Вечерами в выходные дни мы сидели на раскладных стульях, которые постоянно ломались, ели, сидя за складным столом, и смотрели «Ночь хоккея в Канаде». Мы подключали обернутую фольгой антенну к мерцающему зеленоватому телевизору, который упал во время переезда.
Через несколько недель после того, как я начала работать, мне надоели наши паршивые стулья, и я заявила Дериану: «Ну все! Мы покупаем диван!»
Вскоре нам доставили кушетку цвета темных баклажанов и диванчик от Art Van. Откинувшись на спинку кресла, я проводила много времени, глядя в окно и наблюдая за меняющимися цветами; я скучала по открытым просторам Канзаса.
В те первые месяцы я чертовски тосковала по дому. Я хотела щелкнуть каблуками и снова приземлиться на пшеничных полях, как Дороти. Мы думали, что быстро найдем церковь в Мичигане, заведем новых друзей и обустроимся. Но мы посетили всего несколько церквей, прежде чем я начала работать по воскресеньям.
Осенью мы несколько раз обедали с коллегами Дериана и отпраздновали наш первый День благодарения с парой, у которой тоже не было семьи в Мичигане. Но в остальное время мы были вдвоем.
Я помню, как в декабре звонила маме в слезах и сообщила, что мы не сможем вернуться домой на Рождество из-за моей работы: я должна была работать в канун Рождества и в последующие дни. У нас с Дерианом было тихое Рождество. Мы раскрыли подарки, которые нам доставили, у нас была простая елка, которую мы купили, воспользовавшись моей скидкой. Я приготовила рождественский ужин на двоих, и на следующий день вернулась в оживленный магазин.
Были только я и Дериан, против всего мира. Время от времени мы выбиралась наружу, но все равно оставались только он и я.
Однажды зимним вечером мы поссорились, из-за чего не могу вспомнить; и я бросила в него порошок для ног. Я убежала в спальню, но вернулась, когда услышала, как хлопнула дверь, и была удивлена, обнаружив на ковре написанное порошком ругательство.
Вскоре Дериан вернулся домой с чистильщиком ковров, а потом я услышала звук пылесоса.
Той ночью он завалился на диван после того, как я выбросила его подушку и небольшое одеяло в коридор. На следующее утро ничего не оставалось, как упасть от смеха: когда я увидела слабо видневшееся ругательство, навсегда въевшееся в ковер.
Он «отругал» меня порошком для ног и усугубил ситуацию с помощью средства для чистки ковров.
В тот новый год моя временная работа стала постоянной, и мы смогли купить новый телевизор и развлекательный центр, доставленный к Супербоулу. Больше никаких зеленоватых мерцающих экранов. Мы также получили известие, что мои родители приедут к нам в гости в мае, а его — в июне. Зная, что весной к нам приедут родные, я смогла пережить нашу первую долгую и унылую зиму.
21. Не прощайтесь — говорите: «До скорой встречи»
Май 2004 года
Когда моя семья приехала к нам в Мичиган, было начало мая, на улицах цвели вишни. Папа, мама и Брайан ехали к нам два дня на их новом минивэне и прибыли ко дню рождения мамы. Я весь день беспокойно носилась по квартире и чуть ли не танцевала на цыпочках, когда они позвонили.
«Аутентичный опыт» — так папа описал ужин в честь маминого дня рождения в нашем любимом итальянском ресторане. Это было семейное заведение, расположенное в центре города, в нескольких километрах к востоку от нашего дома.
На следующий день мы с родителями и братом поехали на западное побережье Мичигана, а Дериан остался работать. Мы провели один день в Холланде, прогулялись по рядам ярких тюльпанов на ферме, где мама купила бело-голубой кувшин для своей коллекции. В тот вечер мы вышли на пирс к маяку, сели на мягкий, словно сахар, пляжный песок и наблюдали, как солнце садится над озером Мичиган.
В тот день я чувствовала волнение, стоя рядом с отцом, когда два орла боролись и несколько секунд переворачивались в небе.
На следующее утро, находясь недалеко от Лудингтона, мы с папой и Брайаном отправились в небольшой поход в государственный парк П. Дж. Хоффмастера. Мы шли по крутым поросшим деревьями дюнам и затем спустились к озеру Мичиган, холодные волны которого впервые обрушились на мои босые ноги. Мы проводили по песку корягами и наблюдали, как вода быстро стирает наши следы.
