— Вот так будешь выполнять каждый день, по десять раз, — произнёс я, не останавливая подопечного. — Каждый день, слышишь? Лучшего всего перед сном.

Рома кивнул.

— Да, Алексей Николаевич, я всё понял. Обязательно буду делать. Я вообще планировал вести видеофиксацию, может, потом нарежу в ролик и выложу всё куда-нибудь на Ютуб.

— Мотивация — это хорошо, Воробьёв, но не забывай, в первую очередь — это техника, так что следишь не за камерой и не за тем, насколько ты там фотогеничен, а за качеством выполнения.

Последним из новичков оказался Дима. Он сидел на стуле и с особо унылым выражением лица катал теннисный мячик правой ногой. Да, упражнение не самое интересное, но для того, у кого плоскостопие, на начальном этапе самое то. Правда, парень иногда морщился от боли, что говорило мне о том, что подошвенная связка была воспалена настолько, что даже лёгкое движение вызывало неприятную боль.

— Да не грусти ты так, — я ухмыльнулся, подходя поближе. — Это только начало. Дома будешь делать упражнение с названием «собирание полотенца» пальцами и подъёмы на носки на ступеньке, с медленным опусканием пятки через опоры, — увидев его непонимающий взгляд, дополнил. — Я покажу. И стельки, как я сказал, обязательно купи, иначе эффекта вообще не будет. Пока это всё, что от тебя требуется, так что выше нос!

— Понял, Алексей Николаевич, — выдохнул Петров, растирая стопу.

Остались только Костя и Лена, которым мои наставления фактически больше не требовались. Вот только меня слегка напрягали жёлтые зоны в левой ягодице Орехова и плечи Соболевой.

— Ну что, как вам роль эдаких наставников? — спросил я с улыбкой.

— Да вроде норм, — Костя пожал плечами. — У той девчонки, Оли вроде, то же самое, что и у меня было? Грыжа?

Я покачал головой.

— Нет, но ей понадобится твоя помощь с жуком. Я ей потом покажу, но ты будешь следить за правильностью выполнения.

— Мёртвый жук? — поморщился Орехов. — Ненавижу это упражнение.

— Тем не менее, оно помогло тебе восстановиться, — произнёс я и добавил. — На ягодичные работаешь?

Костя кивнул.

— Да, левая часть по ощущениям ещё слабее, но я работаю над этим.

Молодец, уже сам начинает лучше поминать сигналы собственного тела.

— Я тоже нормально, — добавила Лена. — Шея только затекает после длинных заплывов, но это от повышенной нагрузки. Из бассейна в последнее время почти не вылезаю. Кстати! — она вскочила и подбежала. — Алексей Николаевич, а знаете, что случилось?

— Понятия не имею, Соболева, — ответил я. — Но что-то мне подсказывает, сейчас ты мне скажешь.

— Угу, скажу, — кивнула девушка. — Двадцать пятого декабря пройду местные соревнования. Такие себе по уровню, местечковые, но мой тренер сказал, что это шанс проверить, как я восстановилась после травмы, — она сделала короткую паузу и улыбнулась. — А ещё он сказал, что если займу первое место, он вернёт меня в сборную!

Я широко улыбнулся и выставил перед собой обе ладони.

— Это отличные новости, Лена. Я же говорил, что он заметит твой прогресс.

Соболева подпрыгнула и хлопнула меня по ладоням.

— Спасибо, Алексей Николаевич, но без тебя я бы не справилась. Ты же придёшь?

— Ни за что не пропущу, — я улыбнулся и тут же вспомнил. — Точно, Орехов!

— М? — пробубнил он, поднимаясь после упражнения.

— У тебя впереди тоже соревнование. Чуть раньше, чем у Соболевой. Двадцать второе число этого месяца, — продолжил я. — Будут проходить соревнования по пауэрлифтингу в спортивном комплексе «Дружба». Ты в списках участников.

Орехов непонимающе уставился на меня.

— В «Дружбе»?

Я улыбнулся и кивнул.

— Это спорткомплекс в Мытищах. Там как раз регулярно устраивают турниры для любителей, в том числе в рамках различных федераций. Тем более, ты что, решил одной медалькой и грамотой ограничиться? Надо завоёвывать новые вершины, так что оба подвергнитесь испытаниями под конец года, но не переживайте. Я буду рядом.

