После увольнения с работы в Уичито мой брат вступил в военно-морской флот и осенью отправился в учебный лагерь, расположенный к северу от Чикаго. Он пригласил нас и всех друзей на свою выпускную церемонию в начале ноября, после чего Брайан должен был отправиться на Восточное побережье в школу подводников, а затем уйти в море на несколько месяцев.

Я надеялась, что родные смогут приехать в Чикаго, чтобы мы могли провести несколько дней вместе. Однако папа сказал нам, что они не приедут, сославшись на занятость. Я не знала, что думать; это было крайне нехарактерно для моего отца. Но поскольку до Чикаго нам было ехать всего четыре часа, мы с Дерианом смогли приехать. Ранним утром пятницы мы радостно приветствовали Брайана и его товарищей.

После церемонии мы обнялись, он был счастлив повидаться с нами и уехать с базы на пару дней, осматривая достопримечательности. В тот день, когда мы шли к аквариуму Шедда, нас обдал пронизывающий ветер, и Брайан еле успел схватить свою белую матросскую фуражку, чтобы она не улетела в озеро Мичиган. На следующий день мы наслаждались солнцем, гуляя по зоопарку Брукфилда. Брайан сказал нам, что он может полететь домой на Рождество. У нас с Дерианом уже были билеты на самолет, и мы сказали, что надеемся его увидеть.

Декабрь 2004 года

В декабре, в ночь перед отлетом домой, выпало несколько сантиметров снега, и когда мы в предрассветной темноте отправились в аэропорт, мир все еще казался голубовато-серым пятном. Дериан был спокоен, осторожно проезжая по единственной очищенной полосе шоссе, но я сжимала пассажирский подлокотник так, что у меня побелели костяшки пальцев.

Мы добрались до аэропорта вовремя, но у выхода на посадку обнаружили, что наш самолет задерживается и мы пропускаем пересадку в О’Харе. Из-за снега, задержки и того факта, что летала всего два раза в жизни, я была сильно обеспокоена. Но Дериан протянул мне латте с лесным орехом и сказал, что мы вернемся домой. Он привык к полетам и терпеливо рассказывал мне о следующих нескольких утомительных часах путешествия в праздники, в то время как я обхватила руками свой напиток, пытаясь согреться.

Когда мы прибыли в О’Хара несколько часов спустя, нам пришлось стоять в длинной очереди, чтобы перебронировать рейс на следующий день и забронировать отель. Мы отстояли и в другой длинной очереди, чтобы забрать наш багаж, только чтобы узнать, что он продолжил свой путь к месту назначения. Я упаковала минимум ручной клади и замерзла в тонкой толстовке; мое зимнее пальто, перчатки и шляпа были в самолете на пути в Канзас.

Мы возвратились в аэропорт в канун Рождества и узнали, что нам нужно будет сделать пересадку в Сент-Луисе, чтобы добраться до Уичито.

Вот и сходили на церковную службу с семьей в сочельник…

Когда мы были в нашем гейте в Сент-Луисе, к стойке регистрации подозвали Дериана: его хотели снять с рейса. Я заплакала, рассказывая работникам историю последних двух дней.

Один человек, путешествующий в одиночестве, услышал мою печальную историю и предложил поменяться местами с Дерианом. Мне было так приятно, что я хотела обнять его; мы успевали домой на Рождество.

Мы заночевали в гостевой комнате у родителей, стены которой я выкрасила в сиреневый два года назад, и на следующее утро открыли подарки. Я никогда не забуду лицо моего отца, постаревшего за ночь, и его грустные глаза в то рождественское утро, когда он развернул рамку для фотографии Брайана.

Через несколько дней мы с Дерианом поехали с отцом обратно в аэропорт, чтобы забрать Брайана. Он был одет в синюю форму американского военно-морского флота и нес зеленую спортивную сумку, которую мой отец повесил себе на плечо после того, как крепко обнял Брайана. Пока брат был дома, мы решили сходить в кино в театр Уоррена в Старом городе, место, которое папа считал очень щегольским, потому что там можно было заказать еду прямо в зал. Пообедав хот-догами и картошкой фри, мы с папой передавали туда и обратно самую большую пачку попкорна с маслом, которую вы когда-либо видели.

