— То? — настойчиво переспросил я.

— То нас здесь либо испечет, либо размажет по стенам, — слишком уж спокойно констатировала она. — Вероятность ошибки я оцениваю в десять, максимум двенадцать процентов. Зато вероятность массового геноцида с оригинальным модулем — в районе сорока.

Я вздохнул и чертыхнулся.

— Вот что мне нравится в тебе, так это твои проценты. Прям душу греют.

— Я могла бы и промолчать, — пожала плечами Майя. — Но это было бы нечестно.

— Молчунов у меня тут и без тебя хватает, — отрезал я. — Ладно. Выжигай эту дрянь.

Я опустился на одно колено, положил модуль на пол и слегка прижал ладонью.

— Начинаю перепрошивку, — сосредоточенно проговорила Майя. — Вскрываю программную оболочку на самом низком уровне. Снятие защитных ключей… один… два… Алекс, не дергайся. Даже не дыши, — прошипела она сквозь стиснутые зубы.

Я замер. Чувствовал, как под рукой легонько тянет, словно модуль стал крошечной черной дырой и пытается засосать кожу. На уровне интерфейса Системы я видел, как из коробочки поднимаются тончайшие, почти невидимые нити кода, как Майя аккуратно отщипывает, обрезает, обжигает их, оставляя только грубый, базовый скелет.

— Скрытый блок… вот он, — напряженно прошептала она. — Отделяю… Алекс, в этот момент нас могут заметить. Извне. Кто-то в системе может увидеть, что модуль включился не по протоколу.

— Да и хрен с ним, — отрезал я. — Пусть этот крысеныш Иван попотеет там наверху.

Прошло несколько мучительно долгих секунд.

— Готово, — наконец выдохнула Майя. — Ни один протокол захвата здесь больше не запустится. Пора переходить ко второй фазе.

— Где подключаться будем? Там, где в инструкции указано? — я поднялся, переводя модуль в положение готовности.

— Нет. Используем вон тот сегмент, — Майя подсветила небольшой шлюз на корпусе ядра, где сходились несколько толстых кабельных каналов. — Это контур распределения на внешние щиты и периметр. Если ударить по нему, система воспримет это как локальный сбой и попытается изолировать больной сектор. А мы в этот момент всадим туда токсичный импульс. Щиты рухнут, а ядро забьется в глубокую нору зализывать раны. На внешние команды, в том числе по протоколу захвата, оно реагировать не будет.

— То есть мы не только выбьем им зубы, но и полностью прикроем их пасть, — хмыкнул я. — Мне нравится.

Я подошел к подсвеченному шлюзу. Он был защищен металлическим кожухом с замком. Выглядела эта конструкция не особо прочно. Несколько резких ударов прикладом — и металл отогнулся. За ним равнодушно поблескивали несколько разъемов.

Я аккуратно вставил модуль, чувствуя, как он вцепился в контакты, будто нашел давно знакомое гнездо.

Щелчок. Легкая вибрация в пальцах.

— Есть контакт, — сразу же отозвалась Майя. — Я внутри. Приготовься, сейчас немного потрясет.

— Давай уже, — кивнул я. — Пока там наверху не передумали штурмовать.

Я немного отстранился, продолжая держать руку на модуле.

— Начинаю первую фазу, — голос Маий звучал предельно сосредоточенно, почти без интонаций. — Поднимаю локальный потенциал на контуре щитов… еще… еще…

Гул, наполняющий зал, поднялся на полтона выше. Свет слегка дрогнул. Где-то в глубине ядра, за слоями брони, что-то глухо завыло. По полу пробежала едва заметная дрожь.

— Перехожу к основной части, — выдохнула Майя. — Отправляю токсичный импульс.

Я почувствовал, как некая чуждая сила вдруг рванулась через мою руку, сжимающую модуль. Словно черная молния, завернутая в стеклянную трубку, она пошла по тонкому, но очень плотному каналу связи прямо в вибрирующие недра ядра.

И ядро отреагировало. Но не так, как это сделал бы монстр или человек, а скорее, как адский механизм, слетевший с катушек.

До этого момента оно просто гудело на грани восприятия. Теперь — бешено взвыло. В ушах зазвенело так, словно мне воткнули в мозг с десяток тонких игл. Пол под ногами дернулся и завибрировал: мелко, озлобленно. Свет ярко вспыхнул, потом на миг погас и начал хаотично моргать. На панели управления замигали десятки индикаторов — красные, желтые, синие. Где-то вдали, в глубине базы, прорезался механический вой сирен.

