— Я бы не советовала, — слегка насмешливо произнесла Пожирающая Мать. — В Грибных пещерах немало ингредиентов, а если среди мятежников есть… Кстати, известно, кто они?

— Из клана Ариадапал, великая.

— Значит алхимики. Тогда, думаю, никому не нужно, чтобы мятежники смогли соорудить ядовитый газ и пустить его в воздуховодную систему крепости.

— Мы разберёмся, — заявила Эрин. — Где-то поблизости ещё требуется наше вмешательство?

— В литейных цехах сейчас идут бои, — ответил Асирэ. — С переменным успехом. Даже несмотря на прибытие взвода третьей роты.

— В таком случае, Шари, дочь моя, бери всех и разберись, а мы тут втроём справимся.

— Втроём? — уточнила сильвана.

— Я, Сарин и… госпожа матриарх.

— Принято, — кивнула Шари и махнула остальным, — За мной!

Оставшись втроём, Пожирающая Мать слегка насмешливо произнесла:

— Я так понимаю — желаете поговорить без лишних свидетелей?

— Именно так, — кивнула Эрин, на пробу раскручивая копьё. — Но сначала… надо избавиться от крыс.

— Как пожелаете, ваше святейшество, — слегка склонила голову Тиамат, а затем рванула вперёд.

Матриарх спрыгнула прямо в жерло идущей вниз шахты, оттолкнулась в полёте от парапета — раз, другой, третий. Металлические лапы с лёгкостью крушили камень, и Пожирающая Мать с неожиданной скоростью и ловкостью добралась до дна за считанные секунды, буквально пробежавшись по стенам. На неё немедленно обрушился шквал ледяных дротиков и файерболов, но она моментально развернула колдовской щит и заблокировала все выпущенные в неё снаряды.

— Не надо сопротивляться, дети мои, — нараспев произнесла Тиамат. — Это совсем ни к чему, ведь всё уже решено…

— Показушница, — фыркнула Эрин, коротко разбегаясь и тоже прыгая вниз.

— Вот кто бы говорил, — тихонько проворчала Сарин, следуя за сестрой.

Под лапами Пожирающей Матери разбилось несколько прилетевших из темноты склянок, и вокруг неё начал подниматься зелёный дым.

Эрин мягко приземлилась на каменный пол, магией погасив энергию падения, метнулась вперёд и взмахом копья создала воздушный вихрь, разогнавший ядовитый газ.

— Я прекрасно понимаю, что ты не на нашей стороне, — сказала чёрная жрица, уворачиваясь от воздушного лезвия. — Но я не считаю тебя сумасшедшей, дурой или всё вместе.

— Похвальная прозорливость, о дочь Эмрис, — усмехнулась Тиамат и нанесла свой сокрушительный психический удар по таящемуся впереди противнику. — Ты права: я не на вашей стороне — я на своей стороне.

— И как долго они будут совпадать? — поморщившись, произнесла тоже мягко приземлившаяся и подошедшая Сарин. Ни на неё, ни на Эрин ментальное воздействие царицы-ведьмы не оказало никакого видимого эффекта.

— Может — тысячу лет, может — больше. Кто же знает? Я ведь не пророчица.

— Ты знаешь о Незванных, — произнесла Девятая, раскручивая вокруг себя гуань-дао и посылая вперёд несколько воздушных лезвий. — И всё равно заглядываешь в будущее на тысячу лет?

— Наш мир уже отразил несколько атак пришельцев — почему бы не отразить и ещё одну? — Пожирающая Мать метнулась вперёд, ударом меча разорвав темноту впереди.

И не фигурально, а буквально — воронённое лезвие развеяло мрак, открыв довольно просторный зал. Прямо перед матриархом застыло пятеро Тёмных, которые спустя несколько мгновений расстались с жизнью.

Тиамат наискось разрубила одного противника, снесла второму голову, пробила колющим ударом грудь третьему, а ещё двоих разорвала передними лапами.

— Тебе не четыре тысячи лет, — поняла Эрин. — Ты старше. Гораздо старше!

— Ну, не настолько, как можно предположить, — рассмеялась Пожирающая Мать.

— А ты случайно не… — осторожно произнесла Сарин.

