Марк Валерий аж на глазах расцвёл — и от уважительного обращения, и от принятой здесь в ходу старой латыни, однако быстро принял серьёзный вид.

— Да, великолепная, мне тоже стало известно о нападении подлых хиспанских налётчиков на Лузитанию, — с серьёзным видом покивал претор. — Однако сам не смог выдвинуться на помощь, потому как и у нас в Бактрии на восточных границах появились кочевники, с которыми я был вынужден бороться.

— Вы уже справились с ними, претор, и возвращались из похода?

— О, нет! — рассмеялся Марк Валерий. — Так уж сложилось, что мы — Флакки, не первую сотню лет служим Новому Риму, но мы в первую очередь славны гарнизонной службой. Поэтому ловить варваров отправилась моя дражайшая супруга — благородная Радашасса, в этом она куда искуснее меня.

Что ж, Вяземский орчанок встречал и не сомневался, что уж кто-кто, а они вполне способны сражаться.

— Не желаете ли отдохнуть с дороги, уважаемые? Моя вилла совсем недалеко, а ваши солдаты могут разместиться в городских казармах. Почту за честь принять столь дорогих гостей! Мы не так уж и близко от Столицы, так что вести из других краёв Ойкумены доходят до нас нескоро. Всё ли спокойно в Новом Риме? Да не опустится тьма на его пределы!

— Пожалуй, сейчас Южный Предел — самое неспокойное место в Империи, — ответила Эрин. — Спасибо за радушный приём, досточтимый претор, но мы погостим у вас на обратном пути, как только разберёмся со своим делом.

— Договорились! — обрадовался Марк Валерий. — Что же у вас за дело? Не из праздного любопытства спрашиваю — возможно, в моих силах вам помочь.

— Очень может быть, господин претор, очень может быть… Доводилось ли вам слыхать о древних руинах, которые прозывают Ламиара?

— Слыхал, конечно же. Как не слыхать? — орк посерьёзнел. — Но то дурное место, великолепная, очень дурное — в те края мы без особой надобности не ходим.

— Ну значит считайте, что вот у меня есть как раз та самая особая надобность, — веско произнесла апостол.

Претор вздохнул и начал объяснять путь, что лежал дальше на юго-восток.

— Недобрые те земли, великолепная, недобрые, — качал головой Марк Валерий. — Говорят, что на Пыльном плоскогорье и в верховьях Чёрного Нила хватает древних руин и сокровищ, но даже самые отчаянные сорвиголовы стараются держаться от тех мест подальше. А как иначе, ежели никто из тех, кто туда ходил, не возвращался обратно? Хотя нет — один на моей памяти вернулся, Слепой Авл. Кочевники его в пустыне подобрали — в лохмотьях, истощённого и умирающего от жажды, слепого. И не просто слепого — глаза ему, великолепная, выжгли раскалённым железом.

— Варвары, наверное? — деловито уточнила Эрин. — Люди, орки?

— Авл говорил — люди, но он и про каньон с золотой жилой в три сотни футов высотой говорил.

— А сами вы в тех краях не бывали часов, господин претор?

— Было дело, — вздохнул Марк Валерий. — По молодости ещё.

— И что же, встретили кого?

— Врать не буду — никого не видел, хотя и чуял, что следит за нами кто-то… А вот виверны дикие — были. Как раз от них мы едва ноги и унесли.

— Что ж, — потёрла руки апостол. — Всё это звучит как раз как то, что нам и нужно!

— Одних не отпущу, — заупрямился префект. — С вами пойду. Сын! Скачи в город, поднимай солдат — мне нужна хотя бы одна ала, заводные кони и припасы. Оборону столицы если что на себя возьмёшь. И разошли гонцов по кланам — хватит им отсиживаться, пусть тоже людей подымают.

— Сделаю, отец, — кивнул тот самый, самый огромный орк из всех и немедленно повернул своего коня, который был габаритами под стать громиле, в сторону города.

Несмотря на то, что для местных формальной главой была Эрин, как более понятная и авторитетная, на деле же руководство осуществлял Вяземский, а чёрная жрица против этого совершенно не возражала.

Так что немного обдумав предложение местного правителя, Сергей решил согласиться. Да, скорость колонны упадёт, но всё равно соваться в незнакомую местность наобум — было не слишком разумно, а так можно было всё обстоятельно разведать и прощупывать путь теми же конными разъездами.

