— Я закурю? — спросил он, скорее из формальной вежливости. — Открою окно.

При виде сигары меня едва не вывернуло наизнанку.

— Не стоит, — поспешно произнесла я. — У меня… голова кружится от этого запаха.

Рука Венса замерла. Его хищный профиль стал жестче. Проницательный, тяжелый взгляд дракона буквально пригвоздил меня к месту. Он явно пытался понять, что за новую игру я веду.

— Вот как, — протянул он, убирая портсигар обратно. — Надеюсь, в кругу семьи ты вспомнишь, как изображать любящую жену.

Я промолчала, снова отвернувшись к окну. За стеклом уже сгущались первые сумерки, окрашивая проносящиеся мимо леса в тревожные багровые тона.

— Таскать в постель чужих девок не нужно было, — жестко ответила я. — И вспоминать бы не пришлось.

Он поднял на меня прищуренный взгляд.

— Кэсси сама притащилась. Жаль, что ты узнала.

— Мерзавец, — процедила я, невольно вспомнив прежнего мужа. — Твоя Кэсси сделала все, чтобы я узнала.

— Ты обиделась, что я предложил принять ребенка от другой женщины, да? — вдруг спросил Венс.

У меня даже ответа не нашлось. Ну, Капитан Очевидность же.

Аврора точно бы обиделась, наверное. А я просто хотела бежать как можно дальше от этого удушающего брака.

— Можешь делать, что хочешь, Венс, — произнесла я, обдумав ответ.

А он… удивился. Я это поняла по тому, как расширились его зрачки, на секунду ставшие узкими, драконьими. А затем он усмехнулся.

— Рад, что до тебя, наконец, дошло. Я имею право жить так, как пожелаю. В отличие от тебя, — он склонился в мою сторону.

Я вздернула голову, чтобы посмотреть в его жестокие глаза. Сердце билось оглушительно, но тошнота отошла на второй план. Просто страшно хотелось достать свой лимонный леденец.

— Ты от своей свободы отказалась сама, — и в этот момент в глазах Венса полыхнула скрытая, но совершенно искренняя ненависть.

— Я не буду с тобой спорить, — ответила я.

Мне действительно было трудно выяснять с ним отношения. Мало ли, как провинилась перед ним Аврора? Бессмысленно об этом думать, в Валле все это станет неважным.

В конце концов, устав от изнуряющего внутреннего напряжения и перепалок с мужем, я забилась в угол дивана. Мерный, убаюкивающий перестук колес сделал свое дело — глаза закрылись сами собой, и я провалилась в глубокий, вязкий сон.

Но покоя он не принес.

Мне приснился кошмар. Я бежала из последних сил, задыхаясь, продираясь сквозь колючие ветви глухого ночного леса. Ноги вязли в сыром мху, подол платья трещал, цепляясь за кусты, а легкие горели от ледяного воздуха.

Я знала, твердо знала: меня преследует муж.

Он хочет меня убить.

Позади раздался оглушительный хруст ломающихся веток и тяжелый топот копыт. Я обернулась на бегу и похолодела от ужаса. Сквозь туман, верхом на огромном вороном коне, несся Венс. В темноте его глаза полыхали яростным, старинным золотом.

Венс неумолимо приближался. Вот он вскинул руку, в которой тускло блеснул мушкет, и прицелился мне прямо в грудь.

— Вздумала бежать, жена? — громом разнесся его голос.

Я закричала, распахивая глаза. Боже, как я вообще умудрилась заснуть в одном купе с этим зверем?

— Что случилось? — мужской голос раздался у самого уха.

Вздрогнув, я повернула голову. Венс сидел вплотную ко мне. Настолько близко, что я чувствовала жар, исходящий от его массивного тела. Его длинные пальцы властно, но осторожно перехватили мои дрожащие запястья.

— Кошмар приснился, ничего такого, — выдавила я, хотя все тело покрылось холодной испариной.

Венс перевел взгляд на мою бурно вздымающуюся грудь и ответил:

— Я велю принести воду.

Он положил ладонь на мою шею, и я зашипела кошкой. В груди плеснулась ядовитой кислотой боль Авроры, которая временами напоминала о себе.

Глава 17

Поезд затормозил так плавно, что я даже не ощутила остановку. За окном купе уже плотно легли сумерки, и перрон освещал лишь свет алхимических фонарей.