— Нет, я не вашей крови. Но, вероятно, это были одни и те же Древние, что создали вас, ваши клинки, этот город, меня…

— Тогда почему ты никогда не помогала нам, раз знала, что есть угроза страшнее любой возможной? — нахмурилась Эрин, подставляя под поток молний своё копьё и впитывая им энергию. Резкий жест рукой, и с ладони апостола сорвался небольшой вихрь, разворотивший одну из ложных стен, за которой прятался Тёмный маг. — Все эти мелкие дрязги, борьба за власть… Какой в этом смысл? Всё умрёт и все умрут, если Незванные победят.

— Я уже помогла, — криво усмехнулась Тиамат, прекращая ментальное подавление. — Один раз. С тех пор я стала той, кем стала… Нет, у вас — свой путь, у меня — свой. Вы, апостолы… Я признаю важность вашей миссии, но в погоне за ней вы слишком часто перестаёте видеть… живое. Создать народ, целое государство, а затем бросить его, словно дротик, во врага. И совсем неважно — уцелеет он или нет, главное — чтобы оружие исполнило своё предназначение.

— Ты… из Обсидиановой Империи, — с непонятными нотками произнесла Двенадцатая. — Но я думала, что…

В следующий момент всем стало не до разговоров, когда два с лишним десятка Тёмных решили разобраться с наглой троицей.

Сначала Падшие ударили магией — вихри ледяных дротиков и снежинок, файерболы, молнии, воздушные копья и лезвия, просто брошенные чарами булыжники. Но кроме того, на троицу воительниц сверху рухнули колдовские путы, а каменный пол под ногами стал мягче глины.

Пожирающая Мать моментально начала увязать, но тут же буквально взмыла в воздух и взмахом меча снова превратила пол в каменный монолит. Сарин развернула широкий щит, отбив или заблокировав пущенные в них заклинания и брошенные телекинезом предметы, а Эрин широким взмахом разрубила падающие ловчие сети.

Девятая раскрутила вокруг себя клинок, посылая во все стороны воздушные лезвия, а Двенадцатая ударила своей самой разрушительной магией — ливнем чёрных сфер, что одним махом снесли полную боевую звезду Тёмных.

А затем все трое вступили в ближний бой.

На удивление, основной ударной единицей стала Пожирающая Мать. Силой, скоростью и ловкостью она практически не уступала чёрным жрицам, но благодаря своему паучьему «шасси» и массе в добрых полтонны, матриарх буквально расшвыривала противников.

Сшибка оказалась яростной и молниеносной — Тиамат на полном ходу раскидала боевую пятёрку, разрубив грудь одному врагу и распотрошив лапами ещё одного. Апостолы на флангах моментально прикончили ещё по одному Тёмному и пошли по дуге, работая своими длинными клинками. Чаще всего требовалось не больше одного-двух ударов — Падшие не могли их ни парировать, ни увернуться от них, подставленное оружие ломалось или выбивалось из рук, а самые прочные латы оказывались не прочнее бумажных. Божественные клинки с лёгкостью разрубали броню, плоть и кости, сносили головы и отсекали конечности.

Матриарх в это время развернулась — несмотря на ловкость, габариты и масса всё-таки делали её весьма инерционной — и новым броском снова разбросала Тёмных, действуя как тяжёлый всадник или танк.

Буквально за считанные секунды от Тёмных осталось меньше десятка бойцов, и они вполне разумно попытались отступить — слаженно и организованно, прикрывшись завесой мрака и бросаясь заклинаниями. Фейри разделились на две группы и отошли в проходы, ведущие из главного зала.

— Не торопимся, — спокойно произнесла Тиамат. — Идём осторожно — они наверняка прикрылись ловушками.

— Учи учёных, — фыркнула Эрин, но наобум вперёд и правда не понеслась. — И вот у тебя правда ничего-ничего не дрожит внутри, когда ты направо и налево косишь своих потомков, а? Вот не верю и всё тут!

— Как пожелаете, ваше святейшество, — усмехнулась Пожирающая Мать. — Но они — мне не ровня. Ровней мне были те, кто ушёл со мной из пылающего Дильмуна… Африки, как вы её теперь называете. А это так, просто потомки — не всегда благодарные и редко когда благоразумные.

— Ты зла на апостолов, — слегка прищурившись, произнесла Сарин. — Но признаешь их равными себе.

— Да, — после короткого раздумья, ответила царица-ведьма. — Да, пожалуй! Я уважаю тех, кто бился с нами плечом к плечу — ты, Двенадцатая, тоже была там. Я помню Серин и Корин, которые погибли вместе со своими божественными клинками. Но даже спустя столько тысяч лет я зла, что мою страну просто бросили на убой.