Перед глазами возник интерфейс, словно украдкой подсвечивая жёлтым цветом у Орехова зону в средней ягодичной, а у Соболевой верхние трапеции.

— Поэтому слушаем внимательно. Костя, добавь к приседанию упражнение, которое называется «пожарный гидрант» с резинкой. Стоишь на четвереньках, отводишь согнутую ногу в сторону. Акцент, естественно на левой. Сейчас покажу. А ты, Лена, раскатывай трапеции мячом после тренировок и добавь ещё один сеанс дыхательной гимнастики перед сном. Всё понятно?

Орехов и Соболева переглянулись, понимая, что теперь им обоим придётся заканчивать этот год на пьедестале, и одновременно сглотнули. Я же обернулся, окинул взглядом членов своего кружка, которые по совместительству были моими подопечными.

Ну что ж… Похоже, первый день можно считать удачным. С другой стороны, время ещё не самое позднее, поэтому стоит подробней посмотреть на самого проблемного участника кружка поближе.

Я громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание студентов.

— На сегодня всё. Все свободны, кроме Романа, — я сделал небольшую паузу и продолжил. — А вас Воробьёв, я попрошу остаться.

— Я что-то не так сделал? — удивлённо спросил Рома Воробьёв, показывая на себя пальцем. — Или что-то не так сказал?

Я дружелюбно улыбнулся, пока тот не начал искать несуществующие причины.

— Не переживай, — сказал я, закрывая дверь за уходящими студентами, которые бросали на товарища разные взгляды: Костя с Леной ободряющие, а остальные настороженные. — Просто у тебя довольно серьёзная проблема, и я хочу посмотреть на спину внимательнее. Ты ведь помнишь, что я говорил об индивидуальных занятиях? Вот, сегодня с тебя и начнём.

Рома неуверенно кивнул и зашёл за мной в тренерскую, куда я отнёс массажный стол. Уборщица вскоре доберётся и до спортзала и непременно настучит Капустину, если увидит, что я работаю со студентом один на один. А так, даже у неё не хватит храбрости беспардонно зайти в тренерскую, особенно учитывая, что дверь будет закрыта. Пару раз дёрнет за ручку и свалит.

— Раздевайся по пояс и ложись на кушетку, — приказал я, не глядя на Воробьёва.

— А обязательно снимать одежду? — вдруг застеснялся за спиной парень. — Можно в футболке останусь?

Я ободряюще улыбнулся, выкладывая на стол тетрадь с записями и тренерский свисток. Сейчас они мне не понадобятся.

— Будет намного лучше, если я смогу осмотреть твою осанку и сутулость. У тебя проблемы с позвоночником и грудной клеткой, так что, по-хорошему, лучше мне всё прощупать. Без футболки будет проще, Рома, да и девок здесь нет, так что стесняться тебе некого.

Странно, но, когда я обернулся, Воробьёв, потупив взгляд, по-прежнему стоял в спортивных штанах и обычной белой растянутой футболке. Я слегка наклонил голову и осмотрел светловолосого кучерявого парня с головы до ног. Судя по языку тела, Рома действительно чего-то стеснялся, причём это что-то было настолько личным, что парень попросту боялся снять футболку.

Я взял тренерский стул, усадил его на кушетку и спросил:

— Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Рома вновь потупил взгляд, осматривая собственные пальцы.

— Что рассказать? — спросил он внезапно севшим голосом.

— Ну как минимум причину, по которой ты не хочешь снимать футболку, — сказал я спокойным голосом, стараясь не спугнуть паренька. — Если у тебя какая-нибудь кожная болячка или ещё что-нибудь, неплохо бы об этом знать.

— Нет-нет, — спешно затараторил он, резко поднимая голову, а затем вновь опустил взгляд. — Никаких кожных болячек нет. Дело не в этом.

— Тогда в чём? — я подался вперёд, опуская локти на колени. — Ты ведь понимаешь, что всё сказанное между нами остаётся между нами, так что ты можешь мне довериться.

Вдруг лицо Воробьёва резко посветлело, и парень растянулся в фальшивой улыбке.

— Да чего там рассказывать? — натянуто хихикнул он. — Несколько дней назад подрался, так что на теле есть свежие синяки, вот и всё.