– Ну, ты и хитрюга! – оценил Ваня. – Я бы в жизни не додумался.

– Я бы тоже, – ответил Саша. – Но ты же знаешь, у меня и мама, и папа – врачи. Столько всего рассказывают – поневоле станешь медиком-теоретиком.

– Ну, во Франции-то ты у нас и практиком выступал, – напомнила Аня.

– Было дело, – скромно согласился Саша. – А что касается Аи, я вам скажу: он подсыпает ей какой-нибудь галлюциногенной гадости в питьё или в еду. И еще, скорее всего, владеет гипнозом.

– Наверно, ты прав, – сказал Ваня. – Ну, ничего, это не самое страшное. Нам бы с магическим зеркалом разобраться! Вот тогда выведем визиря на чистую воду.

– Не думаю, что это легко, – философски заметил Саша.

И тут масла в огонь подлила Аня:

– Кто знает, может, это зеркало действительно волшебное.

– Ну, начинается! – ответил Ваня. – Ты еще скажи, что здешние маги посильнее нас и нам действительно пора устроить с ними состязание. Смотри, договоришься у меня – отправлю на излечение к доктору Ветрову вместе с царицей Анхесенамон!

Они уже подошли к главным дверям, ведущим из здания во внутренний двор. И вроде бы никто не собирался препятствовать их выходу на улицу. Но едва эти двери открылись, несколько слуг одновременно кинулись им навстречу и с необычайным проворством затолкали обратно во дворец.

Глава 42

ЕЩЁ ОДНО ПИСЬМО

Аи в задумчивости сидел в своей комнате и вертел в руках алебастровый флакончик с крышечкой в виде распустившегося цветка лотоса.

«Этот торговец, передавший служанке флакон для царицы, слишком самоуверен. Откуда он взял любовный эликсир? Надо допросить его. А если не станет говорить, то палка – хороший инструмент для развязывания языка, – рассуждал про себя визирь. – Но что же делать с этими духа??ми? – он пристально рассматривал флакон. – Может быть, здесь действительно эликсир любви? Как это проверить? Испробовать на ком-нибудь? А вдруг это яд? Нет, вначале надо поговорить с торговцем. Если он не врёт, флакон может очень даже пригодиться. Анхесенамон не жалует меня. Наверное, боится. Даже написала письмо хеттскому правителю. Не хочет она, чтобы я находился у власти. Зато я хочу!» – и он ударил кулаком по подлокотнику кресла.

Великий визирь и главный жрец Амона был хозяином в царском дворце, по крайней мере, таковым себя ощущал. Никто не смел без его ведома что-либо сделать. Везде были его глаза и уши. И он всегда всё видел и всё знал. Придворные, слуги и рабы трепетали при виде его. Он, и только он – реальный хозяин Великой Та-Кемет, хотя и не носит двойную корону! Пока…

Когда Мериб передал для владычицы духи и шепнул служанке о назначении эликсира, об этом сразу стало известно визирю. Тот немедленно потребовал доставить прислужницу к себе, так что она даже не успела отнести волшебный эликсир Анхесенамон. Флакон отобрали, а перепуганная женщина предстала перед Аи.

– Что за флакон передал тебе торговец тканями? – грозно начал свой допрос визирь.

– Это подарок владычице, – еле слышно пролепетала служанка.

– А что говорил тебе торговец? Я знаю, он говорил тебе что-то и показывал на этот флакон.

Служанка упала на колени и стала оправдываться:

– Он сказал, что этот прекрасный аромат должен понравиться владычице. Да будет она жива, невредима и здорова! Он сказал, что принёс духи в дар божественной госпоже и, что ничего подобного нет во всей Та-Кемет.

– Где же он их взял?

– Я не знаю.

– А почему же такой изысканный аромат, который, наверно, очень дорого стоит, он решил подарить владычице, а не продать его? Ведь он же торговец.

Служанка ещё ниже склонила голову и ещё тише прошептала:

– Я не знаю.

– Ты не знаешь?! – гневно выкрикнул Аи. – Зато я знаю! Ты хотела отравить владычицу и попросила торговца принести яд!

Служанка зарыдала в голос и упала на каменный пол.

– Нет!!! – всхлипнула она. – Я не хотела никого травить. Это не яд! Я говорю правду! Это не яд! Боги – мои свидетели!

