— Проклятье! — процедил я сквозь зубы и тут же ухватился за еще одну соломинку: — Подожди! А как же Снег с Тенью? Сколько у них?

— Если даже забрать все до последней капли — от силы тысяч девять наберется. Амулеты Хилла и Маши не в счет — они полностью опустошены. — Майя выглядела по-настоящему расстроенной. — У нас нет абсолютно никаких шансов, Аид. Смирись. Судя по размеру метки, Маше осталось не больше десяти-пятнадцати минут. После этого ее психея будет невосполнимо повреждена.

Вот дерьмо! Какие-то жалкие три тысячи зэн! А на другой чаше весов — жизнь близкого человека. Мысли хаотично перескакивали с одного варианта на другой. Но все они были либо совсем фантастическими, либо нереализуемыми за оставшееся у Мари время.

Я в отчаянии сжал кулаки и грязно выругался. Сложно смириться со своим бессилием. Особенно в такие моменты.

И в этот миг я вдруг почувствовал легкое, но настойчивое прикосновение к спине.

Быстро оглянулся — Снег. Я вопросительно посмотрел на него, а белый волк многозначительно мотнул головой в сторону своей стаи.

— Что ты хочешь, старина? Не до тебя сейчас. — Я погладил Снега по мощному лбу и хотел было уже отвернуться, но волк снова требовательно ткнулся мне в спину.

От Снега поступали какие-то бессвязные образы, относящиеся к его соратникам, но я никак не мог уловить их смысл. Да и не хотел, если честно. Сейчас мне было просто-напросто не до этого.

И тут вдруг вновь активизировалась Майя:

— Зэн, Аид! — пронзительно воскликнула она. — Они хотят поделиться с тобой энергией! Вся стая. Обалдеть! Этого точно должно хватить.

Признаться, я слегка охренел от услышанного. Совсем недавно эти зверюги не подпускали меня к своему вожаку, а теперь хотят поделиться энергией? Неужели на них так сильно повлияло внезапное исцеление Тени? И вообще я не думал, что у них есть хоть какие-то значимые запасы зэн. В отличие от Снега никаких сверхъестественных способностей, кроме бешеной регенерации, они не проявляли.

— Перекидываю тебе запасы Снега и Тени, — тем временем тараторила мне на ухо Майя. — Активирую Дистанционную абсорбцию. Время за полночь. Счетчик накопления зэн обнулен. Доступно для аккумулирования семь с половиной тысяч. Для максимально быстрой перекачки касайся каждого источника рукой. Пятнадцати секунд должно хватить.

А дальше началось совсем уж немыслимое. Мне даже подходить ни к кому не пришлось. Каждый волк стаи в порядке очереди приближался ко мне и подставлял свой мощный мохнатый бок. Так что уже через пару минут в моем распоряжении было больше двенадцати тысяч зэн. На шестом волке я прекратил ее сбор.

А потом, не теряя ни секунды, склонился над Машей и прислонил руку к ее холодному лбу.

— Майя, начинай! — нетерпеливо приказал я.

— Уже, Аид! — откликнулась искин. — Не убирай руку. Соединение нестабильно. Мари на грани. Вероятность успешной репликации не более пятидесяти процентов. Надеюсь, у нас все получится.

Оверлей с искином пропал. Вокруг воцарилась напряженная тишина, прерываемая только завыванием ветра, да отдаленным вороньим карканьем.

Пару минут ничего не происходило. Я не хотел отвлекать искина от работы, поэтому упрямо продолжал держать руку на лбу Мари и напряженно ждать. За спиной послышались едва уловимые перешептывания Ивана со своими бойцами. Похоже, они тоже прониклись важностью момента и вели себя тихо. Особой надежды в их интонациях я не слышал, но мне было плевать. Если есть хотя бы один шанс из тысячи, я буду продолжать гнуть свою линию.

— Аид, проклятье! У меня ничего не выходит! — донесся до меня срывающийся голос Майи. Он звучал как-то глухо, словно искин пыталась докричаться до меня через внушительную толщу воды. — Мне нужна вся твоя жизненная сила. Сейчас тебе будет очень хреново. Скорее всего, ты умрешь от боли. Срочно собери полторы тысячи на воскрешение!

Я принял информацию и лег животом на землю, продолжая прижимать ладонь к Машиному лбу. Действовал хладнокровно, четко и без эмоций. Решение было принято в один миг. К боли я был готов. К смерти тоже.

