— Я видел, что Ловкий нравится ей. Ничего удивительного, что она согласилась.

— Будто у неё был выбор!

— Был, — отвечаю. — Мягкие Лапы хотел взять её.

— И она выбрала Ловкого?

— Как видишь. Я тоже удивился.

— Надо добыть оленя! — произносит Ловкий.

— Добудем, — киваю. — Но сначала ты должен договориться со Слышащим.

Ловкий уходит к вождю, а Волчий Человек тяжело смотрит на меня:

— Это ты посоветовал ему взять Ярче Огня?

— Я.

— Зачем?

— Чтобы он не вспоминал Добрую.

— А он вспоминает?

— Конечно. Только другая женщина может заставить забыть о ней.

— Лучше было бы взять дочь Купающейся с Коленями. Она не знала мужчины.

— Она такая же дура, как и её мать.

— Ты говорил с ними?

— Лучше бы не говорил.

— Эта вдова несчастливая.

— Может, это Рычащий Медведь был несчастливый, а вместе с Ловким удача вернётся к ней. Ярче Огня неплохая женщина. Ловкий познает её ласки и перестанет грустить.

— Охотнику не подобает грустить!

— В любом случае, Ловкому нельзя без женщины. Ярче Огня молодая и красивая. Ты зря переживаешь. Я думаю, у них будет хорошая семья.

— Не нужно было спешить.

— Нужно. Ловкий не должен думать о Доброй. Он может решиться убить Мягкие Лапы самостоятельно. Я думаю, он бы уже попробовал, если бы не сомневался.

— В чём? В том, что справится?

— Нет. В его вине. Ловкий думает, что это был Твёрдая Рука.

— Я говорил с сыном. Он не трогал её.

— Уверен?

— Да. Жаль, что это был не он.

Странно хотеть, чтобы сын убил женщину со своим нерождённым ребёнком. Но Волчий Человек и сам бы с удовольствием придушил Добрую. А так дядюшка решил, что у Твёрдой Руки слишком слабый характер.

— Надо что-то придумать. Мне надоел Мягкие Лапы. Постоянно приходится следить за своими женщинами.

— Трудно, — хмурится Волчий Человек. — Он всё понимает и никогда не бывает один. Я не знаю, как добраться до него.

— Да. Ты прав. Я даже думал промахнуться на охоте, стреляя в бизона, а попав в него. Но пока не выпадает удобного момента.

— Тогда тебе придётся взять Женщину-Облако!

— Она не захочет. Буду давать ей мясо, вот и всё. Ничего страшного.

— А если захочет?

— Тогда мы пойдём купаться в реке, и я буду долго горевать, что не уследил за новой женщиной.

Разговор прерывается. Ловкий, несказанно довольный, возвращается. Не сомневаюсь, что Слышащий одобрил. Но мне, в отличие от почти-брата, не слишком радостно. Оленей поблизости мало, а добывать вилорога очень утомительное занятие.

Но я представляю лицо Земли, когда она узнает о предстоящей свадьбе, и настроение улучшается. Ради такого зрелища надо добыть зверя без отлагательств.

Большая часть бизоньих стад откочевала западнее, и теперь на равнине преобладали табуны коней. Будучи осторожнее, чем быки, эти лошади представляли собой не слишком уязвимую цель. Но это только на открытых просторах. Мы стерегли коней у водопоев, и ещё не бывало дня, когда выпадало вернуться с пустыми руками.

Несмотря на зиму, погода стояла тёплая, лишь по ночам напоминая о времени года едва заметным морозцем. В последнее время мы охотились далеко от стоянки, и вместо того, чтобы дожидаться женщин, обычно утаскивали мясо самостоятельно.

Яркое солнце сияло в безоблачном небе, и слабый ветерок тянул с юга, наполняя лёгкие утренней свежестью. Мы разделали двоих убитых лошадей и увязали на заблаговременно подготовленные волокуши. Никому не хотелось терять половину дня, стоя подле реки в ожидании женщин, а потому быстро тронулись в путь, заранее предвкушая хороший пир.

Из тринадцати уцелевших охотников, только трое осталось сторожить лагерь. Тапир, Высокий и Идущий в Одиночку. Остальных вождь забрал на охоту, наверное, решив прервать установившееся разделение по дружбе между охотниками. Грынк ставил цель объединить нас воедино, и это было разумно, вот только совершенно бесполезно. Пока присутствует вождь — одно дело, но нельзя изменить мужчин. Если не доверяешь человеку, то не захочешь взять его с собой на охоту.

