— Ты что?.. — шепчет в шоке и не находит слов.

— Тебе лучше уйти, — с нажимом продолжает Савва. — Если не хочешь проблем ДЛЯ СЕБЯ.

Последние слова выделяет настойчивым тоном.

— То есть по-хорошему вы не хотите, да? — зло пыхтит Романов. И, не дожидаясь ответа, срывается с места. Опозоренный. Потому что никто не будет на стороне изменщика.

— Как запястье? — раздаётся над головой. Даже не могу поднять взгляд на своего спасителя. Слёзы застыли в глазах. Не хочу, чтобы он видел.

Кручу запястьем, проверяя.

— Нормально.

— Извини, что сказал всё это вслух, — выпаливает раздражённо. — Разозлил. И испортил тебе настроение.

— Мне? — улыбаюсь и наконец смотрю на него. Показываю большой палец. — У меня «во» настроение.

Я бы не решилась рассказать всем, кто здесь есть, что со мной произошло. Что меня бросили. Ради другой. Но когда это сказал Нестеров… стало легче.

Точно, а ведь он не только защитил меня, но и кое-что сделал.

Быстро лезу в сумку за салфетками. И, открыв упаковку, протягиваю ему.

— Держи, — мягко улыбаюсь ему, вспоминая, как он дотронулся до меня.

И, к моему удивлению, он не злится. Достаёт одну влажную салфетку, вытирает ладони. Рада, что он не комментирует это.

А я всего лишь хочу ответить заботой на его заботу.

— Хорошего отдыха, я отойду за перчатками.

— Без проблем, — киваю. — Мне надо накормить детей.

И, не дожидаясь, когда он уйдёт, нахожу взглядом моих лапочек и прямиком бегу к ним, зная, что сегодня наконец-то можно расслабиться. Опозоренный Романов не вернётся, а значит, и малыши мои его больше не увидят.

Марина

— Да где же это такси? — шепчу, поудобнее перехватив соскальзывающую Вику у себя на руках. Внезапно попросилась на ручки и уснула. Прямо в разгар вызова такси, которое мы уже ждём десять минут.

Да где же оно?

И проверить не могу — руки заняты, телефон в сумке.

— Вить, — прошу сыночка, присаживаясь, — достань телефон из сумочки, пожалуйста.

Мой умный мальчик делает, как говорю. С трудом балансирую в полуприседе, чувствуя, как отваливаются ноги. Сегодня я наплясалась, набегалась за детьми и настолько устала, что сама хочу домой. Но это приятная усталость после стольких нервных дней…

Давно так не отдыхала.

Витя достаёт телефон, подаёт мне.

— Не, зайка, покажи мне экран.

И показывает ведь, только он… заблокирован. И сын его никак не разблокирует. Специально ставила пароль на телефон, чтобы мои озорники случайно не позвонили важным людям, перед которыми мне потом бы пришлось оправдываться.

— А нажми кнопочку сбоку, — опять прошу его.

Витя, кое-как натыкав по кнопочкам, опять показывает экран.

«Водитель отменил заказ. Комментарий: «У меня нет двух детских кресел»».

Да что же такое!

Уже жалею, что решила приехать на такси и немного выпить.

Цена моего расслабления — невозможность уехать домой.

Придётся будить Вику, ставить на ножки. Иначе так и простоим, пока кто-нибудь не выйдет из ресторана и не поможет мне. А людей там осталось не так много. Слава с Демьяном уехали час назад. А мои игрули не хотели уходить.

Тяжело вздыхаю и готовлюсь будить дочку.

— Марина Витальевна, опять проблемы? — усмехается знакомый голос за спиной.

Я уже распознаю его из сотни.

Нестеров!

При мысли о нём улыбка появляется на губах. Это ведь смешно! Когда бы мы ни встретились, я становлюсь источником проблем!

Перевожу взгляд на мужчину.

— Кажется, мне пора сходить в церковь за святой водой, — говорю без шутки, но с лёгкой нервной смешинкой. — Не поможете мне?

Выгибает в вопросе бровь.

Кстати, я удивлена, что он задержался так надолго в ресторане. Я мельком поглядывала на него — он ничего не ел, почти не пил. Даже не садился. Только говорил с кем-то, изредка уходя в свою машину.

Я весь вечер задавалась вопросом, почему он не уезжал, если и так было понятно, что там ему было некомфортно.

