— Он ведь мог напасть…

— Мог, — неохотно согласился Риал. — Успокойтесь, леди Винтор. Вам нельзя нервничать, если хотите сохранить ребенка.

Поезд набрал ход. Мы миновали равнину, и через пару часов рельсы вывели состав на узкую, опасную ленту серпантина.

Пейзаж за окном резко изменился, словно в кино сменился кадр. Вместо лесов и золотистых полей за стеклом выросли мрачные, вековые горы. Острые пики уходили прямо в свинцовые тучи. Воздух стал колким, морозным.

Я завороженно наблюдала за этой суровой, дикой красотой. Золотая клетка осталась далеко позади. Здесь все дышало свободой и опасностью.

— Профессор, — тихо спросила я, не отводя взгляда от заснеженных вершин. — Что у меня за дар? Вы ведь что-то увидели в моей крови.

Риал едва заметно усмехнулся:

— Приедем — узнаете, леди Винтор, хотя впредь я буду называть вас мисс Лейн.

Венс

Голова разрывалась от тупой, пульсирующей боли. Перегар от оркского пойла въелся в глотку, но времени на слабость не было.

Перед самым выездом на фронт в замок приперлась Сонна.

Она выглядела взбудораженной и раскрасневшейся. Только пройдя в кабинет, всплеснула руками и запричитала:

— Венс! Мне ужасно плохо! Эта беременность обещает быть невыносимо трудной! Столичные целители требуют денег, а ты бросаешь меня ради своей дурацкой войны! Мне нужны средства, Венс, и немедленно!

Генерал молча выслушивал ее истеричные жалобы. Эта особа никогда не вызывала у него эмоций. Никаких. И хоть на лицо была мила, но… перед глазами стояли паучьи лилии, болотные потроха и пепел от судебного прошения.

Аврора нанесла ему смертельный удар, а эта дура печется о каких-то деньгах.

— Шейн! — рявкнул Венс, не глядя на Сонну.

В двери моментально образовался бледный секретарь.

— Займитесь леди, — сухо приказал Венс, поднимаясь из-за стола. — Отсчитайте ей золотых за этот месяц. Следите за беременностью. Я спрошу отчет, когда вернусь.

— Что⁈ Венс! Как ты можешь⁈ — заверещала Сонна, но генерал даже не обернулся. Он вышел из кабинета, оставив подругу жены в полном изумлении.

Генерал понимал: он идет на верную смерть. Сейчас, в изменившихся обстоятельствах времени у него было мало. И шансов практически никаких.

Война на границе разбушевалась серьезная, кто-то предупредил песчаных драконов о предстоящей операции. Император отправлял его в самую мясорубку.

Даже если Дерек найдет Аврору и запрет в поместье — это уже не имело значения. Слишком поздно… Время играло против него.

Впрочем, Венс сделал самое главное — оставил юридические распоряжения доверенному секретарю: если Сонна родит мальчика, ребенка после проверки родовой магии введут в права наследника замка Винтор. Свой долг перед родом он исполнил.

Спустя три дня батальон Венса вошел в аномальную зону. Воздух дрожал, артефакты сбоили, а под кожей зудела чешуя. Драконам в этой зоне было неимоверно тяжело — сила буквально связала крылья, обращение давалось с адской болью.

А затем из аномального тумана вынырнули песчаные драконы. Твари сумерек. Они не отличались мощью, но были невероятно маневренными. Они буквально растворялись в пространстве и тут же возникали за спинами солдат. Первая атака провалилась. Ослепленные искаженной магией, драконы Империи несли потери.

— Назад! Перегруппироваться! — гремел Венс.

Второй заход превратился в настоящий ад.

Императору нужен был изумруд из короны царицы, укрытый в древнем замке. Именно этот артефакт удерживал аномалию, позволяя песчаным сохранять позиции.

Пробиваясь сквозь полчища песчаных тварей, теряя солдат, генерал долетел до замка. Чешуя на груди треснула, из глубокой раны на боку сочилась черная кровь. Тем не менее привести сюда солдат мог только он — сильнейший дракон империи. Пока сильнейший.

Они ворвались в замок. Действовали на автоматизме, яростно, обреченно. Враги падали вокруг, устилая хрустальные полы телами.

Венс вырвал изумруд из шипастой диадемы. В тот же миг чье-то зазубренное копье пробило его броню у самого сердца.

