При нашем приближении из примятой травы поднимаются две фигуры, ранее, судя по всему, стоявшие на коленях или лежавшие среди стеблей трав. Это, бесспорно, женщины, одетые в платья под стать моим соплеменницам, но у одной из них замечаю в руках копьё.

Женщины вздрагивают, не зная как поступить. Они неуверенно мнутся, не решаясь пуститься наутёк, и пока незнакомки не опомнились, мы обходим их с разных сторон, отрезая путь к отступлению.

Лица у них черны и выглядят уродливо, но это просто грязь, размазанная в знак скорби. Поглядев на землю, понимаю причину — в истоптанной траве валяются осколки костей и куски окровавленной одежды.

Только сейчас замечаю, что на копье, которое держит женщина, сломан наконечник. Та, кто держит копьё, помоложе другой — скорее всего дочь или же младшая сестра, потому как женщины похожи.

— Мы не причиним вам зла! — торопится убедить Видящий Тень. — Мы не враги Людям-Быкам!

Как он отличил по вышивке на кожаных платьях, что их хозяйки именно из Людей-Быков — не понимаю. А может охотник сказал наобум, не рассчитывая встретить здесь женщин другого племени… Как бы то ни было, женщины понимают его речь, но реагируют совсем не так, как ожидал охотник.

— Не подходи! — молодая смешно угрожает бесполезной палкой. — Убийцы!

— Пусть Солнце покарает вас! — плачуще произносит старшая. — Вы убили моего сына! Вы отняли жизнь у моего мужа! Пусть Солнце поразит вас небесным огнём!

— Мы не убивали ваших близких! — вмешиваюсь в разговор.

— Ложь! — выкрикивает младшая. — Я видела, как убивали отца и брата! Это были охотники вашего племени! Белого Цветка! Это вы унесли головы!

— Это были охотники нашего племени, но не мы — спокойно отвечает Видящий Тень. — Ваши мужчины явились на нашу землю. Они не должны были делать этого!

— Нам было некуда идти! — вспыхивает злостью старшая из женщин. — Люди-Птицы изгнали нас с нашей земли! Мой муж сказал — переплывём реку и попросим племя Белого Цветка поступить с нами по-справедливости! А вы? Вы убили его!

— Я не убивал его, и они тоже! — обвожу жестом окружающих. — Наш вождь вчера принял в племя Серую Спину и его женщин. Вы знаете такого охотника?

— Да, — неохотно говорит старшая. — Знаем.

— Тогда вы можете идти с нами, — отвечаю. — Пусть вождь решает, как с вами поступить.

— Я не пойду с вами! — молодая замахивается копьём. — Пусть лучше меня съедят кровавые звери! Ни один ваш охотник не ляжет со мной! Никогда!

А вот старшая не думает так. В глазах женщины написано желание выжить и сохранить свою дочь. Она негромко говорит:

— Пойдём, Земляная Сова! Ты не должна умирать!

— Я не пойду! — вспыхивает девушка. — Хочешь — уходи с ними! А я останусь тут! Наш отец и брат смотрят на нас из Долины Теней, а ты хочешь покрыть меня позором! Я не отдамся никому из их охотников! И не возьму у них и куска мяса!

— Пойдём… — успокаивающе произносит мать. — Мы должны жить дальше.

— Хочешь — живи! — отвечает Земляная Сова. — А меня оставь в покое! Это мой выбор!

— Это плохой выбор, — негромко вмешивается Искра. — Кровавые звери съедят тебя этой ночью, или может быть, следующей. Ты же видишь по следам — тела твоих близких сожрали волки. Они явятся снова и съедят тебя!

— Пусть! — морщится девушка.

— Ты знаешь, как волки едят коня? — спрашивает Искра, и не дождавшись ответа Земляной Совы, продолжает говорить:

— Одни хватают его, не давая бежать, а остальные начинают есть. Они рвут ему брюхо, вынимая потроха, грызут ноги и то, что прикрыто хвостом. Конь бьётся, сходя с ума от боли, но им нет дела до его чувств. Волки просто едят, набивая животы, а конь медленно умирает под их клыками.

От подробного описания девушка бледнеет, а Искра, как ни в чём ни бывало, продолжает:

— Тебя они тоже станут есть так, — жена указывает рукой на живот девушки. — Это ужасно больно. Если хочешь умереть без страданий, то найди льва. Он сначала задушит, а уже потом начнёт есть.