К отряду присоединилось ещё сотня всадников, и они начали потихоньку продвигаться дальше на юго-восток.

Конные разъезды бактрийцев разведывали путь, но пока всё было довольно тихо.

Местность уже несколько раз сменилась. Сначала была плодородная долина междуречья, которая вскоре сменилась короткой саванной, перешедшей в натуральную пустыню. Заодно стало понятно, почему Чёрный Нил получил своё название — в отличие от мутноватого, полного речного ила, Жёлтого Нила, русло второго истока отличалось обилием чёрного вулканического песка.

Именно в верховья реки и держал путь отряд. Конечно, хорошо было бы двигаться по реке… Но в своём верховье Чёрный Нил был практически несудоходен: течение было бурным, а порогов — огромное множество. Максимум, что тут было на воде — это рыбацкие лодки, да иногда попадающиеся паромные переправы.

На одной из таких, кстати, колонну нагнал ещё один отряд всадников.

Обнаружили их, разумеется, загодя: может претор и говорил, что не слишком хорош в полевых боях, но военное дело знал хорошо и кроме передовых и боковых дозоров выставлял и арьергардный.

Отряд как раз встал на ночлег перед финальным броском к Пыльному плоскогорью, разводил костры и готовил пищу. Федералы столовались с одного котла с местными, а то взятые с собой сухпайки многим за время службы уже поперёк горла вставали, а тут — горячее и свежее. Тем более, что ни мяса, ни специй бактрицы не жалели.

Вяземский, Эрин и Марк Валерий по обыкновению устроились около одного из костров, ведь по ночам в пустыне было довольно прохладно, и делились новостями. То есть, Вяземский просто отдыхал, Эрин бесконечно травила байки об их недавних приключениях, а претор благодарно слушал.

Именно в этот момент к костру пришёл, а лучше сказать почти вломился предводитель прибывших отрядов.

А точнее и вовсе — предводительница.

— Хей, муж мой! — рявкнула женщина лет тридцати с небольшим. — Зря ты не поехал со мной — мы славно позвенели клинками!

Одета она была тоже на какой-то восточный манер — кольчуга, просторные чёрные одежды, широкие шаровары, накидка на голове и кривая сабля на поясе, но в отличие от Флакка выглядела более… диковатой. Выгоревшие почти до белизны светлые волосы, татуировка на левой щеке, длинный шрам на правой брови… и связка отрубленных голов в руке.

Которые она немедленно швырнула под ноги претора, плюхнулась на бревно около костра и спросила:

— Где еда? Я вас еле настигла, и в пути проголодалась как степной ящер! Мяса мне и побольше!

Марк Валерий на мгновение закатил глаза, посмотрел на Сергея и Эрин, и виновато развёл руками.

— Вы уж простите мою дорогую супругу… Она у меня из кочевников… Поэтому не очень… цивилизованна…

— Ты чего там бухтишь? Марк, а ну-ка представь меня гостям!..

На следующий день отряд подошёл к Пыльному плоскогорью, и местность в очередной раз поменялась.

Если раньше было что-то вроде Сирии, то теперь пошёл какой-то Дикий Запад из «Золота Маккены». Отряд отклонился от Чёрного Нила, пустыня сменилась полупустыней, а впереди, будто стены древних замков, появились скалы плоскогорья. Сплошная стена, изрезанная многочисленными каньонами, ближе к Драконьим горам, отдельные массивы-плато — месы и одиноко стоящие батты — столовые горы.

Воздух был сух, горяч и прозрачен, в небе парили грифы, а по земле то и дело пробегали поджарые ящеры, размером с некрупную собаку.

— Прошу простить, дальше проводники из нас не очень, — с сожалением произнёс Марк Валерий. — Местность нам столь же неизвестна, как и вам, так что…

— Ничего страшного, — успокоила его Эрин. — Вы и так немало нам помогли. Без вас мы, наверное, и дальше бы держались течения Чёрного Нила, а что нужно я и так нашла.

Апостол говорила о камнях с древними письменами, которые начали периодически попадаться на пути. Именно по ним, чёрная жрица теперь и вела отряд, при этом не всегда очевидными маршрутами.