Я не могла спустить ему с рук такое завуалированное оскорбление, и кинула ответку. Он побагровел от злости, но сказать мне ничего не успел. В этот момент в столовую вошел Арден, и выглядел он настолько недовольным, что лорд Янис не решился продолжать свои расспросы.

– Николетта, гостевые комнаты твоих родителей готовы?

– Да, Арден.

– Дворецкий проводит вас, отдохните с дороги. Завтра с утра приедут мои родители, и мы обсудим всё перед раутом, – сказал как отрезал Арден.

Лорд Янис даже возразить не успел, как Арден кивнул дворецкому, и тот настойчиво подошел к недовольной паре, не желавшей, видимо, покидать столовую и оставлять дочь со смурным мужем.

Леди Клара за весь вечер на удивление не произнесла ни слова, словно боялась ляпнуть что-то, что не понравится ее властному мужу. Напоследок она кинула непонятный взгляд на дочь, и та еле заметно кивнула, заставив меня гадать, о чем же был их молчаливый разговор.

Когда родители Николетты ушли, в гостиной остались мы втроем: я, Николетта и Арден. Чувствую, ждет меня неприятный разговор. Арден не стал тянуть и сразу перешел к делу.

– Я не потерплю в своем доме склок и скандалов. Имейте это в виду.

– Но, Арден, она первая начала, – захныкала Николетта, пока я молчала.

– Не забывай свое место, Николетта. Ты еще не мать наследника и право слова не имеешь.

– А она имеет, хочешь сказать?!

Она разозлилась и чуть потеряла над собой контроль.

– Она мать моего сына, и я не позволю, чтобы слуги этого дома относились к ней неуважительно. Если ты еще раз меня разочаруешь, управление домом перейдет к Дарине. Ты уяснила?

– Да! – закричала она, расплакалась и убежала, громко хлопая дверью.

А после всё внимание Ардена переключилось на меня.

– Не думай, что можешь себе многое позволить, Дарина. Ты ламия, не забывай об этом.

Он не собирался передавать мне контроль над слугами. Просто хотел получить Николетту. Я ясно прочитала это в его глазах.

– А теперь иди к себе. Я приду перед сном. Будь готова.

Он встал из-за стола первый, заставив меня оцепенеть.

Что он имел в виду? Неужели намекает на…?

Николетта убежала, так что на ее личный инструктаж я не пришла. Меня одолевали мысли куда более важные, чем раут, организованный в ее честь.

– Ханна, скажи, что прислуга говорит о семье Николетты?

– Что остерегаться их надо. Особенно лорду Ардену.

– Почему?

– У лорда Яниса три дочери.

– Ириса, Николетта и…?

– И Аделаида. Вдова лорда Франка, главы столичного банка и наследника миоритовых копий. Пусть драконы-прародители будут к нему благосклонны. Драконья чешуя ему пухом.

Ханна была довольно суеверная и сложила ладони домиком к потолку, молясь о благополучии лорда на небесах.

– Поговаривают, что умер он при загадочных обстоятельствах. Благо успел наследника оставить. Причина его смерти до сих пор неизвестна, но все грешат на лорда Яниса. Все знают, что он промышляет различными ядами, которые до сих пор не может распознать наша тайная канцелярия.

– Так получается, все думают, что лорд Янис отравил лорда Франко. Но для чего? Аделаида хоть и родила сына, всё равно не смогла бы стать наследницей лорда Франка и завладеть всем его имуществом. Ты же знаешь, что всё работает не так, когда дело касается высокородных драконов. Его сын мог бы наследовать имущество лишь при одобрении Совета, который сам бы назначил ребенку опекуна. Слишком ключевая должность в государстве была у лорда Франка.

Несмотря на низкое происхождение, Ханна была довольно образованной и многое знала о драконах. Еще ее отец служил при моем деде и помогал ему в финансовых делах.

– Да, но лорд Янис вырос на задворках империи, моя леди, так что о таких тонкостях не в курсе. У них ведь всё всегда наследует либо старший сын, либо единственный наследник. Так что даже если он и хотел заполучить наследство, то у него ничего не вышло бы. Поэтому и поговаривают, что он так яростно настаивал на исполнение лордом Захраном клятвы. Многие забеспокоились, когда лорд Захран заделал леди Ирисе ребенка. Ведь если она родит наследника, кто знает, что случится. Заручившись сторонниками, лорд Янис вполне способен устранить Ардена, если сын Ирины будет достаточно одаренным, чтобы власти пошли на такой риск, чтобы сместить лорда Ардена.

