Впрочем, на матриарха он смотрел с огромным почтением, и смотрел он только на неё. Падший преклонил колено и приложил ладонь правой руки к воронённому нагруднику.

— Я и мой клан служим вам и только вам, великая. Так было, так есть и так будет.

— Значит, моей сестре ты присягнуть не хочешь? — слегка прищурилась Тиамат.

— Я исполню любой ваш приказ, великая, — фейри чуть склонил голову. — Однако эта лесная… Я знаю, что она убила моего отца…

— Кем же был твоей отец? — спросила Шари. — Я убила столько Тёмных, что всех уже и не помню.

— Узервааз. Шер Узервааз из клана Хозенрат.

— Это твой отец? — искренне удивилась сильвана. — Однако.

— Узервааз… — протянула Пожирающая Мать. — Да, один из самых моих преданных сыновей… Увы, но безумие застило его разум… Бедный, бедный Узервааз, его смерть была неизбежна… Потому что его смерть была угодна мне. Ты понимаешь меня, Теравааз из клана Алых Всадников?

— Да, великая.

— И ты всё ещё верен мне?

— Ты — Пожирающая Мать, — ответил Тёмный. — Ты — погибель Детей Ночи. Ты ведёшь нас в бой, и ты обрекаешь нас на смерть. Такова наша судьба.

— Значит, вы будете служить моей сестре так же, как служите мне. Ты понял меня, старейшина?

— Да, великая, — склонил голову фейри. — Я присягну матриарху Вяземской.

Принятие присяги затягивалось, но было всё-таки необходимым. И нет, вовсе не потому что Тёмным сразу же верили на слово, что они теперь будут верно служить новому матриарху — просто требовалось осуществить хотя бы первичную фильтрацию. Так сказать, отделить… нет, не агнцев от козлищ, а скорее уж козлищ чуть немного вменяемее от совсем уж исчадий зла. Приходилось, что называется, руководствоваться принципом меньшего зла, потому как не выбирать вовсе означало ступить на путь Империи, которая с Тёмными переговоров не вела и договоров не заключала, а воевала до последнего врага.

Из почти двух сотен присутствовавших в зале фейри более чем полторы сотни изъявили готовность присягнуть новому матриарху. И что главнее — они были сочтены достойными, может быть, и не помилования, но уж точно возможности доказать свою преданность собственной кровью. А вот оставшиеся полсотни Тёмных…

Эти несколько десятков Падших явно не испытывали никаких иллюзий относительно собственной участи. Судьба старейшин клана Шир-Ра наглядно демонстрировала, что будет, если они попытаются избежать смерти… Пожирающая Мать оказалась потрясающе информирована и, даже можно сказать, невероятно прозорлива для той, кто, по слухам, несколько веков не покидает подземелий Иделан-Сонамора, многие годы проводя в подобии спячки.

Так что Тёмные сбились в одну кучу и мрачно взирали на людей в зелёном, держащих их на прицеле, явно не надеясь выжить, но уж попытаться продать свои жизни подороже они точно могли…

— Что с этими? — негромко спросила Шари.

— Это самые непримиримые, — в тон ей ответила Тиамат. — И самые замазанные в крови — в крови людей, в крови Светлых…

— К тебе они могут прислушаться?

— Они меня уважают… многие из них. Но подчиняться не станут.

— Значит — в расход?

— Интересный термин… Да, значит — в расход, — Пожирающая Мать тонко улыбнулась. — Отдашь их мне?

— Забирай, — слегка пожала плечами Шари и махнула своим бойцам. — Уходим.

Спецназ и разведчики покинули зал, продолжая держать на прицеле сбившихся в кучу непримиримых. Следом за людьми в зелёном вышли новоприсягнувшие Тёмные. Шари выходила последней, у входа бросив взгляд на Пожирающую Мать.

— Только недолго, — сказала сильвана. — Время поджимает.

— Я постараюсь, — улыбнулась и облизнулась Тиамат.

Шари кивнула, вышла во внешний зал, и солдаты закрыли дверь за её спиной.

Девушка обвела взглядом стоящих перед ней Тёмных.

Много. Почти полторы сотни. И все опытные опасные бойцы и маги. Но сейчас они испытывали очень редкие для Падших эмоции — растерянность и страх.