Но сегодня всеобщая идиллия. Мягкие Лапы и Волчий Человек, как ни в чём не бывало, бредут бок о бок. Твёрдая Рука в последнее время почти прекратил общаться с Мягкими Лапами, но и с отцом не стал налаживать отношения. Почти-брат сильно помрачнел после ранения Больших Глаз, и как-то замкнулся в себе.

Ловкий же, обретя жену, преобразился. Мне кажется, они неплохо поладили. По крайней мере, Ярче Огня не выглядит недовольной, в отличие от матери Ловкого. Но женщине на Землю глубоко наплевать. Характер у Ярче Огня стойкий, и она полностью игнорирует поучающие реплики Земли. Благо, живут они отдельно. По моему совету, Ловкий поставил новый шатёр как можно дальше от матери, рядом с Твёрдой Рукой. Братья и раньше не слишком общались, а теперь и подавно почти не разговаривают, но удобное место для шатра было именно тут.

Волчий Человек перестал гневаться на сына и вроде бы привык к его новой жене. Наверное, он больше не считает её плохим выбором. Тем более, что Земляная Сова внезапно вышла замуж за Тёмного, чем удивила почти каждого охотника.

Раздолбая, похлеще Тёмного, отыскать трудно. Плюс к тому, на шее охотника висит мать и трое младших детей. Чем руководствовалась Купающаяся с Коленями, мне непонятно, хотя может просто смирилась с выбором дочери.

Камень терпеть не может тащить волокушу и недоволен долгой дорогой. Маленький Ворон остался на стоянке, а вот Первый всегда отправляется с нами. Камень не теряет надежды воспитать того настоящим охотником, а потому всё подбивает меня поохотиться на мамонта, чтобы проверить крепость характера мальчишки. Я оттягиваю этот момент, убеждая, что глупо убивать такую гору мяса, если нельзя её сохранить. Но рано или поздно придётся составить охотнику компанию. Эта навязчивая идея никуда не денется из головы Камня.

Стоянка уже неподалёку. Мы минуем последние десятки метров лесной тропы, и до нашего слуха долетают громкие голоса. Кто-то умудрился поссориться в наше отсутствие. Сначала не обращаю внимание. Женщины регулярно выясняют отношения из-за всяких мелочей, особенно когда поблизости нет вождя. Но потом различаю говор Жёлтого Дерева, и едва сдерживаюсь, чтобы не опустить волокушу посреди тропы. Вэл-юу обычно не участвует в женских склоках. Мне не нравится происходящее, и я тороплюсь изо всех сил. Но передо мной медленно движется Волчий Человек, а ещё дальше — сам вождь. Грынк тоже прибавляет шагу, заслышав скандал, и мы выходим к лагерю.

Вот теперь я бросаю волокушу, не смотря ни на кого. Происходящая ссора явно касается кого-то из моих женщин. Но дело не в этом. Она слишком серьёзная, ведь никто не остаётся в стороне. Так не бывает по мелочам. Я вижу Тапира возле своего шатра, и спешу туда.

При моём приближении часть голосов смолкает. Тапир с облегчением выдыхает, заприметив вождя. Я оказываюсь рядом с охотником, который загораживает собой Искру, и спрашиваю:

— Что случилось?

— Твоя женщина хотела убить Высокого.

Я гляжу на Искру и замечаю, что лицо у жены покраснело и отекло, а белки глаз приобрели кровавый цвет. Уже догадавшись о случившемся, осторожно поднимаю её подбородок, и вижу следы пальцев на распухшей шее.

— Где он?

Высокий, изображая жертву, лежит на бизоньей шкуре у своего шатра. Его уже обступили вернувшиеся охотники.

Пытаюсь протолкуться, но Грынк хватает меня за правую руку. Едва сдерживаюсь, чтобы не залепить вождю левой, и нехотя останавливаюсь.

— Пусть скажет! — кивает Слышащий на лежащего.

Через правую сторону лица Высокого идёт широкая борозда от пореза. Мне кажется, нож метил в глаз, но охотник успел уклониться от удара. Щека рассечена до зубов и покрыта подсохшей кровью. Ещё одна неглубокая рана с той стороны в шею, и самый опасный удар виден на обнажённом животе. Нож угодил в брюхо и судя по всему, здорово зацепил потроха.