Этап номер дос. Восстановить правильную биомеханику.

Недостаточно просто избавиться от боли. Нужно научить тело снова двигаться так, как задумала матушка-природа. Вернуть суставам нормальную амплитуду, слабые мышцы заставить работать, а перегруженные, наоборот, расслабить.

Этап номер трес . Закрепить полученный результат.

Это будет включать в себя домашние упражнения и контроль техники. Именно здесь большинство людей обычно и сдаются, решив, что если ничего не болит, значит, лечение закончено.

Я поставил точку и задумался. Если посмотреть шире, то мои ребята сами собой разделялись на три полноценных группы.

Первая — хроническая боль. Сюда можно записать Олю Семенчук и Диму Петрова. Здесь торопиться нельзя, сначала нужно облегчить состояние, а затем постепенно возвращать нормальные движения.

Вторая — нарушение биомеханики. Рома Воробьёв и Таня Колесникова. Молодые организмы, хорошие перспективы. Основная проблема заключалась в том, чтобы убрать неправильные двигательные привычки раньше, чем они успеют закрепиться окончательно.

Третья — моя старички, спортивная группа. Костя Орехов и Лена Соболева. Их задача уже не лечение, а совершенствование формы. Удержать результат, ни в коем случае не допустить рецидива и подвести обоих к соревнованиям в оптимальной форме.

Я ещё раз перечитал записи и обновил уже существующий пункт.

Каждое занятие должно состоять из пяти частей: разминка и оценка самочувствия, работа по станциям, индивидуальная коррекция (если потребуется), разбор ошибок, домашнее задание. Последний пункт подчеркнул дважды, будто опасался, что сам забуду их записывать. Записывать… Это хорошая идея. Нужно заставить их купить тетрадки и самостоятельно вписывать задания с моих слов. Ребята ещё маленькие, ветер в голове, могут и забыть.

Лечение два раза в неделю само по себе не могло иметь огромного эффекта, если остальные пять дней человек снова занимается саморазрушением. Моей задачей было не подсадить их на СКД и не сделать зависимым от моих рук, а слегка подшаманить и научить самостоятельно поддерживать результат. В идеале, через несколько месяцев они должны понимать механику собственного организма не хуже меня.

Орехов сегодня уже сам заметил слабость левой ягодичной мышцы, а Лена сама смогла связать напряжение в шее с увеличением объёма тренировок. Значит, процесс шёл как надо.

Оставалось добиться того же самого от остальных. Через пару недель Таня должна перестать жаловаться на колено, после индивидуального сеанса, а за ней пойдёт Дима, а потом и Оля. Правда, с последней всё будет сложнее, но и у неё обязательно будет прогресс.

Я закрыл тетрадь и машинально провёл ладонью по обложке. Со временем СКД будет расти, а значит, будут приходить и новые лица. Нужно начинать думать не как преподаватель, а как человек, которому предстоит построить кружок, где люди будут учиться понимать собственное тело. А это… Добиться этого будет не так просто.

На следующее утро я пришёл на работу сильно заранее, изменив даже стандартной пробежке. Сидел в тренерской каморке и задумчиво крутил телефон между пальцев. За последние двенадцать часов практически ничего не изменилось. Я так и не стал звонить Ане, хоть две головы лучше, чем одна, и рассказывать про случившееся с Ромой, а решил сначала разобраться во всём сам.

Вообще, вмешиваться в дела чужих семей для меня было табу, но после увиденных побоев на теле Воробьёва вопрос уже касался состояния здоровья моего подопечного. Да и к тому же, если начну рассказывать Ане про синяки, отца-алкоголика и постоянные побои, то получится, что я нарушил доверие человека, который только-только решился немного улучшить свою жизнь и довериться мне. Даже боюсь представить, что с ним станет в будущем, если я надругаюсь над этим доверием и начну трезвонить всем подряд. Благими намерениями, как говорится, дорога выстлана в бездну.

Так что нет, телефон пока спокойно полежит в кармане. Единственное, что сделал, это ответил на утреннее сообщение Ани, в котором она напоминала, что собирается заскочить сегодня вечером, и убрал его в карман.

