— Костя… Видишь ли… Я, во-первых, не пью, а во-вторых…

— Алексей Николаевич! — послышался звонкий голос, на этот раз женский.

Мы одновременно обернулись.

Через двор быстрым шагом к нам шла Лена. Светлая куртка, длинный шарф, золотистые локоны, свободно спускающиеся по плечам. Увидев, что я её заметил, на быстро замахала рукой и через несколько секунд остановилась рядом.

— Ну наконец-то! Я тебя по всему университету искала, — сказала девушка, даже не обращая внимание на опешившего Орехова.

— Звонить не пробовала? — спросил я, всё крепче сжимая пакет с пельменями. — И что вообще случилось?

— Ничего не случилось, — улыбнулась девушка. — Просто хотела тебя украсть.

Орехов удивлённо перевёл взгляд на девушку, а потом посмотрел на меня. Да, со стороны всё это выглядело довольно неловко. Особенно фамильярность Соболевой, которая, видимо, решила, что мы с ней теперь, как минимум, хорошие друзья.

— Украсть? — переспросил я, поглядывая по сторонам в поисках Капустина.

— Ну да. В кафе.

Она сказала это так буднично, будто приглашала меня туда каждый вечер.

— Я вот тут всё думала, как тебя отблагодарить. Прогулка в парке, конечно, прикольно, но этого явно недостаточно. Дарить цветы преподавателю или коробку конфет тоже как-то странно. Евгении Петровне подошло бы, но только она женщина за пятьдесят, а ты нет. Поэтому решила долго не думать и накормить тебя чем-нибудь вкусным. Посидим, поедим и поговорим, — не успел я вставить и слова, как она продолжила. — Только не забывай, отказов я не принимаю.

Я тяжело вздохнул. Да что же вы сегодня такие благодарные выискались? Я просто хотел пообедать и подумать о том, где денег взять, и уж точно не на то, где их потратить.

— У меня вообще-то уже всё куплено, — произнёс я, поднимая пакет.

Лена бесцеремонно заглянула внутрь и рассмеялась.

— Пельмени?

— С майонезом, — добавил я.

— Алексей Николаевич, — посмотрела она мне в глаза. — Ты серьёзно собрался обедать пельменями с майонезом?

— Ну не только обедать, там на ужин ещё должно хватить.

Соболева поморщилась так, будто я предлагал ей доширак кетчупом залить… Чёрт, теперь и быстро завариваемой лапши захотелось.

— Тогда тем более идём! — кивнула Лена, выхватывая пакет у меня из рук. — Учитель физкультуры должен питаться правильно. Сам же постоянно пропагандируешь здоровый образ жизни, а тут… Тем более, я угощаю!

— Да ещё чего! — я вполне справедливо нахмурился. — Чтобы девушка за меня платила?

Лена недовольно фыркнула и отпустила пакет.

— Алексей Николаевич, это, конечно, похвально, но на дворе две тысячи двенадцатый год. Если девушка хочет заплатить — это нормально. Тем более, это же моя благодарность, а если будешь платить ты, то какая-то странная благодарность выйдет.

— Особенно, — вдруг вмешался Орехов, почуявший, что вот это его шанс. — Если платить будет не только она, а мы вместе. Тогда это вас устроит, Алексей Николаевич?

В них словно бес вселился. Мне аж стало неловко от того, как эти двое буквально крутились вокруг меня, словно на сельской дискотеке. Я не то, что не привык к такому уровню внимания, мне его вообще никогда так не уделяли. Так что, пока находился в полном смятении от происходящего, Лена вопросительно посмотрела на Костю, пытаясь понять, кто он такой и что здесь вообще делает.

— Ну, — медленно протянула Соболева, посматривая на соперника. — Наверное, можно и так…

Орехов заметно выпятил грудь, напряг мышцы плеч и рук и протянул ей ладонь.

— Костя.

— Лена, — она недоверчиво пожала его руку в ответ и спросила. — Алексей Николаевич, он тоже ваш студент?

Я кивнул.

— Да. Костя Орехов. Он…

— Алексей Николаевич помог мне с одной проблемой, — быстро смекнул парень, явно запавший на Соболеву. — А теперь вот восстанавливаем с ним форму, прошлый раз шестьдесят от груди жал.

Слова Орехова её не впечатлили, а вот сама девушка посмотрела на меня и слегка наклонила голову.

— Значит, вот как… Получается, ты не только мне помог.