Пройти в самое сердце крепости Тёмных? Заключить союз с Пожирающей Матерью? Захватить наследников множества кланов? Немыслимо, просто немыслимо…

— Обращаюсь к моим новым бойцам, — возвысила голос сильвана. — Я — младший лейтенант Шари верс Вяземская и ваш новый командир, вождь и предводитель. Вы сделали свой выбор. Добровольно или под принуждением — теперь это уже неважно. Сейчас наша первоочередная миссия — взятие под контроль Иделан-Сонамора. Рассредоточьтесь по крепости и прикажите своим воинам перейти на нашу сторону. Тех, кто будет сопротивляться — убейте. Тех, кто откажется подчиниться — убейте. Так или иначе все войска, сохраняющие верность Конклаву, должны быть нейтрализованы. А затем — нужно послать парламентёра под белым флагом к войскам, атакующим Город Теней с юга, потому как это армия моей страны.

Фейри усмехнулась.

— Конечно, вы можете решить, что такая вот моя доверчивость — прекрасный повод нанести удар в спину. Что ж… Можете попробовать. Можете поднять своих бойцов против меня, можете попробовать сбежать… Но вы знаете, что будет потом. Ваши наследники войдут в мой клан, и наставники расскажут им, что они — сироты войны, родителей которых убили мерзкие Тёмные отродья… Вы. И уж я постараюсь, чтобы вырастить мстителей по ваши головы. А ещё — против вас будет Империя, Федерация, примкнувшие ко мне кланы и вообще все, даже ваша древняя царица. И если вы думаете, что это пустая похвальба, и раз уж вы от имперцев бегали тысячу лет, то и от меня сбежите… Напомню — мы пришли в Иделан-Сонамор. И нам никто не смог помешать. И сегодня эта крепость падёт к нашим ногам.

Из-за закрытых дверей зала собраний донеслось магическое эхо сокрушительного ментального удара, а затем вопли и крики боли.

— Это ждёт наших врагов, — сообщила Шари. — Так что лучше не становитесь нашими врагами.

…Пелена облаков разорвалась, и навстречу понеслась белизна замёрзшего северного моря, изломанного торосами.

Сергей ощутил, что летит вниз. Снова. Опять.

До земли было не меньше пары километров, в ушах свистел рассекаемый воздух, а в лицо бил ледяной ветер и острые, будто осколки стекла, снежинки.

Где-то в облаках мелькнула исполинская тень, полыхнули вспышки фиолетового света, по ушам ударил оглушительный рёв.

Автомата в руках не было. А от пистолета в кобуре наверняка не было бы толку. Оставалось разве что попытаться дотянуться до одной из гранат в подсумке… Но «эфку» ещё надо было вытащить.

А океан льда был всё ближе, и ближе, и ближе…

Удар.

…Разведчик очнулся и захрипел, отчаянно хватая ртом воздух.

Майор машинально нащупал пистолетную рукоять на бедре… И тут понял, что не понимает, где он сейчас и как тут вообще оказался.

Небольшая пещера, освещённая пламенем горящего костра. Сам Сергей вполне уютно лежал на расстеленной на полу шкуре, а второй шкурой был заботливо накрыт.

— Эрин… — прохрипел офицер.

— Очнулся?

Вяземский повернул голову.

Эрин, также укрытая серовато-белой шкурой, лежала рядом с ним, закрыв глаза и мерно дыша… Эрин была явно без сознания.

Около неё стояла девушка лет двадцати пяти на вид, одетая в добротную одежду из шкур и меха. Светло-карие, даже, пожалуй, жёлтые глаза и длинные белые волосы, спускающиеся из-под капюшона.

Незнакомка держала руки над Эрин, и с них волнами разливалось золотистое сияние.

— Ты понимаешь меня? — спросила девушка на унилингве.

— Да… — хрипло произнёс Сергей, пытаясь привстать. — Что… Где мы? Кто ты?

— Лучше лежи, — произнесла незнакомка, и майор ощутил, как его мягко, но настойчиво укладывает обратно невидимая сила. — Сестра, видимо, наложила на тебя защиту, но тебе всё равно досталось… Я видела вашу летающую повозку, видела ваш бой.

Девушка говорила на общеимперском с лёгким акцентом, немного растягивая слова, что делало её похожей на какую-нибудь эстонку.

Вяземский всё равно упрямо пытался встать, и в какой-то момент у него это всё-таки получилось, несмотря на магическое давление.