Земляная Сова от таких советов едва не падает в обморок. Весь её запал куда-то подевался. Девушка жалобно глядит на Искру, и жена делает несколько шагов, отбирая палку из рук Земляной Совы.

— Перестань! — негромко добавляет Искра. — В смерти нет ничего хорошего. Не надо спешить умирать. Ты красивая. У тебя впереди целая жизнь. Не бойся, тебя не отдадут силой за тех, кто убил твоих родных. Я попрошу своего мужчину, — жена кивает на меня. — Он поговорит с вождём, и тебя примут в племя, не отдавая охотнику. Вот увидишь.

— А ты не обманываешь? — произносит Земляная Сова и голос её дрожит.

— Нет, — уверенно говорит Искра. — Я не лгу.

— Да, — поддерживаю жену. — Ты не можешь вернуть их, — указываю на осколки костей, — но знай, твои родные будут недовольны, если отдашь себя на съедение кровавым зверям. Пойдём с нами. Не бойся, твоя мать будет рядом. Никто из наших мужчин не обидит тебя. Обещаю.

Слёзы катятся по щекам Земляной Совы, но мать торопливо хватает её за руку и ведёт за собой, опасаясь, как бы дочь не передумала.

— Она очень красивая, — тихо говорит Ловкий. — Жаль, что Твёрдая Рука убил её отца.

Грынк не слишком удивляется, завидев женщин, и с гордым видом обменивается со старшей из них парой слов. Жена убитого Волчьего Брата носит странное имя — Купающаяся с Коленями. Не могу представить, отчего родителям взбрело в голову так назвать дочь. Да и вообще, как возможно купаться в реке без коленей? Но местным, очевидно, известен и такой способ.

Волчий Человек напрягается, услышав рассказ женщин про убийство родных, и я не сразу понимаю, почему. Но тут Камень усмехается, глядя на Твёрдую Руку, и я догадываюсь — вождь может обязать охотника взять женщин убитого под свой кров.

К счастью, до этого не доходит. Земляная Сова сбивчиво тараторит, что я обещал не отдавать её мужчинам. Грынк морщится, явно недовольный таким самоуправством, но вмешивается Волчий Человек:

— Ты осталась вдовой, — говорит дядюшка, обращаясь к жене убитого. — Это плохо. Но у нас сильный род и вдовы не голодают. Мы прокормим тебя и твою дочь.

Купающаяся с Коленями кивает. Ещё какое-то время уходит на то, чтобы убедить Колючку потесниться и приютить женщин в своём шатре. Колючка упирается изо всех сил, и только клятвенное заверение Волчьего Человека, что он станет содержать женщин, убеждает вдову.

— Ты не должен был ничего обещать девушке! — сурово говорит Грынк, подойдя ко мне.

— Тогда бы пришлось нести её связанной или волочь по равнине. Я не знал, как заставить её идти.

— Если не хотела идти, то могла остаться. Никогда больше не обещай того, что от тебя не зависит.

— Не буду, — пожимаю плечами. — Я не думал, что это очень важно.

Грынк сурово хмурит брови, но всё же прекращает разговор и уходит готовиться к обряду. В последнее время наш Слышащий становится придирчивым, и большей частью — это заслуга Звёздного Одеяла, сумевшей убедить вождя в его непревзойдённой мудрости. Даже Камень, всегда друживший с Грынком, теперь почти не бывает в его шатре и не ведёт долгие беседы у костра. А про Волчьего Человека не стоит и говорить. Дядюшка и без того не слишком ладил с вождём, а теперь и вовсе едва выносит Слышащего.

— Эй! — Жёлтое Дерево касается моей правой руки. — Я рада, что ты вернулся так быстро!

— Мы не добыли оленя!

— Ничего, — усмехается Вэл-юу. — Зато вы привели двоих женщин. Им повезло встретиться с вами.

— Всё из-за проклятого медведя. Не будь его, мы бы не оказались на равнине.

Жёлтое Дерево тянет меня завтракать, попутно выспрашивая обо всём подряд. Я бросаю взгляд на Земляную Сову, застывшую у входа в шатёр Колючки, и понимаю, насколько ей повезло оказаться под защитой племени. На равнине девушка не прожила бы и нескольких дней. Земляная Сова — это совсем не Искра.

Пока Грынк окуривает новых женщин, к нам медленно подходит недовольный Камень, уже успевший пообщаться с вождём. Жёлтое Дерево протягивает охотнику холодную верблюжатину, но тот отказывается от угощения, и просто усаживается рядом со мной на бизонью шкуру.