— Я буду молиться за мужа. Как верная жена стану ждать его и…

Венс фыркнул и перехватил инициативу. Приблизив лицо, бесцеремонно впился губами в мой рот. Мне пришлось изобразить ответный поцелуй, хотя я готова была выть от возмущения.

Мы смотрели друг на друга — глаза в глаза. И он видел, как я плавлюсь от гнева. Прикусив мою нижнюю губу, Венс застыл, позволяя искрам между нами немного погаснуть.

— Я вернусь к тебе, жена, — сказал он.

— Аврора, я хочу показать тебе сад, — оживилась леди Клео. — Мне привезли редкие саженцы из-за моря. Мы посадили их ранней весной. Так хочется похвастаться.

Венс обвел большим пальцем свою нижнюю губу и сделал вид, что ему интересен разговор о саженцах.

Но напряжение за столом буквально ощущалось кожей. Энергия генерала давила, а от братьев искрило магией.

Да, в Валл я попаду только если выкарабкаюсь живой из этого милого домика. Но после Орионов, наверное, меня уже ничто не испугает.

Клео Орион поднялась из-за стола и протянула руку в мою сторону. Я встала и бросила короткий взгляд на Венса. Он смотрел на меня снизу вверх и в его глазах плескалось темное торжество.

Я понимала, что нас поселят в одной комнате и лихорадочно соображала, как этого избежать.

А мать уже тащила меня вон из столовой. Как только мы пересекли широкую арку, ее лицо изменилось, мгновенно сделавшись жестким и злым.

Она провела меня в кабинет, где никаких саженцев, естественно, не было.

— Что ты себе позволяешь? — она сложила руки на груди. — Так ведут себя взрослые мудрые женщины?

— Я должна терпеть измены? — вырвалось у меня.

Боги, я не собиралась раскрывать перед леди Орион все карты, но воспоминания из собственного прошлого заставляли реагировать эмоционально.

Тогда мне тоже говорили, что кому я, кроме Петьки, нужна. Бесплодная кляча, пашущая на двух работах.

Меня буквально скрутило от боли. Я рвалась в Валл, лишь бы никогда не видеть эти надменные лица.

— Драконы верны по своей природе. И раз муж изменил, значит — сама виновата, — отчеканила мать.

Глава 18

Мне уже не раз говорили, что виновата я. Венс намекал на некие обстоятельства: мол, сама навязалась. И вот теперь мать.

Но почему тогда меня, кругом виноватую, не отпустить на все четыре стороны, а?

— Ты за этим привела меня в кабинет? — спросила я миролюбиво.

Очень хотелось прожить этот неприятный визит без скандалов.

— Ты выпила зелье, которое мы тебе послали? — мать тут же перешла на шепот и приблизила ко мне лицо. Ее четко очерченная, выщипанная бровь метнулась наверх.

— Да, — выпалила я, хотя наверняка сказать не могла.

Но разговор мне не нравился. Если мыслить логически, то Аврора, скорее всего, выпила зелье, которое должно было помочь ей зачать.

И если моя тяга к лимонным конфеткам — это не просто каприз…

Не хочу думать. Не сейчас!

Наверное, прятать голову в песок в подобной ситуации было тупо, но сейчас я экономила силы и нервы. Было невыносимо больно думать, что бежать придется с ребенком в животе.

С ребенком от этого чудовища…

— Как родишь, генерал откажется от любовниц и простит тебя.

— Простит? — я вскинула на мать глаза. Мелькнула надежда, что она расскажет мне, в чем же провинилась Аврора.

Нужно только деликатно направить разговор в нужное мне русло.

— Да, ты права. Такое простить практически невозможно, но… — мать поджала губы. — Венсан сойдет с ума, когда увидит сына. Наследника. Он смирится с неизбежностью.

— О чем ты говоришь… Я не верю, что он забудет то, что я сделала…

Давайте, Клео, поведайте мне, что произошло между Венсом Винтором и Авророй Орион в прошлом?

Но лицо Клео вдруг сделалось отчужденным и строгим. Она приложила пальцы к губам и прошептала:

— Мы не будем вспоминать это. Слышишь? Забудем, как будто ничего и не было. У нашей семьи много врагов и генерал Винтор — наш щит. Пока ты рядом с ним, этот щит работает на нас.

