Этого выстрела тот уже не услышал.

Незнакомец — а на самом деле один из молодых подручных Санто, которому за это дело было обещано место в Семье, огляделся, убедившись, что стрелять больше не в кого. Девушка так и орала на высокой ноте, продолжая держаться за голову, ее платье было испачкано ошметками, которые дробь выбила из головы ее бывшего любовника.

Незнакомец бросил лупару на землю, после чего рванул с места и перескочил через борт террасы, мягко приземлился на землю. И побежал прочь. Дело было сделано.

Через пятнадцать минут прибыла полиция, оцепив территорию отеля, но к тому времени стрелок уже давно растворился в утренних улицах Тампы, и никто из перепуганных свидетелей не мог дать сколько-нибудь внятного описания. Все говорили только то, что он был в плаще и итальянцем. А таких в городе достаточно.

Известие о смерти Антинори разлетелось по городу очень быстро. Скоро об этом знали уже все, кто имел отношение к делам итальянской общины Тампы.

Санто Траффиканте в это время был на мессе в Приходе Пресвятого Имени Иисуса Христа — небольшой церкви, в которую ходили в большинстве своем итальянцы. Ее даже называли итальянской.

Он стоял в очереди к причастию вместе с остальными прихожанами, сложив руки перед грудью. И старался казаться человеком, целиком поглощенным молитвой. Очередь двигалась медленно, и он терпеливо ждал, наблюдая за тем, как падре Кармайн подает каждому облатку, произнося тихие слова благословения.

Когда подошла его очередь, он опустился на колени перед алтарем, и священник вложил ему в рот тонкий пресный хлебец. Санто перекрестился, поднялся и вернулся на свое место, сложив руки и опустив голову.

Мысли его, впрочем, витали далеко от происходящего. Он думал о том, что сегодня произошло на террасе «Палм Гарден Инн». Все должно было уже закончиться, если только парень не подвел его в последний момент.

Служба продолжалась уже минут двадцать, падре прочитал заключительную проповедь, потом благословил прихожан, и люди стали медленно выходить из храма, собираясь у входа, как и всегда. Санто задержался ненадолго, перекинулся парой слов со знакомыми, поинтересовался у молодого мальчишки, как здоровье его бабушки, и не надо ли дать денег на врача — они были друг другу дальними родственниками.

Наконец он вышел на улицу, спустился по ступеням и остановился в тени раскидистой пальмы. Достал из внутреннего кармана пиджака сигару, обрезал кончик специальным ножом и не спеша закурил.

Прихожане расходились, в большинстве своем пешком. Санто повернул голову и увидел, как к нему идет Поли — «сделанный» член Семьи и ближайший его приближенный.

— Только что узнал, — сказал он. — Дело сделано, Антинори мертв и Грассо тоже.

Санто набрал дыма в рот, выдохнул, после чего кивнул.

— Стрелок? — спросил он.

— Ушел, — ответил парень. — Выбросил ружье и сбежал. Так что дело сделано.

Достаточно грязно, конечно, полиция возбудится, начнутся рейды, будут искать. Опять будут говорить про мафиозные разборки. Но так было нужно, иначе никак — убийство Антинори должно было выглядеть как казнь. Уже сегодня, как только Торрио узнает о том, что случилось, весть разойдется по другим боссам. Комиссия приняла решение устранить того, кто нарушил правила.

Поэтому и лупара.

— Значит, все получилось, — проговорил он.

— Да, — кивнул Поли. — Я поспрашивал у своих людей в полиции — свидетели ничего не говорят. Даже подруга Антинори, которая там была — она только плачет и заикается.

— Хорошо, — кивнул Санто. — Пусть парень все равно уедет на Кубу, на пару недель. А когда вернется, получит свое место.

— Так… — Поли сделал паузу, после чего спросил. — Ты теперь босс?

— Похоже, что так, — Санто снова набрал дыма в рот, выдохнул и улыбнулся. — Подождем голосования, и когда Комиссия завизирует свое решение. Но на всякий случай запомни — мы скорбим о том, что нам пришлось исполнить это решение. Антинори был нашим боссом, и мы были верны ему, но он нарушил правила. Однако решение Комиссии выше решения одного босса.

— Я это понимаю… босс, — кивнул Поли. — Поймут ли остальные?

— Поймут, — кивнул Санто. — Не сразу, но поймут.

Вот к чему вообще эти сложности были? Антинори мог войти в их бизнес на Кубе, и зарабатывать большие деньги — не меньше, чем на героине с Корсики. И все было бы нормально.

Но нет, ему хотелось много и быстро, потому что барыши с острова пойдут не сейчас, а через год-другой. И поэтому он рискнул. И проиграл.

Но лезть на Лучано — это надо совсем мозгов не иметь. Этот парень не только очень умен, но еще и совершенно безжалостен. Убить одного за другим двоих боссов всех боссов, просто прихлопнуть их. А потом продавить перед остальными свою волю.

И создать структуру, шестеренки которой еще не притерлись, но уже работают. Сегодняшний случай, например, это доказывает — человек пошел против воли Комиссии и был убит. И теперь у Тампы будет другой босс.

Тут ведь абсолютно очевидно, на чьей стороне нужно быть. И не только разумнее, но и выгоднее по всем статьям.

— Подгони машину, Поли, — сказал Санто. — И собирай людей, сегодня вечером нам надо будет поговорить.

— Да… босс, — кивнул тот и двинулся на соседнюю улицу, где стояла машина.

Санто еще раз пыхнул сигарой. Теперь остается только сообщить Торрио о том, что дело сделано. И все.

На Пенн-Стейшн мы приехали ближе к полудню, чтобы проводить Ральфа и Джонни, которые наконец решили возвращаться в Чикаго после почти двухнедельного пребывания в Нью-Йорке. Приехали порознь, естественно, должны были встретиться на перроне, чтобы обговорить дела.

Потому что вчера пришли новости из Тампы. О том, что известный криминальный авторитет Игнацио Антинори был убит. Застрелен в кафе, вместе со своим компаньоном. Из двуствольного дробовика, который стрелок бросил на месте убийства.

В общем они устроили казнь, так решили. Решение с моей точки зрения было сомнительным, но с другой стороны я понимал, что это необходимо. Потому что остальные члены Организации по всей стране должны были понимать, кто и зачем это сделал. Чтобы у них было меньше мыслей повернуть против Комиссии.

А после такого… Не думаю, что в ближайшее время кто-нибудь решиться заартачиться.

Марчелло остался ждать в машине, а я двинулся на вокзал, прошел через здание на перрон и остановился. Носильщики таскали чемоданы, пассажиры прощались с провожающими, а чуть дальше стояли Капоне и Торрио, с двумя охранниками, которые никого не подпускали к ним. Капоне спокойно курил сигару, Торрио просто ждал.

Меня, естественно, пропустили. Я поздоровался с ними, и Торрио проговорил:

— Ну что, Чарли. Слышал новости из Тампы?

— Слышал, — кивнул я. — Лупара, ресторан. Ну чисто как на Сицилии, честное слово.

— Ты же понимаешь, что это было необходимо? — посмотрел он на меня.

— Необходимо, — кивнул я. — Но привлекать столько внимания мне все равно не по душе, если честно. Полиция возбудится, начнет трясти всех подряд, пройдут рейды.

— Это не важно, — сказал Ральф. — Тут главное, чтобы в Организации все поняли, о чем идет речь. Джонни донес до них информацию.

— Ага, черт подери, — кивнул Джонни. — Ты бы знал, сколько мне в итоге пришлось за междугородние звонки в отеле отдать. Но теперь все знают — Антинори пошел против Комиссии, пытался убрать вас и продолжал торговать наркотиками. Вот и был убит. Классическая казнь. Все правильно.

— И как отреагировали парни из Тампы? — спросил я.

— Спокойно, — сказал он. — Они уже признали Санто боссом, вчера ночью собирались. Мы ведь специально позаботились о том, чтобы это выглядело как казнь от имени Комиссии, а не личное решение Санто. Он сам объяснил это своим капо, сказал, что скорбит о необходимости исполнить приговор, но воля собрания выше воли одного человека.

— И никто не возразил? — спросил я. — Никто не будет мстить?