Так странно вспоминаются определенные вещи, например то, как я смотрю налево и вижу, что папа пытается открыть зубами горчичный пакет — точно так же, как я бы это сделала.

Но я не могу вспомнить, какой фильм мы тогда смотрели.

Что я могу вам сказать, так это то, что это был последний фильм, который мы с ним смотрели вместе.

Несколькими днями позже мы встали рано, чтобы собрать вещи перед вылетом в Мичиган. Я вышла из спальни и наткнулась на папу в коридоре. Он был одет в свою коричневую униформу.

Перед выходом он положил стопку визиток в правый нагрудный карман; он был одет в темно-коричневое зимнее пальто со значком, темно-коричневую шляпу и устрашающий служебный пояс. На поясе были складная палка, дубинка, булава, мультитул Leatherman, нож и еще черт знает что.

Он был гладко выбрит, и от него пахло Old Spice; я крепко обняла его. Он был таким теплым, надежным, и я не хотела его отпускать.

— Не знаю, когда мы снова приедем домой, — сказала я.

— Ага. Мы постараемся скоро приехать к вам, ребята, хорошо?

— Хорошо, люблю тебя. Скоро увидимся.

— Да, я тоже тебя люблю. Скоро увидимся.

Просто девушка, прощающаяся с отцом. У меня не было причин думать, что я видела его в последний раз.

Четверг,

24 февраля 2005 года

— Да, я тоже тебя люблю. До скорого.

После телефонного разговора с родными я вытащила шоколадный торт Bundt из духовки и принялась за сахарную глазурь. Мы с Дерианом съели по кусочку перед сном, не догадываясь, что завтра в это же время наша жизнь полностью перевернется.

Последний телефонный звонок.

Когда ты кого-то теряешь, всегда есть что-то «последнее». Последнее объятие, последнее Рождество, последний отпуск. Последний шоколадный молочный коктейль, последняя рыбалка, последний раз, когда вы ходили бок о бок рядом с любимым человеком.

Как только вы узнаете, что было последним, то изо всех сил стараетесь запечатать воспоминания. Даже в моем случае, когда человек, которого я потеряла, был еще жив.

Даже в моем случае, где каждое мое воспоминание о человеке, которого я люблю, будет навсегда испорчено скверной.

Часть IV. Когда все распалось

Не бойся, ибо Я с тобою; не смущайся, ибо Я Бог твой; Я укреплю тебя, и помогу тебе, и поддержу тебя десницею правды Моей.

Исайя 41:10

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ:

Мы прерываем вашу жизнь по расписанию

12.15

25 февраля 2005 года

Уичито

Подозреваемый в убийствах BTK Деннис Линн Рейдер пятидесяти девяти лет был остановлен и арестован сегодня, когда ехал домой с работы в своем белом городском грузовике в 12.15.

Рейдер, скрывавшийся тридцать один год, собирался пообедать со своей женой Паулой пятидесяти шести лет, с которой прожил вместе тридцать три года. Последние четырнадцать лет они встречались за обедом каждый будний день на своем ранчо с тремя спальнями в небольшом пригородном поселке Парк-Сити. Рейдера арестовали за углом от своего дома, прямо возле пешеходного перехода, по которому его дети годами направлялись в ближайшую начальную школу. Рейдер и его дочь Керри двадцати шести лет раньше совершали длительные прогулки со своими спаниелями — Пятнашкой, а позже и Дадли — по территории школы и близлежащим районам.

Направив на него несколько огнестрельных оружий, в том числе дробовик и пистолет-пулемет, полицейские задержали Рейдера без происшествий, сковали наручниками на тротуаре, прямо над большими дренажными трубами, на которых его дочь любила играть в детстве.

Одна из первых вещей, которые Рейдер сказал после ареста, было: «Эй, не могли бы вы позвонить моей жене? Она ждала меня на обед. Полагаю, вы знаете, где я живу».

22. Предложите ФБР свою ДНК. Так проще

13.30