Я хотела возразить, но мать шикнула на меня:

— Угомонись, Аврора. И постарайся сегодня ночью хорошо ублажить мужа. Мало лежать под ним бревном, постарайся придумать что-нибудь… фривольное, немного пошлое. Не бойся, мужчины такое любят. И больше не придется бегать за ним, и выслеживать любовниц.

Клео резко закончила разговор и пошла к выходу.

— А сад? — спросила я насмешливо.

— Не ерничай, — бросила мать через плечо и оставила меня одну в гостиной.

Если бы я могла, то прямо отсюда уехала в Валл, но, увы, побег еще не был подготовлен до конца. И если я действительно жду ребенка…

Я начала задыхаться, воздуха будто перестало хватать.

«Это паническая атака. Всего лишь паническая атака»…

Послышались тяжелые шаги, приглушенные толстым ковром, и я испуганно подняла взгляд. В комнату вошел брат Авроры.

Не тот блондин тяжеловес, а второй — худощавый, жилистый, с черными как ночь волосами и серыми безжизненными глазами.

Я вздрогнула, испугавшись его. Впрочем, Аврора тоже его боялась. Этот человек был опасен, невероятно опасен.

Он был самым сильным магом в семье.

Хотя… не самым. Я, правда, не знала, кто еще среди Орионов мог соперничать с ним, но брата давно разъедала ядовитая зависть. Стоило начать об этом думать, как в голове звенело.

— Что за странная суета? — резко спросил он. — Бежать вздумала?

— Конечно, нет, — я выдавила из себя улыбку. — Но вот Венс слишком расслабился, пусть побегает за женой.

— Ты идиотка, Аврора, — брат расслабил белую галстук-бабочку.

И я «вспомнила», что его звали Тео.

— Генерал и так от тебя никуда не денется, и игры с огнем большая глупость, — брат приблизился ко мне.

Он смотрел свысока, но при этом со странной злобой.

— Хотя, я понимаю, чего ты хочешь. Мечтаешь вернуть силу, которую я заблокировал?

Тео остановился напротив меня и сунул руки в карманы идеально-черных брюк со стрелками.

— Нет, не выйдет, сестричка.

Авроре заблокировали дар? Я сглотнула, припомнив непонятные всплески силы, которые я не контролировала и боялась. Магия могла вырваться в любой момент самым неожиданным образом. Я скрывала эти всплески и, как видно, была права.

Тео смотрел на меня с нескрываемым презрением и цедил слова так, словно ему было противно находиться со мной в одной комнате.

— Странно, когда огромная сила проявляется в столь несовершенном создании. Настолько глупом, тщеславном и ничтожном.

— И я люблю тебя, брат, — мне было не до шуток, оставаться наедине с этим психом было просто опасно. Но слова сами сорвались с губ, хоть я тут же прикусила язык.

Шутить с бешеными псами не самая лучшая идея, Лена.

Тео в ответ хмыкнул.

— Чтобы дар вернулся, должно произойти что-то совершенно экстраординарное, сестричка. Что-то такое, что… не произойдет.

Он рассматривал меня как червяка, и казался даже немного озадаченным.

— И сегодня, перед тем как лечь в постель с мужем, ты выпьешь еще одну бутылочку зелья. Прошлое ты ведь вылила, да? — Тео достал из внутреннего кармана фрака небольшой флакончик. — Если не выпьешь, у тебя будут большие проблемы, сестра.

В мою ладонь легло холодное стекло. По коже отчего-то побежали мурашки. Взгляд брата был таким страшным, ненавидящим, и одновременно пустым.

Служанка проводила меня на третий этаж и с приторной, многозначительной улыбочкой распахнула двери спальни.

Комната, приготовленная для нас с Венсом, была обставлена с каким-то пошлым великолепием. И от этого великолепия меня мгновенно замутило.

Я словно попала в изысканный бордель для высшей знати. Огромная постель под тяжелым балдахином из темно-пунцового бархата занимала почти все пространство. На потолке, прямо над подушками, тускло поблескивала зеркальная мозаика. Из резных золоченых курильниц по углам струился сизый, тяжелый дым. Маслянистый запах лилий и мускуса был настолько удушающим и приторным, что у меня сразу закружилась голова.