В конце концов, моя первостепенная задача — поставить парня на ноги. И если он перестанет жить с постоянно опущенной головой и начнёт увереннее смотреть в глаза людям, то, возможно, он сможет отыскать в себе смелость изменить и другие аспекты своей жизни. Потому что позвоночники, может, я и умел вправлять, а вот жизни… Здесь никакая Система не поможет. Парню самому нужно попробовать поменять свою жизнь, не надеясь на чью-то помощь, иначе он так и не обретёт внутренний стержень, и вся дальнейшая жизнь будет попросту медленно катиться под откос.

Вот уж действительно… Ещё три месяца назад моей самой большой проблемой был оклад в десять тысяч рублей после вычета налогов, а теперь я сидел в тренерской, размышляя, как спасти парня не только от болезни, но и от побоев в будущем.

Интересно, в должностной инструкции преподавателя физкультуры и руководителя кружка такой пункт вообще предусмотрен⁈ Думаю, Капустин бы сразу дал ответ на этот вопрос, посоветовав захлопнуть пасть и не вякать, пуская всё на самотёк.

Стук в дверь раздался, когда я заканчивал раскладывать на столе тейпы, небольшой массажный мяч и чистые полотенца.

— Алексей Николаевич… Можно?

Я кивнул Воробьёву.

— Заходи.

Рома просунул голову в тренерскую и впервые за все время выглядел не настолько зажатым. Конечно, плечи всё ещё были привычно сведены вперёд, но в глазах появилась такая-то осторожная живость.

— Я не опоздал? — спросил он, поставив рюкзак рядом с моим столом.

— Нет, — ответил я, разминая руки. — Как раз вовремя.

Парень облегчённо выдохнул и смущённо почесал затылок.

— Ну хорошо… А то я боялся проспать, поэтому встал раньше. Можно считать, что те полчаса, что продрых у вас на столе, компенсирую сегодня.

Это… Что это только что было? Я слегка наклонил голову и заметил, что Рома даже немного улыбнулся. Он произнёс шутку. Пусть сырую, совсем не смешную, но это всё же попытка пошутить… Вчера всё занятие, даже в присутствии других студентов, он вёл себя как зажатый маленький заяц, а теперь… Теперь парень чувствовал себя гораздо увереннее.

— Снимай футболку, — сказал я, — и ложись, как вчера.

Рома стянул с себя верхнюю одежду без стеснения. Я быстро пробежался взглядом по его телу и выдохнул, когда не обнаружил свежих синяков. А вот мышцы спины выглядели немного иначе и уже не были натянуты до состояния металлических тросов.

Я медленно провёл ладонями вдоль позвоночника и уже привычно вызвал интерфейс.

«Кифотическая деформация — 43 градуса.»

«Положительная динамика.»

«Стабилизация грудного отдела — 18%.»

«Рекомендовано закрепление результата.»

Неплохо… Я бы даже сказал — очень неплохо. Вчера интерфейс показывал сорок шесть градусов, и значит, за ночь организм успел немного адаптироваться к новому положению позвоночника. Мышцы перестали сопротивляться так отчаянно, а упражнения, которые, надеюсь, Рома выполнил дома утром, закрепили эффект.

— Ну, как ты себя чувствуешь? — спросил я, пальпируя область позвоночника.

— Лучше, — честно ответил Воробьёв. — Намного лучше.

На этот раз полноценная мобилизация заняла значительно меньше времени. Основную работу мы уже сделали вчера, поэтому сегодня я лишь освободил несколько напряжённых участков между лопатками, ещё раз мягко раскрыл грудной отдел и окончательно расслабил грудные мышцы, которые по привычке тянули плечи вперёд.

После этого достал рулон синего кинезиотейпа, который купил на деньги от родителей Орехова.

— Знаешь, что это? — спросил я, прокручивая меж пальцев рулон.

— Видел у спортсменов, — ответил Рома.

— Именно. Это крайне полезная штука для переучивания организма, — сказал, подбросив рулон в воздухе.