— Я не скажу!.. — понимающе округлив глаза, пообещала девочка. И вот это уже был прогресс.
— Пойдём! Покажешь, где находился твой приют, — предложил я. — Наведаюсь в вашу библиотеку и одолжу книги…
День прошёл в заботах — в заготовке последних доступных дров и в приготовлении горячей пищи. Раз уж с водой у нас проблем теперь не было, то и бульон можно было сварить. А ещё я занялся дальнейшим укреплением нашего убежища — потому что нет предела совершенству, особенно если выжить очень хочется…
Ночь тоже прошла без происшествий. Только где-то в храме пару раз громыхнуло… Однако в архе было тихо, и никто не выбирался из него — я в этом был уверен. После снегопада небо над скалой расчистилось, так что ночь была лунная и светлая. Я бы издали заметил скамори — даже несмотря на то, что они были белесые и почти сливались по цвету со снегом.
В этот раз я разбудил Нанну ещё затемно, а сам улёгся спать пораньше — чтобы пораньше встать и отправиться в первую вылазку. Когда я проснулся, солнце уже взошло над скалой, и снаружи было светло. Наскоро перекусив, я выгрузил все запасы еды из рюкзака, чтобы взять его собой. После чего без долгих прощаний скинул канат вниз, подмигнул Нанне на прощание — и начал спуск.
Оказавшись снова на земле, я огляделся. Город вокруг был молчаливый и зловещий. Тёмные окна домов — блестящие, если сохранились стёкла, и бездонные, если стёкла были выбиты — безразлично взирали на меня. На улицах валялся строительный мусор, брошенные жителями вещи и ещё трупы — слишком много изуродованных тел, припорошённых снегом… И сам город был совсем как эти трупы, лежащие на его улицах — такой же жалкий в своём поражении и ещё очень страшный, всё время напоминающий об угрозе, скрывающейся на его улицах…
Я не сразу решился сделать первый шаг, боясь нарушить покой царившей здесь тишины. С другой стороны, день не будет длиться вечно, а сделать нужно было ещё очень много. И в свете последнего разговора с Нанной — даже больше, чем планировал изначально… Ведь теперь мне предстояло найти доказательства не только того, что люди здесь ещё как воруют, но и того, что сама Нанна наверняка пострадала от этого.
Глупо? Наверно, именно так и сказало бы большинство нормальных людей в моих яслях. Это сказали бы люди, которые никогда в жизни не были мной. Это сказали бы люди, у которых мелкие грешки остаются незаметны, а про большую часть их ошибок знают только они сами. Ну а я привык к тому, что про мои ошибки знают все вокруг, так что лучший способ скрыть ошибку — просто не допустить её.
Сколько бы ни обещала Нанна молчать о присвоенных вещах, но кто поручится, что, оказавшись в привычной обстановке, она не кинется к своим спасителям (например, капитану транспортного дирижабля) и не выложит ему всё скопом? Для большинства — конечно, это маловероятный вариант развития событий. А вот для меня, самого невезучего человека, которого я знаю — наиболее вероятный. И я ни капли не удивлюсь, если капитаном транспортного дирижабля окажется местный моралист, который сдаст меня страже сразу по прибытии в Тангос.
