– Что ж, – усмехнулась я, ведь давно приняла решение. – Тогда я сделаю всё сама.

Я открыла ридикюль и достала из него футляр, после чего поставила его перед Арденом на скамейку.

– Что это?

– Кольцо. Открой его и надень. Завтра нас ждет церемония.

– Церемония?

Он был удивлен, но футляр открыл.

– Мой сын – будущий король метаморфов и не может расти в неполной семье. Пересуды нам ни к чему. Так что завтра мы с тобой, Арден, поженимся. У тебя есть два варианта ответа. Да… и да.

Не дожидаясь его реакции, я встала и вышла из беседки, но уже у тропинки услышала его приглушенный довольный смех.

Я же чувствовала облегчение и свободу, которой мне так не хватало. А за эти годы осознала, наконец, что всё это уже есть внутри меня, достаточно лишь расправить крылья.

Торжество, которое мы организовали в честь нашей свадьбы, было скромным. Мы ведь женимся во второй раз, да и я не хотела присутствия посторонних глаз. Мне было достаточно того, что рядом были лишь самые близкие.

Ритуальный обряд, который навсегда скрепил наш брак перед ликом смертных и богов, мы провели на алтаре метов, под бдительным оком Эрриса. Он мало чем отличался от того ритуала, который был проведен для создания связи между Арденом и Миром, и предназначался лишь для того, чтобы ввести меня в род Ардена кровно и духовно, так что никаких особых отличий до и после в себе я не заметила. Разве что стала чуть ярче ощущать Ардена даже на больших расстояниях.

Самой запоминающейся частью нашего брачного ритуала стал для меня полет.

С самого детства я знала, что мне не суждено расправить крылья и летать, как всякому свободному дракону, и не мечтала даже познать вкус ветра, а когда Арден вдруг предложил мне оседлать его и прокатиться с ветерком, я замерла в восторге, даже не проронила ни звука, настолько была ошеломлена.

Уже потом я узнала, что не каждый дракон позволяет своей паре прокатиться на его спине, и случись такое, это яркий признак того, что дракон ставит жизнь своей женщины выше, чем свою.

Будучи дочерью лорда Дагона, я никогда не слышала о том, чтобы хоть одна женщина седлала дракона, и потому не знала об этом факте. Узнала случайно, когда мы прибыли в столицу, которая гудела от новостей о том, что Арден позволил мне сделать.

Оказалось, что наш союз стал примером для многих незамужних девиц, мечтающих о такой же любви, но каждый раз, когда я слышала восторженные шепотки позади нас, когда мы с Арденом шли по улицам столицы, я лишь грустно улыбалась.

Никто из них не знал, чего нам стоило наше счастье.

Когда Миру исполнилось десять лет, в нашу семью вдруг постучалось чудо.

Все эти годы мы с Арденом старались зачать еще одного ребенка, но у нас ничего не получалось. Он даже сокрушался, что это за его грехи и недоверие боги наказали нас, но я в это верить не хотела. Впрочем, всё равно вместе с ним посещала храм богов и молила их о чуде. И в один из дней оно свершилось, лишь укрепив нашу веру в то, что наш союз был и правда благословлен свыше.

В условленный срок у нас с Арденом родилась девочка. Драконица с даром воды, родовой магией рода северных драконов. Вердикт целой коллегии лекарей.

Нарекли мы ее Амаль, что означало “надежда”.

Надежда рода Ардена.

Надежда нашей семьи.

И стала она любимицей не только своего отца, но и старшего брата, который не чаял в ней души.

Мир со временем стал главой метаморфов, а Амаль – первой драконицей, возглавившей высокородный дом драконов.

Несмотря на разные расы, в них текла одна кровь, и ни они, ни их потомки никогда об этом не забывали.

Конец