Но как только они вернулись, было сложно держать всё в себе.

— Тьфу ты, не дай бог, — заваливаюсь на постель в своей спальне и поднимаю ноги, вытягивая их. Разглядываю свои ляжки и одновременно разговариваю с подругой. О, они стали худее. От нервов, наверное. Но такая диета мне не нравится. — Нет, я звоню не по этому поводу. Помнишь, ты говорила, что уже работала с мизофобами?

Семилетняя девочка, кажется.

— Помню.

— Я… — решительно начинаю, но замолкаю. Давай, Марина! Тебя же никогда не заботило, что о тебе думают другие! И если подруга посчитает тебя ненормальной, тебе должно быть все равно! — Я хочу помочь вылечиться Нестерову.

Слышу тихий смех Ярцевой.

— Да, я, конечно, не психолог, — шутливо отвечаю, сама понимая, как это выглядит. Человек без образования лезет в медицину! — Но хочу ему помочь.

— Я смеюсь только потому, что ты слишком добрая и отзывчивая. У неё развод на носу, а она спасает всех, кого видит.

Что поделать, если у меня выражен «синдром спасателя»!

А Савва ещё и такой… Не знаю. Он нравится мне как человек.

— Это да… Так что там с лечением? Можешь хотя бы вкратце рассказать?

Таблетки вряд ли пьют при подобном.

— Лечение, кстати, у этой болезни довольно простое для окружающих. Но сложное для пациента. Без желания Саввы ты ему никак не поможешь.

Желание… Уверена, он уже думал о том, чтобы вылечиться.

Возможно, пытался?

— Я знаю несколько случаев, когда человек менялся сам. Разбирался со своими страхами ради любимого человека. Вот если у вас с ним вдруг появятся сильные чувства и привязанность… Шансы у тебя большие.

У нас их нет.

У меня к нему только уважение и желание помочь. А ещё восхищение.

Да мне просто приятно с ним общаться!

А я для него просто клиент.

Весь энтузиазм тут же скатывается до нуля.

— Шанса нет, — вздыхаю, мотая ногами.

— Не расстраивайся. Если хочешь, могу рассказать подробнее, чисто для общего ознакомления.

— Да ничего не выйдет, — уже сдаюсь, распластавшись на постели.

На меня не похоже. Но я и сама понимаю. Я не доктор. И тем более никто для Саввы, чтобы он вообще принял мою помощь.

Да с чего её вообще принимать? Он спокойно живёт и со своими загонами. Да, есть трудности, но его устраивает.

А если я заикнусь о его болезни — даже для того, чтобы узнать, тяжело ли ему с ней, — то боюсь, он обозлится. Перестанет со мной работать. А я этого не хочу. У нас долгие месяцы сотрудничества впереди. И только он может помочь мне победить мужа.

Поэтому затею поиграть во врача я тут же отметаю…

Марина

Прибавляю мощность кондиционера и возвращаюсь к работе.

Что за жаркий день!

А ещё море работы…

Я, конечно, хотела моря, но не такого же! В виде миллиона тканей, заказов и смет на проверку. Обе швеи сегодня выходные — у одной заболел ребёнок, у второй поход к врачу.

И я в магазине одна. Даже Алёна, стоящая на кассе, отсутствует.

Поэтому я мечусь между мастерской и магазином, разговаривая с посетителями. Благо их сегодня не так много — день не проходной.

И только лапочки-дети на моей стороне. Поскакали сегодня в садик играться к другим ребятам. Ибо со мной им скучно!

Мы три дня просидели вместе дома. Выехали несколько раз по делам. Я подала заявление на развод, и мы дожидаемся первого слушанья. За эти дни Романов не появлялся. Как и Нестеров…

Звонка от последнего я ожидала сильнее всего. Я только отправила ему сообщение, а он ответил короткое: «Отлично.».

С точечкой. Всё серьёзно.

Неожиданно по помещению разлетается легкий звон колокольчиков.

Кто-то пришёл!

Подрываюсь с места, бросаю раскройку и лечу в зал. Поправляю платье, волосы и выхожу к клиенту.

— Добро пожа…

Тут же осекаюсь, завидев покупателя. Мужчину. Да ещё и знакомый силуэт. Белая рубашка, чёрные брюки и перчатки.

Нестеров…

Он?! Что он вообще здесь забыл?

