Слава тебе господи.

Вот что удар в морду животворящий делает.

— Кстати, я бы хотел с твоим мальчиком познакомиться.

— Правда? — Тая улыбается широко и искренне. — Я организую!

Веня поворачивается ко мне:

— Рая, можно с тобой поговорить?

— Конечно, идем. Дети, а вы пока на паузу поставьте фильм.

Мы с Вениамином закрываемся на кухне:

— Маме лучше, — говорит вдруг.

— Я рада.

Веня перекатывается с пятки на носок.

— Спасибо, что помогла с полицией.

— Это все Прохор, — пожимаю плечами.

— М-м, ясно, — снова замолкает, будто не знает, что сказать. — Мы договорились с тем козлом. Он подпер меня, а я хотел к Родиону успеть, чтобы поздравить, и как-то все навалилось разом: ты, отношения с детьми. Мать тоже разозлила, заставила написать заявление, а ведь я не хотел. Вот я и психанул, — качает головой и продолжает тише: — Но это, конечно, не оправдание.

Может, сдвинется с места и предпримет что-то? Найдет себе женщину…

— Спасибо, что помогла маме, она теперь говорит мне, чтобы я сделал все, чтобы вернуть тебя.

Нервно усмехаюсь.

— Веня, я Прохора люблю.

— Я это сказал не для того, чтобы предупредить, — тараторит тут же. — Скорее чтобы сказать, что я не буду ее слушать. И вообще, я квартиру себе ищу.

Веня обводит взглядом кухню.

— Может, даже с вами в одном доме.

— Не надо! — выпаливаю.

— Почему? Дети рядом будут, — говорит удивленно.

— Вениамин, мы не уживемся вместе на небольшой территории. И знаешь, как говорят: чем дальше, тем роднее. И вообще, Тая рано или поздно выйдет замуж, а Родька взрослый совсем, на работу рвется, так что это ни к чему.

— Да, наверное, ты права. Ну, тогда я пойду?

— Хорошо, Вениамин. Счастливо. Маме передавай пожелания скорейшего выздоровления, — выпаливаю на ходу.

— Может быть, дети хотели бы навестить бабушку в больнице? — спрашивает неловко.

— Если они захотят — я держать не буду, — говорю твердо, — но и уговаривать тоже не стану.

— Резонно, — улыбается и заглядывает в комнату. — А вы фильм смотрите, да?

— Да.

— Можно мне с вами?

Дети переглядываются.

— В следующий раз, — подталкиваю его к выходу.

Думаю, к такому пока никто из нас не готов.

Глава 56.

* Раиса *

Родион с Таей и Данилой уехали в город, Прохор на смене, а у меня несколько дней выходных, так что привычно начинаю наводить суету — разбираю свой гардероб под засмотренный до дыр сериал.

В дверь звонят, и я спешу посмотреть, кто там.

Это может быть Вениамин, который в последние пару недель зачастил к детям, будто прозрев.

Нет, конечно, он продолжает занудничать по некоторым моментам, но хотя бы участвует в жизни детей.

Полагаю, отчасти это случилось и потому, что его мать до сих пор лежит в больнице. Прохор сказал, она подняла на уши весь медицинский персонал и угрозами заставила их организовать ей полное медицинское обследование.

В итоге Веня остался один, и никто круглосуточного не капает ему на мозги и не говорит, что нужно делать.

В глазок вижу довольного Прохора.

— Приве-ет, — тяну удивленно, потому как считала, что он еще должен быть на смене.

— Привет, Зайка, — с ходу подхватывает меня, приподнимая.

Я смеюсь, а он ставит меня обратно на пол и зацеловывает лицо.

Биение сердца за каких-то пару секунд и пару поцелуев разгоняется до бешеного ритма, а когда Ставрогин целует меня в губы нежно и ласково, ухает куда-то вниз.

В кои-то веки у нас настала тишина и идиллия.

Даже бывшая жена Прохора и мать Данилы затихла.

Нам не нужно поддерживать противостояние, и я понимаю, как хорошо на сердце, когда Ставрогин вот так меня целует.

— Ты же должен быть на смене, — оплетаю его руками за шею, прижимаясь.

Прохор проводит рукой по моей спине, пересчитывая позвонки:

— Поменялся. Собирайся, Рая. У нас с тобой выходные только для нас двоих.

