— Что полностью согласуется с моим анализом скрытого контура, — вставила Майя. — Модуль был спроектирован в том числе и, как ловушка для оператора. Хорошо, что мы его деактивировали.

— А дальше все просто, — продолжил, невесело усмехнувшись, Призрак. — Пока ты лежишь без сознания, моя группа берет гладиатора. Мы уже знали, где его держат. Знали про планшет управления. Был разработан детальный план захвата. Все расписано буквально по минутам. Мы забираем гладиатора и затем спускаемся вниз, к энергоядру.

Он на секунду замолчал и пристально посмотрел на меня.

— Там мы должны были обнаружить твое бессознательное тело и заковать тебя.

— Заковать? — Мои глаза подозрительно сузились. Взгляд стал холодным и непроницаемым. Я сразу вспомнил, как группа Шелби упаковывала Саньку после обнаружения.

— Цепи из криптонита. С активным антиполем. Иван объяснял, что это блокирует Систему гладиатора. Полностью. Наглухо. Ты бы очнулся обычным человеком. Беспомощным. Безвредным.

Тишина.

Я переваривал полученную информацию. Попробовал ее на вкус. И, как по мне, вкус был весьма паршивый. Словно ржавый гвоздь на языке.

— А Санька?

— Гладиатор к тому моменту находился бы под нашим полным управлением. Планшет техника с кодами доступа стал бы ключом, а тотальный контроль над энергоядром полностью исключил бы возможность внешнего вмешательства. А дальше…

Михаил на несколько секунд замолчал, решая, похоже, стоит ли продолжать и выдавать следующую порцию сверхсекретной информации. Внезапно по его лицу пробежала тень. Брови нахмурились, а на скулах заиграли желваки.

Я отлично понимал, о чем он сейчас думает.

Матвеич.

Вряд ли кому-то придется по душе, если его товарища принесут в жертву на алтаре чужих интересов. Особенно, если эти интересы диаметрально противоположны твоим собственным.

— А дальше мы должны были отправить его в Альфу, — решительно выдал Михаил, гневно сверкнув глазами.

Воздух в медблоке на какой-то миг стал еще гуще и тяжелее. Во всяком случае, мне так показалось.

— Куда? — напрягшись, переспросил я.

— В Альфу. В мир, из которого сюда приходят гладиаторы. — Михаил посмотрел на меня так, будто сообщал очевидные вещи. — Он должен был стать первым нашим эмиссаром. Мы решили, что пора заканчивать с монополией Темного на связи с Альфой. Этот гладиатор должен был стать первым, кто полностью контролируется не Темным и его техномантами, а…

Михаил запнулся. Осекся на полуслове, как человек, который понимает, что вот прямо сейчас выдаст самый главный, возможно даже смертельный секрет. Выработанный годами рефлекс конспиратора, похоже, тут же вцепился ему в горло.

Но ему и не нужно было продолжать. Все, что требовалось, он уже сказал. А я, в свою очередь, отлично умел считать в уме. И сложить два плюс два не составило для меня особого труда.

— Архивариусом? — холодно усмехнувшись, произнес я.

Тишина, навалившаяся после этого, оглушила своей тяжестью и взрывоопасным напряжением.

Наконец-то мы подошли к сути.

Михаил посмотрел на меня так, словно я только что на его глазах превратился в джинна. Потом ошарашенно кивнул.

— Откуда ты…

— Неважно, — оборвал его я. — Ты так и не рассказал, что хотели сделать со мной.

Он помолчал. Потер подбородок. Потом все-таки решился:

— У Архивариуса есть… устройство. Что-то вроде черного кристалла, но немного другое. Не такое, как у Темного. Какое-то собственное ноу-хау. Короче, деталей я не знаю. Но суть… — Михаил сглотнул. — Суть в том, что с его помощью тоже можно подчинять гладиаторов. Так же, как это делает Темный. Только независимо от него. Ты должен был стать первым. Первым гладиатором, полностью подконтрольным Архивариусу.

Я молча кивнул. Принял к сведению. Уложил в голове рядом с другими кусочками мозаики — перепрошитый модуль, скрытый протокол захвата, шифровальные сигнатуры Ивана в коде. Все сходилось. Аккуратно, как зубья шестеренок в часовом механизме.