Отправив Снегу просьбу о дополнительном количестве зэн, я закусил зубами воротник куртки, выставил для сбора свободную руку и приготовился к боли.

— Приступай! — скомандовал я искину.

— Накопи для начала зэн, — донесся до меня далекий голос Майи.

— Начинай! Это приказ! Если что, погреюсь у камина в посмертии, — процедил я сквозь стиснутые зубы.

А в следующий миг, нащупав сжатым кулаком лапу первого подошедшего волка, я рухнул в бездну нестерпимой боли.

Не могу точно сказать, сколько это продолжалось. Секунды адского страдания растягивались в часы, а минуты — в недели. В какой-то момент мне показалось, что этому не будет конца. Что еще немного — и я окончательно сойду с ума. И в этот момент все вдруг резко прекратилось, и меня накрыло волной темного забытья.

Очнулся я на холодном каменном полу. Где-то рядом весело потрескивал огонь, а по моим щекам немилосердно хлестали чьи-то хрупкие ладошки.

— Очнись, черт тебя дери, Алекс! Ну же! Никогда себе не прощу, если ты из-за меня окончательно сдохнешь!

— Если ты сейчас же не прекратишь, я точно откинусь, — собравшись с силами, прохрипел я, отмахиваясь от хлестких рук, словно от стаи надоедливых комаров.

А потом с трудом разлепил веки. То, что я увидел, никак не втискивалось рамки рациональных объяснений. Надо мной склонилось заплаканное, но при этом облегченно улыбающееся личико Маши.

Мы находились в комнате посмертия. В кресле у камина обессиленно полулежала Майя. А за окном, как и прежде, мерцали неизвестные созвездия.

Но не это было главное. Основной вопрос был в другом. Какого черта здесь делает Маша? Если репликация прошла успешно, то у нее сейчас только первый круг.

И значит ей ни в коем случае нельзя умирать.

— Ты что тут делаешь? — Я вопросительно посмотрел на Машу. Язык во рту еле ворочался. Дикая слабость придавила к полу.

— Ты меня спрашиваешь? — Мари растерянно огляделась вокруг. — Это я хотела у тебя спросить. Где я? Что это за место? И что с тобой такое, Алекс? Выглядишь паршиво. Я думала, что ты помираешь. Напугал меня до чертиков, идиот. — Маша обиженно фыркнула и отвернулась. — А вы… — Она повернулась к Майе. — Как вас там? Зачем сказали, что он сейчас погибнет из-за меня?

Майя лишь слегка повернула голову к говорливой девчушке, устало вздохнула и вновь прикрыла веки. Похоже, искину сейчас было немногим лучше, чем мне.

— В чем дело, Майя? — прохрипел я. — Почему мне так хреново?

— Система вырубилась из-за перегрузки, — еле слышно прошелестела искин, не поднимая век. — Метка оказалась слишком мощной. Идет аварийный перезапуск. Мы на резервном кластере. Питание минимально. Придется потерпеть минут десять. Ее пришлось закинуть сюда. — Дрожащий пальчик указал на Машу. — Ее посмертие и искин еще не подгружены.

— Она что, умерла? — Я попытался приподняться на локте, но тело не послушалось, и я вновь брякнулся на пол.

Майя едва заметно кивнула.

— Вот дерьмо! Неужели все было зря? — Я в отчаянии посмотрел на опешившую Мари.

На какое-то время в комнате повисло гнетущее молчание. Затем Майя немного приоткрыла веки и слегка улыбнулась.

— Она одаренная. Система присвоила ей сразу второй круг.

Я с облегчением выдохнул и обессиленно откинулся на спину.

— Кто умерла? Я⁈ — ошарашенно воскликнула Маша. — Что ты несешь, Алекс?

У меня не было сил отвечать. Похоже все мои жизненные резервы перекочевали к Маше. Именно поэтому она, единственная из нас, могла сейчас чувствовать себя относительно сносно.

Интересно, а она знает о трагической участи своего семейства? Если судить по ее поведению — нет.

— Почему ты молчишь? — Маша вновь склонилась надо мной. — Что со мной произошло? Отвечай же!

На какую-то долю секунды я пожалел, что вернул эту истеричную девчонку к жизни. Но тут же прогнал эту мысль. Не время раскисать и давать заднюю. Мари, при всех своих недостатках, могла стать отличным бойцом. Мне ли не знать.