Отстраняюсь от Прохора и заглядываю в его лицо:

— Ты серьезно?

— Конечно.

— Но дети… — я зачем-то осматриваю свою комнату.

— Дети будут у нас дома. Данила и Тая присмотрят за Родионом.

— Ты снова провернул все за моей спиной, — улыбаясь, складываю руки на груди.

— Это называется сюрприз, Зайка.

— Но как же… — растерянно развожу руками. — Наверное, нужно купить что-то в дорогу?

Ставрогин берет мое лицо в свои ладони, сжимает так, что мои губы делают рыбку и чмокает в нее:

— Рая, выключи ты уже наконец свою голову. Я все подготовил, тебе надо взять только себя и то, что тебе может понадобиться на пару дней.

Подпрыгиваю и снова обнимаю Ставрогина за шею, целуя его колючую щеку, счастливая и довольная.

В моей жизни редко случались сюрпризы, да и те были не совсем приятные, но сейчас просто невозможно не улыбаться.

Собираюсь я за пятнадцать минут, беру реально самое необходимое.

Полностью вверяю себя мужчине, взяв его за руку, иду за ним.

Прохор привозит меня в горы.

Уединенное место для таких же пар, как и мы. Уютные домики, красивые виды, в отдельном здании — теплый бассейн, где нет посторонних глаз.

Я иду по территории отеля, и улыбка не сходит с моего лица.

Только сейчас я понимаю, как мне это было нужно — оказаться вдали от города. От бывших, от детей (как бы я их ни любила, но простите, маме тоже хочется отдыхать). Вдали от проблем и забот — только мы с Прохором и целых три дня тишины, удовольствия и покоя.

— Как тебе тут? — спрашивает он, первой пропуская меня в дверь.

Дом из дерева, внутри пахнет особенно — очень располагающе.

Высокий потолок, одна из стен полностью стеклянная и открывает вид на лес и горы вдали.

— Здесь потрясающе, Прохор, — говорю, улыбаясь. — Как ты узнал про это место?

Укол ревности настигает меня некстати, но я стараюсь игнорировать зудение под ложечкой.

— Это загородный клуб моего пациента. Однажды я реанимировал его сына, после чего он сказал, что я могу приехать сюда в любое время. Так что я и сам тут впервые.

Ревность затихает, удовлетворенная ответом.

— Закажем обед в ресторане? Мне его особенно хвалили.

— На твое усмотрение.

Ставрогин делает заказ по телефону, а я поднимаюсь на второй этаж, разбираю небольшую сумку, с которой приехала.

Поглядываю на кровать и чувствую трепет внизу живота.

У нас был секс только один раз, и то неполноценный — нам помешали. Но сейчас мешать некому, и предвкушение заставляет сердце биться чуточку быстрее.

— Я сделал заказ, — отчитывается Ставрогин, поднимаясь ко мне. — Сказали, принесут через двадцать минут.

— Отлично.

Поворачиваюсь к Прохору и поднимаю на него взгляд.

Он переводит взгляд мне за спину — на кровать, потом снова на меня.

Градус напряжения доводит нервы до кипения, так что с тихим «к черту все! » я срываюсь к Ставрогину и впиваюсь ему в губы.

Целую торопливо, жадно, понимая, что не смогла бы спокойно обедать в такой нервотрепке и состоянии ожидания.

— Я соскучилась, — выдыхаю ему в губы.

Прохор подхватывает меня под бедра, опускает спиной на кровать. Нависает сверху и, глядя на меня расфокусированным взглядом, хрипло смеется:

— А я, дурак, романтик хотел устроить.

— У нас двадцать минут, Ставрогин! — напоминаю ему нетерпеливо.

— Я уже, солнышко, — Прохор вжимается в меня, и даже через одежду я чувствую напряжение в его брюках.

Он целует меня, параллельно раздевая, я тоже пытаюсь снять со Ставрогина одежду, хоть и получается это у меня на порядок хуже, чем у него.

Я понимаю, что Прохор хотел сделать все красиво: романтический ужин, разговор и только потом постель, но мы взрослые люди, которые точно знают, чего хотят. И как бы я ни была голодна, того, что происходит сейчас, я хочу значительно сильнее.

Провожу рукой по сильным мужским рукам, по спине, чувствуя, как играют мышцы под моими ладонями, отчего возбуждение проносится волной по телу.