Иван никогда не был союзником. Он был кукловодом, который дергал за нитки, пока мне казалось, что я иду своей дорогой. И что-то мне подсказывало, что Михаил сейчас думает о том же самом.

Но больше всего меня сейчас интересовало совсем другое.

— Ты сказал, что вы собирались отправить Саньку в Альфу. Как? — Я попытался сдержать волнение в голосе. И у меня, кажется, даже получилось. Во всяком случае, Михаил ничего не заметил.

Он даже не взглянул на меня, наполовину погруженный в свои мрачные мысли. Только извлек откуда-то из недр брони небольшой предмет и положил на колено.

Устройство было похоже на тот модуль, который дал мне Иван для перегрузки ядра. Такой же форм-фактор, такой же тусклый металлический корпус с разъемами. Но маркировка другая — незнакомые символы по краю, мелкие, гравированные лазером.

— С помощью этого, — равнодушно произнес Михаил. — Архивариус после получения контроля над энергосетью должен был сконцентрировать на ядре энергон со всего региона. Всю энергосеть — в одну точку. Этого хватило бы для открытия портала. Устройство подключается к центральной консоли в процессорном зале, задаются координаты, и… — он пожал плечами. — Телепортация.

Он произнес это так буднично, словно речь шла о поездке на автобусе.

— Аид! — Майя ворвалась в наш разговор, словно птица в оконное стекло.

Я давно не слышал у нее такого тона. Возбуждение. Чистое, незамутненное, почти детское.

— Я просканировала устройство дистанционно. Это портальный инициатор класса «Мост». Редчайшая вещь. Я видела такие только в архивных файлах Теоса. Слушай, мы можем это сделать. Можем отправить Саньку домой.

Я не шевельнулся. Не изменился в лице. Но внутри, внутри что-то дрогнуло. Что-то, что я держал под замком с того самого момента, как увидел Саньку закованным в кандалы.

— Шансы? — мысленно выдал я, впившись в Майю пристальным взглядом.

— Девяносто пять процентов. Если учесть наполовину активированный протокол Пепел — энергосеть базы и так перегружена, энергон сконцентрирован в требуемых объемах. Нам не нужно будет стягивать его со всего региона — достаточно того, что есть в наличии. Надо только попасть в процессорный зал и подсоединить это устройство к консоли. Если все пойдет гладко, то весь процесс займет около пяти минут.

Девяносто процентов. Пять минут. Эти слова вспыхнули в голове, как две сверхновые.

Я посмотрел на Михаила. Он сидел, ссутулившись, уперев ладони в колени. Автоматическая винтовка стояла у стены, на расстоянии вытянутой руки, но он словно бы забыл о ее существовании. Его невидящий взгляд был направлен в пол. Внутри Михаила, похоже, бушевала сейчас настоящая буря. Нетрудно было догадаться, что именно превратило опытного бойца в бесполезный овощ.

Матвеич. Или же фатальные решения, которые привели к его смерти.

— Михаил, — настойчиво позвал я.

Он поднял голову.

— Мне нужна твоя помощь.

Михаил тут же вышел из ступора. Его брови сошлись к переносице. Настороженность. Мгновенная, рефлекторная, как у того, кого слишком часто просили о вещах, за которые потом приходилось платить.

— Какая помощь?

— Мне надо отправить этого пацана в Альфу. Прямо сейчас. С помощью твоего устройства.

Он с подозрением уставился на меня.

— Ты… серьезно?

— Абсолютно.

— Нафига тебе это, Карамазов? — настороженности в его голосе прибавилось.

— Потому что ему здесь не место. — Я встал с кушетки и сделал шаг в сторону, чтобы Михаилу лучше было видно. — Посмотри, это же просто пацан. У него вся жизни впереди. Как и у многих парней из трущоб, что сейчас проливают кровь непонятно за что. Как когда-то и у Васьки Савельева. — Лицо Михаила нервно дернулось при упоминании этого имени. — Может, хватит уже смертей? Хватит дергать за ниточки, бросая ни в чем не повинных пацанов на верную гибель?

— Черт побери, Карамазов! — скрипнул зубами Михаил. — Если я отправлю его в Альфу не по протоколу… У меня приказ… Вот дерьмо! — Он крепко сжал голову руками.