И вот сейчас у меня есть всего два варианта, как поступить в такой ситуации. Первый — избавиться от девочки. Однако это совершенно не мой вариант. Я никогда не убивал людей. А этот шаг сделать, как я понимаю, вообще очень сложно. Можно хоть всю жизнь на трупы смотреть, а вот нож в сердце — живое, бьющееся — воткнуть не сможешь. И даже если бы я мог и умел убивать — как мне убить ребёнка, который мне доверяет? Кто я после этого? И чем я тогда отличаюсь от скамори? Такая же тварь — не более… Нет, тварью я быть не хочу. И по ночам хочу спокойно спать — без кошмаров…
И оставался лишь второй вариант: за оставшееся время убедить эту девочку, что мир вокруг не настолько хороший, как она себе представляет. Нанна росла в приюте, где им наверняка вдалбливали всё то, что она мне теперь рассказывает. Что, в принципе, верно, потому что приют был муниципальным заведением, и содержала его мэрия — а зачем мэрии растить себе будущих преступников? Зато сама мэрия наверняка чистоплотностью в финансовых вопросах не отличалась. К сожалению, лезть в арх было бы сейчас чистым самоубийством. А вот в приюте можно было найти много всего интересного…
Зачем лезть именно в приют? Да, я мог бы рассказать Нанне, как этот мир сурово обошёлся со мной. И ещё обязательно расскажу, но всё это — чужое, далёкое. А убеждать лучше всего чем-нибудь личным — непосредственно связанным с тем, кого ты убеждаешь. Иначе — никак… Может быть, и нехорошо так делать, потому что на таких знаниях быстро взрослеешь… С другой стороны, ведь не я поставил ребёнка в такие условия, когда это необходимо. А вот вытаскивать — мне! И очень хотелось бы, чтобы потом за доброе дело не пришлось в тюрьме сидеть…
Оставалось сделать всего ничего — придумать, как спуститься в Новый Экори, не потревожив новых обитателей арха. Слух у них отличный, в этом я уже на горьком примере дирижабля убедился… На мою беду, что лестница, что грузовой подъём заканчивались (и начинались) прямо напротив здания администрации. С моим везением стоит мне туда сунуться, как меня сразу сожрут. И даже солнышко помехой не станет, хотя все твари, как я понял, солнечный свет не любят.
Спуститься можно было и через порт дирижаблей — там, точно помню, имелась лестница вниз. Но чтобы попасть туда, надо было пройти рядом с храмом… А рядом с храмом я идти был не готов. Ведь там сейчас находилась единственная неспящая скамори. Почему неспящая? Так ведь я сам доставлял в храм части для Логоса Огня, который обогревал арх. И оправить логос назад собирались в тот же день. Значит, гра Велиа сразу же приступил к починке, и теперь Логос Огня, скорее всего, всё ещё работал в храме, излучая тепло. В общем, стоит мне сунуться в окрестности храма — и мне конец.
Оставался один путь — через мэрский склад, расположенный между громадой арха и склоном скалы. Спуска к Новому Экори там, может, и не было. Зато и обрыв был не больше двадцати метров — самый низкий участок. Если найти канат подходящей длины, то можно будет спуститься.
Определившись с планом, я больше не стал медлить — повернул на юг и двинулся вдоль каменной стены верхнего плато. Миновав четыре громады гильдейских складов, я осторожно вошёл в «мастеровой пятачок» — квартал, где располагались мастерские. Здесь не было улиц как таковых — только маленькие домики, в которых работали ремесленники. Пусть большую часть товаров и привозили в Экори с других скал, но для срочного ремонта нужны были свои специалисты.
Здесь всё было аккуратно и чисто — ремесленники редко работали до ночи. В момент нападения скамори тут никого не было, кроме, разве что, пары сторожей. Вот их тела я и обнаружил почти сразу. Рядом с одним лежали два трупа сколопендр, а второй — молодой парень — был убит в спину, когда пытался вскрыть мастерскую и спрятаться в ней. Мастерскую он всё-таки вскрыл, и я решил заодно проверить, что внутри.
Это было просторное помещение с несколькими рабочими местами — печь, наковальни. Здесь, видимо, работали литейщики и кузнецы. На длинном столе прямо у входа лежали их поделки — ножи, топорики, кирки, россыпь гвоздей разного размера. А ещё инструменты — отвёртки, молотки, набор ключей и какие-то запчасти механизмов. Я сразу прихватил пару топориков и ножей. Всё это мне точно пригодится в хозяйстве. Гвоздей тоже набрал, но немного — неизвестно, что ещё полезного встретится. В дальнем конце помещения обнаружились и верёвки. Я взял пару мотков из тех, что казались подлиннее. Вдруг на мэрском складе ничего полезного найти не получится…
Больше я в мастерских задерживаться не стал. Вышел с другой стороны квартала и стал идти медленно-медленно, периодически косясь одним глазом на арх. Пока всё было тихо. Я миновал перекрёсток улиц и, стараясь ступать почти бесшумно, подошёл к дверям мэрского склада. Склад был всегда, сколько я его помнил, заперт — и заперт надёжно. И вполне ожидаемо, мне не повезло — он не открылся ради меня и моей исключительной ситуации. Замки на дверях недвусмысленно говорили, что их надо сначала сбить — и только тогда богатства мэрских запасов попадут в мои руки. Вот только всё это было бы слишком шумно… Пришлось временно отбросить идею со складом и обходить его сзади.