Оглядывается по сторонам, разглядывая ассортимент. И как так вышло, что среди магазинов он выбрал именно мой? Тут есть ещё несколько на улице.

Но волнует меня больше всего другое!

— У тебя дети есть?.. — шепотом спрашиваю, не сдержав мыслей.

Он ведь был женат. Конечно, у него могли остаться дети от брака.

— А ты всегда говоришь то, что думаешь? — усмехается, задержав взгляд на мне. — Привет.

— Привет, — продолжаю так же растерянно и неформально.

Как же мы так опять встретились?!

— Да, я всегда говорю то, что думаю, — и это во мне ценят! — Ты случайно здесь? Или знал, что я тут?

Ты просто клиент, Марина. Очередной. Зачем ему интересоваться, где ты работаешь?

— Знал. Демьян как-то сказал, где находится твой магазин.

— А. Мог бы и позвонить, я бы сказала.

— Проезжал мимо. Не думал, что заеду.

— Поняла, — киваю. Отчего-то сейчас так неловко становится. Потому что мы в неформальной обстановке? — Так чем могу помочь? Ищешь одежду для ребёнка?

Обычный вопрос, но мой так и вопит: «У тебя есть дети?!». И наверное, этот интерес отображается на моём лице, раз он улыбается.

— Ты предлагала сшить мне рубашку, — поясняет. — И нет, детей у меня нет.

— Серьёзно? — выпаливаю, поняв, к чему он клонит.

— Похоже, что я шучу?

— Нет-нет, я с радостью сошью тебе рубашку! Но сам понимаешь, первый раз, идеала не жди. Если она нужна тебе для важного мероприятия…

От нервов тереблю маленькое боди на новорождённого. Ткань такая интересная внезапно стала! Как будто впервые вижу!

— Подойдёт. Неважно, — лаконично раздаётся в магазине.

Перестаю пытать бедную одежду и указываю на штору, разделяющую мастерскую и магазин.

— Тогда прошу в мастерскую. Мне нужно тебя измерить.

Коротко кивает и направляется следом за мной.

И почему я резко начала так нервничать рядом с ним?

Вот, Марина, знаешь ты ответ! А тупишь!

Я не умею держать язык за зубами. А мне адски хочется поговорить о его болезни. Мне никакого дела не должно быть до неё! Но… Как же хочется знать больше подробностей. Либо это женское любопытство, либо тяга к новой информации.

А если сразу две причины… Мне хана. Спать не смогу, пока не узнаю.

Подхожу к своему рабочему столу, забитому выкройками. Быстренько прибираюсь, достаю блокнот и мерную ленту.

— Погоди, я помою её, высушу быстро, и снимем мерки. А ты пока расскажи, что хочешь.

Бегу в туалет, не закрывая двери. Тщательно мою метр, хотя делаю это почти каждый раз, когда принимаюсь за работу. Всё же приятнее трогать чистое, а не то, что перетрогали три человека.

Ух, Марина, ты говоришь как мизофоб. Это же не заразно?..

Да нет, это обычное желание находиться в чистоте! Как помыть руки после туалета!

Заканчиваю намывать ленту и протираю полотенцем. Нестеров в это время ходит по мастерской, изучая плакаты, манекены и море ткани, что лежит на полках.

Останавливается напротив них, и я улыбаюсь, не упустив возможности пошутить:

— Если хотите белую рубашку с уточками, могу сделать. Хлопок, как раз отлично к лету, — подшучиваю, насухо вытирая метр.

Нестеров оборачивается ко мне и выгибает бровь.

Что, шутки моей не понял?!

— Зато оригинально! Помимо уточек есть котики и собачки. А ещё полосочки. Да всё что угодно! Любой каприз за вашу помощь в суде!

Представляю Савву, серьёзного юриста в перчатках, со стальным взглядом и… в белой рубашке с жёлтыми уточками.

Отвожу взгляд и едва сдерживаю смех.

— Мне страшно знать, что ты представила.

— Лучше не надо, — пытаюсь успокоиться и направляюсь к своему столу. — Подойди ко мне, пожалуйста.

Савва размеренным шагом возвращается ко мне. Встаёт рядом.

— Я постараюсь не касаться тебя, но прости, если задену, — предупреждаю его сразу, вытянув руки и первым делом снимая мерки с шеи.

— Надеюсь, я вытерплю это испытание.