— Мне нужно вызвать такси, — объясняю, очнувшись от мыслей. — Дочка уснула, руки заняты.

— Вызвать такси, — повторяет ещё раз, поглядывая на телефон в руках Вити. Так сверлит его недоверчиво взглядом… Решается, взять его или нет. — Отказываюсь, — вдруг чеканит, отвернувшись в сторону.

А?..

Я привыкла к отказам, конечно, но подобного явно не ожидала.

— Ну, ладно… — шепчу, не зная, что сказать.

Между нами повисает тишина, и я ещё несколько секунд стою, переминаясь с ноги на ногу.

Неловко вышло.

Неожиданно Савва прыскает от смеха.

— Я пошутил, Марин.

— Да? — спрашиваю в надежде, чувствуя, как ноги начинают гудеть. Домой бы уже! А он развёл меня, как дурочку!

— Ты серьёзно подумала, что я брошу тебя одну с двумя детьми на улице? — возвращает взгляд на меня и наклоняет голову в вопросе. Смотрит серьёзно, да и слова его звучат так же.

— Ни о чём не думала, — говорю честно. — Растерялась.

— Ладно, — опять издаёт смешок. — Пойдём. Отвезу вас домой.

— На своей машине? — удивлённо вскидываю брови. Савва уже делает шаг в сторону парковки, будто реально собирается нас подвезти.

Помню, как он боролся с собой в тот миг, когда я садилась в его машину. А тут нас трое… И двое детей, которые чуть ли не валялись на полу во время игр. И он явно это видел!

— Если ты хочешь спросить — почему, — первый начинает, медленно отдаляясь от нас. — У меня был уже опыт перевозки одной проблемной женщины. После него я просто помыл салон. Сделаю это ещё раз, не проблема.

Правда?

— Я так понимаю, это была я, да? — быстро забираю у сына телефон, кидаю в сумку. И, поудобнее перехватив спящую малышку на руках, беру Витю за ладошку и быстрым шагом направляюсь за Нестеровым.

Я ж не откажусь! Он сам предложил!

— Это же я забрала вашу девственность, — шучу ему в спину. Идти так тяжело, но Савву о помощи не прошу. Он точно не поможет мне с детьми. А так хоть до дома довезёт! — Автомобильную. Во все-е-ех смыслах.

— Не повод для гордости, — опять произносит мягко, останавливаясь у своей машины. Открывает нам заднюю дверь, приглашая внутрь. — Загружай своё счастье, и поехали.

Да было бы это просто. Вздыхаю, не зная, как посадить Витю в салон. Если опущу дочку, она тут же проснётся. Придётся всё же?

— Иди сюда, — вдруг произносит Савва, поглядывая на сыночка. Протягивает ему руки. И мой сын, даже не думая, слушается его, подходит и тут же взмывает в воздух.

Как-то слишком легко… Надо будет поговорить с Витей, чтобы он так больше не делал. Нет, я доверяю Савве, но вдруг на его месте будет кто-то другой? Антон, например?

Нестеров поднимает его, схватив под мышки, и сажает в салон.

Видит моё недоумение на лице.

— Всё равно перчатки менять, — объясняет. — Давай шустрее, я хочу домой.

Поторапливаюсь, забираясь в салон.

И чего раньше домой не поехал, раз так хотел? Ай, чёрт с ним, мне никогда его не понять. Поэтому ничего не спрашиваю, удобнее размещаясь на заднем сиденье авто.

Марина

Поглаживаю сопящих на себе детей. Оба, уложив головки на мои колени, видят уже второй или третий сон.

Стоило только сесть в авто, как Витя присоединился к сестрёнке, и теперь они на пару сопят. Так сладко, что я сама зеваю.

Не даёт уснуть только музыка.

— Это французский? — спрашиваю тихонько, уловив необычный язык в песне.

— Да, — коротко отвечает Савва, следя за дорогой.

Мы возвращаемся домой ночью, и пустынная дорога выглядит так волшебно, что я невольно любуюсь видами ночного города.

— Некоторое время я жил во Франции, — вдруг произносит Нестеров, и я тут же, догадавшись, выпаливаю:

— Поэтому вы иногда называете меня «Мари»?

— Уи, — насмешливо выпаливает. Хоть и не вижу его лица, уверена, он улыбается. — Глупая привычка.