— Помог? — удивлённо сдулся Костя. — В каком смысле, помог? Але…

— Так, ладно, — перебил я обоих, пока они на всю округу не растрындели о том, что у меня два подопечных. — Кафе так кафе, но пельмени всё равно не отдам. Занесу в общагу, отдам соседям и спущусь. А вы… — я сделал короткую паузу, поглядывая по сторонам. — Познакомьтесь пока поближе, что ли.

До ближайшего кафе оказалось всего пять минут пешком. Я быстро забежал в общагу, вручил пакет Диме со словами: «Всё не сжирайте без меня, оставьте хоть чуть-чуть», и снова выбежал на улицу. Когда догнал своих студентов, они уже оживлённо о чём-то разговаривали, точнее, говорил в основном Орехов.

— … а потом, я сто выжал!

— Сто? — недоверчиво спросила Лена. — Прям сто?

— Ну… Почти, — замялся он в ответ.

— А сколько это твоё почти?

— Девяносто, — произнёс Костя с явным поражением в голосе и тут же добавил. — Но это всё равно очень круто для начинающего спортсмена.

— Так значит, ты спортсмен? Тяжелой атлетикой занимаешься? — спросила Соболева, оглядывая пускай и крепкое, но мелковатое тело для такого калибра.

— Ну… Я раньше занимался серьёзно, а потом проблемы со здоровьем начались, но теперь, когда Алексей Николаевич помог, снова возвращаюсь к тренировкам! Так что да, планирую стать спортсменом!

Лену, кажется, это особо не впечатляло, но она одарила меня таким взглядом, который бросают, когда ловят кого-то на лжи. Орехов, видимо, окончательно запал на Соболеву и красовался перед ней, как павлин на деревенской ярмарке. Вилял хвостом, играл мышцами и так сильно выпячивал грудь вперёд, что невольно расправлял плечи и оттопыривал задницу. Ох уж эта юность.

Кафе располагалось буквально через дорогу от университета. Небольшое двухэтажное помещение с яркой вывеской, где постоянно собирались студенты. Цены здесь были вполне демократичными, а потому свободных мест почти никогда не оставалось. Возле самого входа стоял худощавый паренёк лет двадцати в фирменной футболке и размахивал пачкой цветных листовок.

— Университетский турнир по тяжёлой атлетике! Участие бесплатно! Принимаем любых желающих и гарантируем денежный приз! Университетский турнир по тяжёлой атлетике…

Он ловко рассовывал листовки каждому из проходящих и даже умудрился каким-то образом вручить одну и мне. Я уже хотел привычно выбросить бумажку в ближайшую урну, но взгляд сам зацепился за крупную надпись.

«Открытый студенческий турнир по жиму лёжа. Любительская категория. Начало 15 октября.»

Ровно через десять дней…

Я задумчиво посмотрел на Орехова и на то, как он пылко рассказывал Лене, чем отличался жим лёжа от жима под углом. А вот это уже может быть интересно. Если Система действительно «наставническая» и в первую очередь ищет потенциал у подопечных, и он на самом деле является таковым, то что будет, если один из них победит? Скажем, Орехов.

Причём меня больше интересовали не количество очков, которые получу за победу, а, скорее, функционал системы и то, чего она от меня хотела. Мысль оказалась настолько неожиданной, что я машинально сложил листовку и убрал её в карман. Стоит проверить… Определённо стоит. Тем более, за прошедшее время Орехов восстановил форму и действительно показывал отличные результаты. Но главное, что я отслеживал процесс через интерфейс, и со здоровьем у него всё было в порядке. Врачебных противопоказаний я бы ему не выписал.

— Алексей Николаевич?

Я поднял голову.

— Ты идёшь или на улице решил остаться? — спросила Лена, открывая дверь кафе.

— Угу. Уже иду, — ответил и зашёл внутрь.

Здесь оказалось вполне уютно. Небольшой зал почти полностью был занят студентами, отмечавшими то или иное мероприятие. Сданный зачёт, результат футбольного матча или просто зашли погреться. За соседним столом сидели две девушки, делившие одни кусок торта, а из небольших стареньких колонок играла популярная музыка. С кухни потянуло ароматом свежесваренного кофе, и я вспомнил, как мы сами бегали с пар, чтобы выпить стакан, зарядиться кофеином и взбодриться после очередной бессонной ночи за зубрёжкой. Только те времена прошли, и теперь я по другую сторону барьера. Хотя, если так посудить, лично для меня пока ничего особо не изменилось. Возможно, потом, как заматерею, пройдёт лет десять-двадцать, и я стану уважаемым доцентом или профессором.