– Они покарают тебя за ложь! – начал угрожать Аи. – Ты умрёшь страшной смертью. Твой прах будет развеян по ветру, и твоё Ка никогда не найдёт покоя!

– Я сказала правду, это не яд! – вскрикнула служанка. – Это эликсир любви.

– Что? – поднял брови Аи. – Повтори.

– Это любовный эликсир, – и служанка, наконец, рассказала всё.

«Вряд ли это яд. Зачем торговцу убивать владычицу? Бессмысленно, – размышлял Аи, продолжая разглядывать загадочный флакон. Он задавал себе вопросы и сам же на них отвечал. – А вот влюбить в себя Анхесенамон, обрести надежду стать фараоном – это похоже на правду. Но торговец не понимает, с кем связался. Кто он такой? Мелкая букашка, пыль под моими ногами. И он смеет притязать на трон?»

Аи злорадно рассмеялся, поставив флакон на столик, и вновь погрузился в тяжкие раздумья. Его уже не беспокоил глупый торговец, его беспокоил Джедхор и чужеземцы, которые, как ему доложили, остановились в доме этого придворного и доверенного лица Нефертити.

«Джедхор очень умён. И он явно что-то задумал, – Аи попытался выстроить логическую цепочку. – Сам он не может попасть во дворец, поэтому исхитрился подослать к владычице чужеземцев. Но кто они такие? И откуда их знает Джедхор? Прежде всего, надо выяснить именно это. Говорят, что они обладают магической силой и могут разговаривать с богами. Если так, то с чужеземцами надо быть осторожным и постараться переманить на свою сторону. Сейчас их приведут ко мне, и я поговорю с ними по-доброму, попытаюсь разузнать как можно больше».

Ещё перед обедом он отдал приказ привести чужеземцев к нему после трапезы у владычицы. И сейчас, в ожидании гостей, перебирал в памяти всё, произошедшее за день. «Слишком много странных событий, – думал Аи. – Духи?, таинственные чужеземцы, и в добавок я нигде не могу найти своего слугу Тамита. Он как сквозь землю провалился…»

Слуги визиря, поджидавшие чужеземцев на улице перед дворцом, ужасно нервничали. Обед у Анхесенамон уже закончился, а этих троих всё не было и не было. Слуги тихо переговаривались, не зная, что и предпринять.

– Эх, надо было встретить их прямо возле покоев владычицы! – сетовал один из них.

– Но великий визирь отдал приказ ждать чужестранцев у дверей дворца, – возразил другой.

Приказ действительно был таким. Аи не хотел показать придворным, что его люди перехватывают гостей Анхесенамон.

Слуги уже решили, было, вернуться во дворец и поискать иноземцев там, но тут главные двери распахнулись, и оттуда вышли трое молодых людей. Поджидавшие ребят люди кинулись к ним и, не давая опомниться, затолкали обратно во дворец.

– Чего вы хотите? – возмутился Саша, вырывая свою руку.

Слуга сообразил, что немного переусердствовал и, низко поклонившись, сделал шаг в сторону.

– Великий визирь и верховный жрец Амона просит вас к себе.

Другие слуги тоже расступились перед чужеземцами и почтительно склонили головы.

– Прошу следовать за мной, – сказал всё тот же слуга. Очевидно, он был старшим.

Оставалось только подчиниться. Да и любопытно было повидаться с Аи.

И снова они шли по длинному коридору второго этажа. Покои визиря оказались в самой дальней части дворца. Следует заметить, что это были не единственные его апартаменты. Недалеко от Дома правосудия находилась резиденция визиря с садом, прудом, конюшнями, загонами для скота, хлевом, пекарней, домашней пивоварней и прочими атрибутами богатства. В этом имении жила его жена Ти. Множество слуг и рабов трудились на благо великого визиря. Но сейчас Аи предпочитал жить в царском дворце, что было вполне понятно.

Дойдя до покоев визиря, слуга распахнул дверь и повёл гостей через анфиладу комнат: приёмный зал, обеденную комнату, комнату отдыха. Наконец, они оказались в просторном кабинете. Прямо перед ними на высоком кресле, обитом золотом и слоновой костью, сидел верховный жрец.

Ребята поклонились визирю, поприветствовали его, как подобает, и замерли в ожидании.