— Аид, — вновь заговорила Майя, — я провела быстрый анализ. Единственный наш шанс — Дистанционная абсорбция. Вероятность успеха минимальна, но другого выхода нет. Для успешного подключения к источнику монстра мне потребуется, чтобы он на какое-то время потерял к нам интерес. Надо чем-то отвлечь эту тварь.

Я оглянулся. За спиной, метрах в пятидесяти, располагался поворот, за которым торчала одна из турелей. Ее не вышло уничтожить с первого раза, и я решил не тратить на нее еще один заряд Жала. Нанесенных повреждений было достаточно, чтобы безопасно выйти из зоны поражения. У турели были выведены из строя регистратор зэн и видеокамера, но при этом остался в строю аудиодатчик. Я это понял, когда, уже скрываясь за поворотом, случайно задел автоматом кусок арматуры, торчащий из стены. Скрипучий звук ожившей турели, заставил меня бросится за угол. Только это и спасло меня от очередного визита в посмертие. Пулеметная очередь высекла искры из бетона на том месте, где я только что находился.

— Майя, — прохрипел я, уклоняясь от очередного щупальца, — может подсунем турели жирную черную цель?

— Сомнительная идея, Аид. Хоть Кошачья поступь и не требует активации зэн, но стоит тебе еще раз неаккуратно махнуть автоматом и от нас мокрого места не останется.

— Придется рискнуть. Других вариантов все равно нет.

— Хорошо, — хмуро отозвалась Майя. — Тогда за дело. Как только монстр отвлечется на турель, я выйду из изолированного режима, и ты сразу ударишь Жалом. У тебя будет секунда, может быть две.

— Понял, — коротко ответил я и начал отступать вглубь туннеля.

— После твоей атаки тварь будет на время оглушена. Блокирующий контур ослабнет. Тогда я активирую Дистанционную абсорбцию и попробую подсоединиться к ее источнику. Дальше — по обстоятельствам.

Я активировал бесшумность с ускорением и бросился в сторону поворота. Тварь, заметив, что жертва ускользает гневно забулькала и ринулась следом. Скорость, с которой она перемещалась, поражала. Заполнив все пространство тоннеля, она рвалась вперед, отталкиваясь от стен, пола и потолка многочисленными конечностями, словно гигантская многоножка.

Не сказать, что она производила много шума, но все-таки этого должно было хватить, чтобы активировать турель. Теперь оставалась самая малость: оторваться от преследователя, чтобы самому не попасть под огонь. Но расстояние между нами и не думало увеличиваться. Тварь двигалась все быстрее, явно не собираясь меня отпускать. Я собрал все свои силы и волю в кулак и ринулся вперед.

Влетел за поворот и тут же увидел дуло турели, направленное в мою сторону. Оставалось только надеяться, что Кошачья поступь не подведет. Стараясь не сбавлять скорости, я рванулся вперед, под турель. И в следующий миг едва не оглох от грохота. Пулемет активизировался и начал изрыгать свинец.

Пули вонзились в черную массу, врезались в нее, как в густую смолу. Привычного цоканья о бетон почти не было слышно — только мягкое «плюх-плюх», словно свинец вспарывал болотную жижу.

Результат не заставил себя ждать. В местах попаданий на секунду расплескались бледные вспышки, как фосфор в темной воде. Несколько ошметков чужих тел — то ли костей, то ли обрывков плоти — вылетели из общей массы и шлепнулись на пол.

Тварь дернулась, выпучив на турель сразу добрый десяток глаз. Щупальца, которые тянулись ко мне, сжались, как пружины, и разом хлестнули по источнику раздражения.

Турель даже не успела полностью отработать магазин. Черная «рука» прошла по ней, как водно-абразивная струя. Металл вспучился, побелел, затем почернел и осыпался в серый прах. Проводка загорелась, вспыхнула и тут же погасла, как свеча на морозе.