Дракон взревел, выжигая остатками драконьего огня нападавших. А после рухнул. Хрусталь под мордой треснул, впитывая лившуюся из пасти кровь.

Венс очнулся от резкого запаха карболки.

Грудь была туго забинтована, любое дыхание отзывалось вспышкой боли. Он попытался сесть, но целитель в сером халате тощей рукой придавил его к койке.

— Лежите, лорд Винтор! Вы три дня были между жизнью и смертью!

— Где… я? — прохрипел Венс.

— В полевом госпитале Валла. Граница очищена, аномалия спала. Вас переправили сюда на санпоезде.

Валл… Он попал в Валл… Аврора здесь?

Игнорируя дикую боль и протесты врачей, Венс спустил ноги с койки. Рана на боку тут же зажглась огнем, но он заставил себя встать.

Руки чесались схватить жену и не слушая протестов увезти в поместье. Возможно, взаперти она перестанет дурить.

Спустя два часа комендант Валла и начальник местной жандармерии стояли перед генералом в его палате.

— Я повторяю вопрос, — процедил Венс, сидевший на койке, и его глаза на мгновение вспыхнули опасным золотом. — Где леди Аврора Винтор? Она прибыла с отрядом медсестер.

— Ее нет в городе, лорд Винтор… — заикаясь, ответил комендант. — Мы проверили все списки прибывших поездами за последнюю неделю. Проверили каждый госпиталь, каждую казарму. Леди Винтор в Валле нет и не было.

— Еще раз все прочешите. Со снимком. Чтобы наверняка, — Венс закашлялся и повел шеей.

Он достал императору изумруд, но ликования и триумфа не было.

Глава 28

Я поразилась тому, как резко сменились пейзажи и климат. Весна Амберхольда вдруг обернулась зимой Северных земель.

Через час поезд несся уже через заснеженные леса и я ощущала себя словно в сказке.

Мы выехали на равнину и к утру прибыли на перрон вокзала. Архитектура отличалась от столичной. Стены из стекла возносились ввысь, где смыкались в легкие воздушные арки.

При выходе из вагона Риал набросил на меня тяжелую шубу и взял под руку. Вроде заботливый жест, но я ощутила в нем властность и силу. Как будто профессор боялся, что я убегу.

Признаюсь, было тревожно. Я не понимала, чем заслужила такое внимание от влиятельного человека. И оно наверняка было согласовано с принцем Арианом.

Риал повел меня к темно-алому авто, ждавшему на площади перед вокзалом. В этот момент я и поняла, что паниковать бессмысленно, нужно лететь вперед, как выпущенная стрела, и не погибнуть. Сохранить ребенка.

Да, расслабляться я не собиралась.

— Ох, столица Севера грандиозна! — воскликнула я, осматривая через окно алого авто улицы.

Широкие проспекты, дома из светлого камня, фонтаны и статуи драконов — здесь поработал поистине гениальный архитектор.

Риал в задумчивости молчал, поглаживая острую бородку.

Но вдруг водитель остановил машину. Отчего-то произошла пробка. Шум стоял страшный, все нажимали на клаксоны, слышались возмущенные голоса.

— Пропустите! Это из Амберхольда! — крикнул кто-то.

Сердце замерло, на пару секунд я даже перестала дышать. Они по мою душу примчались?

Риял встревоженно нахмурился. Не сказав ни слова, выбрался из салона и подошел к массивному авто, которому поспешно освобождали дорогу. Через некоторое время создали коридор и полностью черная машина проехала.

Тем не менее Риал успел склониться к тонированному стеклу и о чем-то переговорить с кем-то невидимым.

Вернувшись в салон, он выдохнул сквозь стиснутые зубы. Затем сообщил:

— Умер его императорское величество. Бесы, это означает раздор и волнения. Слишком неожиданно…

Профессор с силой растер лоб, не скрывая, как сильно расстроен.

Я промолчала, не зная, что сказать.

А профессор сокрушался:

— У императора пятеро сыновей. По логике, трон должен перейти к старшему Дориану, но у него нет истинной.

Машины постепенно начали движение, и мы продолжили путь через прекрасный город. Как объяснил мне профессор, мы ехали в особняк одной местной семьи. Меня согласились приютить, чтобы подготовить ко встрече с принцем. О моем даре все еще не было ни сказано ни слова.