Я начинала понимать, почему отец предостерегал меня держаться от этой семьи подальше и быть с ними настороже.

Единственная причина, по которой я сейчас не представляю интересов для лорда Яниса, если вдруг он и есть тот самый убийца, то это то, что мой сын Мир не унаследовал никаких драконьих способностей и не являлся драконом, не имел возможности к обороту.

В любом случае он не станет открыто действовать, пока Ириса или Николетта не родят, ведь иначе у него не будет никаких прав на место главы клана северных драконов.

Я никак не могла понять, каким образом аристократ из провинциального разорившегося рода мог так быстро подняться и обрасти такими связями, чтобы покушаться на такой влиятельный клан.

Когда наступило время сна, Ханна, несмотря на мои протесты, легла на пол, постелив себе тонкий матрасик, который выпросила у прислуги. Поджав губы, я решила завтра же решить эту проблему. Не позволю ей лежать на полу, как какой-то оборванке. В конце концов, она кормилица дочери влиятельного лорда. Надо будет, обращусь к Ардену, чтобы приструнил свою жену.

Я, конечно, согласилась стать его ламией, но не говорила, что позволю обращаться также наплевательски и к своему человеку.

Ханна уже уснула, а Мир давно видел десятый сон, в то время как я лежала на постели одетая и не могла даже прикрыть глаза.

Ждала, когда придет Арден.

При Ханне он не станет ко мне приставать, а я намерена была сделать всё, чтобы между нами не произошло близости.

В груди воцарилась горечь.

С Аишей когда-то Арден изменял мне на нашей супружеской кровати, а со мной намеревался в детской, подальше от глаз законной жены.

Когда дверь наконец заскрипела, я медленно поднялась и замерла, словно надеясь, что в темноте он меня не заметит.

– Ты не постучался, – тихо произнесла я, переживая, слышит ли он, как часто стучит мое сердце.

Меня обдало испариной, а ладошки вспотели. Я попыталась незаметно протереть их о ткань платья, но так нервничала, что терла ладони слишком заполошно и резко, привлекая внимание Ардена.

– Это мой дом. А ты моя ламия. Стучаться я не собираюсь. Все двери для меня открыты.

Я недовольно поджала губы, впрочем, не удивляясь бесцеремонности и нахальству Ардена.

Несмотря на шум, Ханна даже не пошевелилась, продолжая слегка посапывать. Меня же, хоть я и устала за весь день, даже не тянуло в сон, настолько я была взбудоражена неизвестностью.

– Ты хотел о чем-то поговорить? – спросила я у Ардена в надежде на то, что это и было целью его прихода

Я еле сдержалась, чтобы не коснуться ворота платья, но не стала этого делать, чтобы он не подумал, что я его боюсь.

Мне претило то, что я отныне снова от него завишу, но и выбора как такового у меня не было.

– Поговорить? С чего бы мне с тобой разговаривать? Мы уже всё обсудили. Я пришел посмотреть на твоего сына.

Скажи он, что это и его сын, я бы воспротивилась и взбрыкнула, но когда он сказал “твоего”, меня это возмутило.

Он говорил так, словно открещивался от него и не признавал его, словно родила я Мира не от него. Такая грубость меня оскорбляла, но я, чтобы не унижаться и не убеждать его в обратном, лишь стиснула зубы и промолчала, уговаривая себя потерпеть, ведь всё это ненадолго, как я надеялась.

Раз я ему так противна, то он и сам захочет вскоре от меня избавиться. А чтобы это сделать, ему нужно выполнить свое обещание и помочь Миру выздороветь и выжить.

Не спрашивая разрешения, Арден подошел к кровати и посмотрел на спящего сына сверху вниз, даже не наклонившись. Мне показалось, словно в его глазах горел интерес, но когда я глянула на него снова, там царило полное равнодушие. Видимо, свет не так падал, или это было мое воображение.