— Ядро пытается изолировать пораженный сегмент, — быстро комментировала Майя. — Пока все под контролем. Щиты пошли на снижение мощности. Энергия по периметру… падает… падает…

— Главное, чтобы нас тут не поджарило, — напряженно процедил я, крепко схватившись второй рукой за крепление терминала.

— Есть побочный отклик! — неожиданно резко выкрикнула Майя. — По тому самому защищенному каналу модуля. Кто-то снаружи послал команду перехвата.

— Откуда? — сжал я зубы.

— Не с захваченной базы Дозора — это точно, — торопливо ответила Майя. — Источник — узел гражданской сети, переоборудованный под штаб. Точное местоположение установить не могу, но это тот самый кластер, куда Иван отправлял шифрограммы. Маркер «Архивариус» активен. Они уверены, что сейчас к ним полетят корневые криптоключи.

— Наивные. — Я криво усмехнулся. — Хрен им, а не контроль над ядром.

— Ага, — удовлетворенно кивнула Майя. — В зашифрованном блоке пусто. Протоколу захвата не с чем работать. Ядро ушло в глухую защиту. Внешние команды оно сейчас вообще не воспринимает.

Пол снова дернулся, но уже иначе — не мелкой дрожью, а коротким толчком. С потолка посыпалась пыль. Тонкая трещина пробежала по бетонной стене.

— Щиты по периметру… сорок процентов… двадцать… ноль! — отрапортовала Майя. — Внешняя оболочка базы потускнела. Наблюдатели наверху должны были это уже зафиксировать. Штурм начнется с минуты на минуту.

Через какое-то время сквозь толщу бетона до меня донеслось тугое и мощное «ух», как будто кто-то сверху хлопнул ладонью по гигантскому барабану. Потом еще раз.

Неужели этот хитрозадый Иван арту подтянул? Охренеть! Как? Здесь же только одна дорога.

— Отлично, — выдохнул я. — Значит, не зря мы тут с тобой куролесили.

— Пока рано расслабляться. — Голос Майи зазвенел от напряжения. — Ядро еще нестабильно. Я удерживаю его, но уж очень сильно оно хочет показать свой характер. И, кажется, не только мне.

В это мгновение по залу прошла волна. Не звуковая и не тепловая. Мне показалось, что на миг дернулось само пространство-время.

Воздух вдруг стал вязким. Свет ламп исказился, словно его пропустили через кривое стекло. Все вокруг — стены, панели, даже мои собственные руки — на короткий миг раздвоилось и смазалось. Как если бы реальность внезапно споткнулась о невидимый порог.

Где-то под ногами, в глубине, по бетону и породе пошел треск, больше похожий на раскат грома.

— Ядро уничтожает зараженный участок, — сквозь зубы процедила Майя. — Контур, куда мы вбили чужую дрянь, сейчас выжигается изнутри и уходит в изоляцию. Если бы там остались активны чужие протоколы… нас бы уже не было. И половины базы — тоже.

Голос искина зазвучал немного ровнее. Напряжение постепенно спадало.

— Фух, вроде пронесло — наконец, облегченно произнесла она. — Через тридцать-сорок секунд основная сеть стабилизируется. Периметр будет слеп и безоружен, но ядро останется функциональным и, что самое главное, свободным. Ни Дозор, ни Иван, ни Архивариус не наложат на него лапы. Всем, кто наверху, придется договариваться по старинке: через кровь и пули.

— Это я умею, — усмехнулся я, чувствуя, как пот стекает по спине.

Что-то щелкнуло в корпусе ядра. Один из внешних сегментов, тот самый, куда был воткнут модуль, слегка провернулся, как зубчик на огромной шестерне, и замер. Несколько красных индикаторов на панели сменились желтыми, а затем часть из них и вовсе погасла.

— Все, — торжествующе улыбнулась Майя. — Дело сделано. Щиты лежат. Ядро — в тотальной изоляции. До полной стабилизации пройдет еще какое-то время, но основная опасность миновала.

Где-то наверху вновь ухнуло. На этот раз ближе. Сирена над моей головой взвыла во всю мощь. И вслед за ней бешено замигали красные лампы, бросая резкие блики по стенам.