Я допила холодную воду и поставила стакан на низкий столик.

Вдох-выдох, вдох-выдох.

Генерал поднялся, мгновенно нацепив маску безупречного, холодного аристократа, и подал мне руку. Делать нечего — пришлось вложить свои пальцы в его широкую ладонь.

У перрона нас уже ждал семейный автомобиль Орионов — угольно-черный, вытянутый как лимузин, с бесшумным магическим двигателем, работающим на кристаллах. Стоило нам сесть в салон, пахнущий дорогой кожей, как машина мягко сорвалась с места.

Минут через десять за окнами выросли монументальные кованые ворота.

Они были распахнуты — семья Авроры ждала нас.

Трехэтажный особняк из белого камня сиял сотнями огней. Фасад подсвечивали скрытые в газонах артефакты, создавая иллюзию, будто здание парит над землей в легком золотистом тумане.

Машина остановилась у парадной лестницы. Едва дверца распахнулась, как двое слуг в идеально сидящих ливреях и белых перчатках склонились в синхронном поклоне. Один из них тут же принял багаж у водителя.

Я ориентировалась на широкую спину Венса, который чувствовал себя совершенно свободно. Его хищное лицо выражало надменность и что-то еще, чего я не понимала. Кажется, он был доволен.

Впрочем, у меня было полно своих проблем, я вытаскивала из памяти Авроры все, что можно было о семье Орион.

— Лорд Винтор, леди Аврора, — прошелестел дворецкий.

Венс приобнял меня за талию. Его ладонь легла чуть выше талии, жестко, по-хозяйски притягивая меня к мужскому бедру.

Боги, я не смогу сыграть любящую жену…

— Улыбнись, Аврора, — тихо, едва шевеля губами, приказал муж.

В просторном вестибюле пахло воском, цветами и колоссальными деньгами. Огромная люстра из прозрачного горного хрусталя свисала с купольного потолка, рассыпая по паркету из мореного дуба радужные блики.

А в следующий миг я попала в объятия высокой женщины.

— Аврора, малышка, — нежно защебетала она.

Я взглянула на женщину и застонала про себя. И тут эта магическая косметология, мать Авроры выглядела самое большее на тридцать. На лице ни одной морщинки, ни одной складки. Ни пятнышка, ни родинки.

Клео Орион — подсказала память.

Нахмурив тонко выщипанные брови, мать придирчиво осмотрела меня.

— Аврора, — прошептала она, поглядывая на генерала. — Ты не освежала магию? Смотри, под левым глазом припухлость.

— Мам, давай не при моем муже? — я нервно оглянулась на Венса.

Но он был занят — приветствовал моего отца и братьев. Вернее, это были братья Авроры, конечно же. Я их всех видела в первый раз.

— Стол накрыт, — Клео Орион бросила на меня жесткий и недовольный взгляд, и тут же засияла улыбкой, обращаясь к Венсу: — Вы не балуете нас частыми визитами, генерал. А я так скучаю.

Отец — Тор Орион — похлопал Венса по плечу.

— Главное, что семья в сборе. Для нас ваш приезд — большая честь.

Венс улыбнулся в ответ, но от этой улыбки у меня кровь застыла в жилах. Дракон под светской маской таил застарелый гнев. Опасный как клинок, зажатый в руках убийцы.

Вечер походил на кошмар. Я горела под острыми взглядами братьев, которые выглядели крайне недовольными. Отец держал лицо и напоминал мне хамелеона. Холодного и жестокого хамелеона, от которого можно ждать любой подлости.

Орионы знали, что я обращалась к адвокату и планировала побег.

— Я слышала, ваш полк отправляется на границу, — щебетала леди Орион. — Мы страшно переживаем.

— Моя звезда хранит меня. Она — мой талисман.

Выдав эту пафосную чушь, Венс взял мою руку и поцеловал ладонь, но глаза были подняты и смотрели прямо на меня.

Редко когда увидишь настолько холодные и жестокие глаза.

Поэтому я сидела истуканом и не знала, что делать. Бывший мой муж такой романтикой не маялся, мог поворчать, что я снова слишком много потратила на себя.

Я невольно ушла мыслями в прошлое и за столом повисла тишина. Глаза Дерека — старшего брата, светловолосого и мощного — полыхнули раздражением. Понимая, что нужно спасать ситуацию, я выдавила из себя абсолютно фальшивую реплику: