Афина поездку в Александрополь воспринимала с трепетом — пусть лёгким, но всё же трепетом. Да, было интересно побывать на севере — в древнем Садзеваре, в котором имперцы не бывали сотни лет. Или вот посетить столицу Далёкого Отечества — колоссальный город, стянутый чёрными лентами бесконечных дорог… Но Александрополь есть Александрополь — великий город, где каждый камень полон истории, где впервые нога римлянина ступила на землю этого мира…

Земляне тоже с огромным интересом рассматривали огромный город, что вырастал на горизонте.

Помнится, по первости многие удивлялись, как живут в Новом Риме. Раз воюют мечами да магией, то и жить должны в каких-нибудь тесных и грязных городишках, верно же?

Оказалось — вообще неверно. Средний имперский городок типа того же Илиона на деле не слишком отличался от обычного современного российского городка. Может, не самые лучшие дороги, но и рек грязи и нечистот в помине, мусор кучами не валяется, улицы — как улицы, а не узкие кишки. Новоримляне строили всё-таки по плану, а не абы как, канализацию закладывали в первую очередь, да и вообще за чистотой и порядком старались следить. Ну, а многоквартирные дома этажей по пять были не меньшей обыденностью, чем крепостные стены или городские фонтаны. Причём это были не те самые инсулы, что когда-то строили в Древнем Риме, и пусть земным многоэтажкам они и уступали, но уж средневековыми жилищами уж точно не были.

Александрополь же и вовсе не слишком уступал земным городам — сплошная застройка инсулами, но на окраинах хватало и усадеб, вилл и дворцов нобилей. Зеленели пятна парков, возвышались громады храмов, подчас представлявшие собой невероятную смесь античной архитектуры и чего-то вроде готики, а местами и конструктивизма. Виднелись и несколько амфитеатров: круглые, подобно легендарному Колизею, и вытянутые — наверняка ипподромы.

Время уже шло к вечеру, но российская делегация в город входить не стала, а остановилась в одной из загородных усадеб императорской фамилии… Ну по большей части остановилась. Министр Иностранных дел, переводчик и секретарь с охраной под покровом ночи всё же уехали в паре не слишком примечательных карет в сторону императорского дворца.

Не слишком примечательные — это если что роскошные, но не совсем уж безобразно.

Разместили всех шикарно — можно сказать, по-императорски. Впрочем, особо долго отдыхом наслаждаться не пришлось — всё равно на следующий день вставать требовалось засветло.

Дипломатический приём с утра пораньше? Отнюдь. Просто Империя в лице своего Императора решила совместить два торжественных мероприятия — и официальное заявление об установлении контакта с Далёким Отечеством, и триумф её высочества Афины с одновременным возведением её в полноправные наследницы.

Конечно, Новый Рим не бедствовал и вполне мог устроить два разных праздника, но принцессу явно хотели вознаградить как можно скорее — авторитет Корнелиев, конечно, и так был велик, но проще всего было возвеличить героиню войны, пока она ещё на слуху.

Вот только без должной подготовки триумф Афины готовили бы ещё долго. По правилам, выросшим ещё из традиций Древнего Рима, что полагалось? Награждать блестящего полководца после полного окончания кампании, в которой враг потерял не менее легиона бойцов — это ещё ладно. Но также ещё требовалось провести его солдат, показать пленных и трофеи… И вот это всё из Восточного Предела точно потребовалось бы не один месяц везти. При том что прям таких уж весомых трофеев Афина в своих кампаниях и не взяла — её победы были скорее дипломатическими, но от того не менее значимые.

Эос Гефара ныне фактически присоединена к Империи — там во главе теперь сидят лояльные северяне и чистокровные имперцы. Гефарцам их новая ригдамна Гонория вполне нравилась, даже несмотря на привычку чуть что хвататься за саблю, а может даже и благодаря этому. А следом за ней в эосе и другие имперцы осели — дружинницы самой Афины и знакомые ригдамны, да и просто родичи Гонории и люди из её графства.

Альдераман — покорён, может и не замирён, но вассалитет Нового Рима признал. И даже Снежная Уния примкнула к Империи, хотя, казалось бы — других таких нищих и дремучих дикарей ещё поискать. Однако же самые северные из всех северных варваров оказались весьма смекалисты и с большим рвением шли за Королевой Севера, как часто прозывали Афину в тех краях. Они переселялись кланами на тёплый юг, принося вассальную клятву принцессе, они строили полевые аэродромы для федеральной авиации, и даже формировали новые ударные орды — одну для похода на юг, а вторую для границы на востоке. Края вокруг российской базы Беловодье были малолюдны, легионеров там долго держать было сложно, федералов, как всегда, не хватало, а контролировать территорию надо было — всё ж таки огромный фильтрационный лагерь близ Иделан-Сонамора всё ещё действовал. Так что на патрулирование и передовой дозор подрядили северян.

…Утром всех оперативно привели в порядок. Машины отмыли после дороги, причём для этого привлекли аж нескольких магов, а федералов просто заставили прилично выглядеть. Главным пострадавшим себя считал Вяземский, которого решили сделать козлом отпу… то есть главным действующим лицом со стороны РФ. Несмотря на все его ворчания, майора упаковали в парадную форму со всеми регалиями — медали, ордена, аксельбанты и даже фуражку генеральскую не забыли.

Впрочем, конкуренцию по страданиям ему могла составить принцесса Афина, которую под не менее протестующее ворчание вытряхнули из привычного доспеха и походной одежды и заставили облачить в торжественное одеяние для триумфа. То есть в белоснежную тунику, расшитую золотом, и пурпурную тогу, а на голову водрузили лавровый венок. При этом если Вяземский мог и дальше перемещаться на броневике, просто как на параде высунувшись по пояс в люк, то принцессу выгнали в специальную квадригу — белоснежную, богато украшенную золотом, и запряжённую четвёркой белоснежных же коней.

Триумф начался.

Колонна вошла в Александрополь через северные ворота и начала движение к императорскому дворцу. Для иного триумфатора, пожалуй, ограничились бы более скромным проездом по одному из столичных ипподромов или амфитеатров, но заслуги принцессы были признаны настолько весовыми, что её решили удостоить чести, что не выпадала ни одному из полководцев уже многие даже не годы, а десятилетия.

Народу на улицы высыпало, конечно, просто жуть — складывалось ощущение, что собрался едва ли не весь Город-на-Холме. Хотя может это и было недалеко от истины — всё-таки значимыми триумфами народ Города-на-Холме не баловали… Да уж давненько не баловали. Войны-то случались, но так — не войны, а скорее пограничные конфликты. А вот чтобы как встарь: с битвами на десятки тысяч воинов, с разгромом врага, богатой добычей и новоприсоединёнными землями — такого не случалось уже не один десяток лет.

Императорская казна не поскупилась ради члена фамилии — впереди шли герольды и ликторы, громко и чётко объявляющие о подвигах триумфатора. Затем шла парадная коробка преторианцев, далее двигалась сама принцесса, одной рукой хватаясь за поручень, а во второй держа церемониальный скипетр. Конечно, можно было бы и не держаться, но дороги в столице всё же не были идеально ровными, а позорно вылететь из колесницы было бы просто ужасно. И это ещё несмотря на то, что она была оснащена самой лучшей рессорной подвеской, что только можно было сделать. В целом эта колесница была чем-то вроде аналога ЗИЛ-41041 — кабриолета, на которых принимали парады на Красной Площади, и потому отличалась максимально мягким и плавным ходом. И как и в случае с парадным кабриолетом, лично управлять колесницей не требовалось — для этого был специально обученный возница.

Следом за принцессой маршировали музыканты, а следом двигалась колонна бронемашин с флагами — российскими и новоримскими, которые уже успели пошить на всякий случай. Головным шёл камаз-«тайфун», из люков в крыше которого торчали Вяземский и Эрин. Разведчик сдержанно приветствовал новоримлян, а вот апостол активно махала руками и вообще была максимально довольна.