Позже на той неделе мы провели весь день с Дерианом, блуждая по огромному выставочному залу в музее Генри Форда в Дирборне. В тот вечер мы поужинали в Гриктауне и поиграли в игровые автоматы в казино.
На той же неделе в небольшом отеле во Франкенмуте родные встретили нас с вывеской «Добро пожаловать в семью Рейдер». Мы не были уверены, что когда-нибудь вытащим папу из Bronner’s, крупнейшего в мире рождественского магазина, после того как он заметил празднично украшенные миниатюрные городки с поездами, курсирующими по кругу.
На следующее утро мы подбросили маму до торгового центра, а сами с папой и Брайаном поехали вдоль берега озера Гурон, а затем остановились на деревянной дорожке у реки Ау-Сабль, чтобы посмотреть на лысых орлов. Я приезжала сюда с Дерианом в октябре, и лишь мельком увидела орла, ловящего рыбу. В тот день я чувствовала волнение, стоя рядом с отцом, когда два орла боролись и несколько секунд переворачивались в небе.
Папа позволил мне выбрать на карте, куда нам пойти в тот день, и сказал мне выбрать хорошо, потому что на обратном пути нам нужно было забрать маму. Я думала, что это первая из многих семейных поездок в Мичиган, но я еще никогда так сильно не ошибалась.
Я понятия не имела, что через несколько месяцев наш мир рухнет. Если кто-то и мог знать, то это папа. Но и тогда, и сейчас трудно сказать, как все было на самом деле.
Июль 2004 года
Летом 2004 года я прочитала статью о серийном убийце BTK, который вернулся в Уичито после десятилетий затишья. Он совершил семь убийств в 1970-х и отправлял язвительные письма в полицию и средства массовой информации, но затем прекратил всякое общение в 1979 году. Предполагалось, что он мертв или находится в тюрьме. Но весной 2004 года он заявил о восьмом убийстве в 1986 году и начал рассылать письма, как и в 1970-х годах. Это привело к большой охоте.
Это был первый раз, когда я услышала об убийствах и печально известной аббревиатуре. Я была удивлена и ошеломлена новостью о том, что это происходило дома, но не припомню, чтобы внимательно следила за новостями из Уичито в 2004 году.
Я помню две вещи: я упомянула об охоте Дериану, который тоже читал об этом. И как-то летом или осенью я спросила маму по телефону об убийствах 1970-х годов. Она сказала мне, что в то время многие женщины боялись. Она была напугана, так как папа иногда работал допоздна и брал вечерние занятия в WSU, но папа успокоил ее, сказав, что она в безопасности.
Поздней осенью я прочитала о новых возможных характеристиках BTK. Я помню, как ломала голову над списком: возвращалась к нему несколько раз, потому что не могла перестать думать об этом.
BTK написал в полицию, что у него есть двоюродный брат в Миссури и дедушка, который играл на скрипке и умер от болезни легких. Его отец погиб во Второй мировой войне. В 1960-х он служил в армии, всю жизнь увлекался поездами и всегда жил рядом с железной дорогой.
Я все время думала о туманном, сказочном образе белого дома с черной отделкой и о поезде, проходящем рядом с ним достаточно близко — так, что звук отдавался в оконном стекле. Дом вроде дома моих бабушек и дедушек. Но в этом не было никакого смысла.
Я осознавала, что список был странным, но не могла прийти к каким-нибудь заключениям и забросила его, когда в декабре узнала, что убийцу арестовали. В итоге арест оказался ложным, и я не помню, чтобы после этого следила за новостями.
Вскоре взгляд в прошлое поможет все осознать, но я не единственная, кто думала, что мой обычный, нормальный отец был последним человеком на земле, кто мог бы быть BTK.
В сентябре я начала работать учителем на замену в пяти районах. Самый дальний район находился в часе езды, поэтому было нелегко возить Дериана на работу, а затем ехать на запад, чтобы добираться до класса не позднее девяти. Однако зарплата была хорошей, и вскоре я уволилась с работы в Target, радуясь тому, что вечера и выходные можно проводить с Дерианом.