Она смотрела с достоинством и глаз не отводила.

— Нет, — ответила спокойно, — тебе не померещилось, Верховный.

Арий Конрад стоял поодаль, тая усмешку в уголках губ, молчал, не встревая в разговор.

— Ты ж слово мне дала! — напомнил жрец сета.

— Чем меня в неверности попрекать, ответь, Велор, — спросила королева, — зачем идёшь ты в Ледяные скалы? Ради меня и мира в стране моей или ради своего бессмертия? Будь честен, скажи правду!

Лишь на миг изменился в лице верховный жрец пустынного бога, чуть запнулся, но ответил совсем другое, повторил ранее сказанное, бросая слова застывшими каплями ртути:

— Ты слово мне дала, Демира!

— Тебе не нужно моё слово, — возразила она, — тебе нужна фортуна в обретении бессмертия! И пусть она будет щедра, и я порадуюсь твоей победе!

— Нашей победе! — поправил Чёрный Велор и повернулся к Арий Конраду.

— В прошлую встречу ты напророчил мне неудачу, Бесссмертный, — напомнил он, — теперь что скажешь?

— Что пренебрегать союзом с тобою неразумно, — ответствовал магистр, — Норт Многоликий так силён, что всем объединиться нужно, чтобы сразить его.

— Слабеешь, Бессмертный! — холодно усмехнулся Жрец Сета. — Коли ведёшь такие речи!

— Проверить не желаешь? — предложил Арий Конрад. — Насколько я ослаб за зиму?

— Что?! — потемнели от гнева глаза Демиры. — Мне, может, встать между вами, чтоб не подрались, сопливые мальчишки?

— Не сейчас, моя королева, — самоуверенно улыбнулся Велор, — после битвы с Нортом. Вот тогда мы и сойдёмся с последним из Сов, двое Бессмертных в смертном поединке за право быть твоим королём!

— В живых сначала останьтесь! — плюнула в сердцах Демира. — Идёмте в дом! Все голодны, поесть надо и, коль объединить решили силы, то к скалам идти!

— Как скажешь, моя королева, как скажешь! — не стал ей возражать жрец Сета.

— Губу ты раскатал, — вполголоса заметил Арий Конрад, — с чего моя бы королева твоей вдруг стала?

— С того, что ею и была! — с усмешкой отвечал Велор.

— Да хватит! — вспыхнула Демира. — Мне на вас смотреть противно! Идёмте в трапезную! Что, Сван Молот, — обратилась к воеводе, — поспели каши наварить солдаты, как ты думаешь?

— Они уж и поели, и добавку взяли, — уверил он, — и нам поесть не помешает.

— Эй, воевода! — крикнул с уцелевшей башни дозорный. — У нас гости! Отряд к гарнизону идёт! Голодранцы какие-то!

— Норта новые посланники? — спросила Демира.

— Сейчас узнаем, — дробно стуча подошвами сапог, Сван Молот побежал вверх по лестнице.

Бессмертный и королева последовали за ним, и даже Чёрный Велор не поленился, тоже поднялся на смотровую площадку.

Со стороны леса брёл по заснеженной дороге пеший отряд, менее десятка числом. Неприбранные, в грязной одёже. Впереди шагал мужчина, шатаясь, не то от ран и усталости, не то по привычке ходить так, вразвалку. Его, замотавшего голову и плечи бабским шерстяным платом, сперва за женщину приняли стоявшие на вышке, но женщина в отряде была лишь одна, та, что шла следом.

Большая, крепко сбитая, в шерстяном пончо с бахромой, она ступала тяжело, но держалась прямо. С нею рядом шёл статный воин в алом плаще с серпами и крестами Кроноса, но грязен был плащ его, порван понизу. В доспехах с такими же знаками был один из солдат, что шагал левее. И ещё трое, чумазые и безоружные, плелись позади.

— Ну, и сброд! — протянул Чёрный Велор. — Откуда взялись эти бродяги?

Сван Молот оттеснил его от бойницы, приник к ней, вглядываясь в идущую следом за предводителем женщину.

— Да быть не может! — прошептал он.

— Вы чего здесь все собрались? — на смотровую площадку поднялась Ария. — Чего увидели там? Дайте посмотреть хоть!

— Гляди, — Арий Конрад подвинулся, уступая ей место, — вишь, какие дорогие гости к нам пожаловали!

— Да то ж поверенный великого инквизитора Кронии! — взвизгнула Ария, всмотревшись вдаль. — Точно он, не врут мои глаза! Жив! И Медведица с ним!

Сван Молот тихо охнул, отпрянул от бойницы, прислонился затылком к холодной стене.

— Чего ты, воевода? — встревожилась Ария. — Чего побледнел, будто смерть свою увидел? Дышишь так, будто волки за тобою гнались! Аль башка на высоте закружилась? Немудрено, с голодухи-то!

— Эта женщина… — Сван Молот не договорил, слова в горле застревали, сглотнул, будто в горле встал сухой комок, мешал ему.

— Какая женщина? — не поняла принцесса. — Та баба в платке, что впереди всех идёт? А что не так с ней?

— Не эта, — прошептал воевода, — другая.

— Так то Медведица моя! — радостно вскричала Ария. — А ту, что впереди топает, я знать не знаю!

— А если присмотреться? — предложил Бессмертный.

Впереди идущая «баба» наклонилась, зачерпнула горсть снега. Сбросила плат с головы, утёрла снегом лицо, встряхнулась, показав растрёпанные волосы и грязными сосульками повисшую бороду.

— Феанор! — охнула Ария.

— Ну, теперь точно все в сборе, — удовлетворённо кивнул Бессмертный, — вот и сядем за стол дружной компанией!

— Мне крышка! — Ария спряталась за его спину, ухватилась за пояс, обнимая другой рукой. — Он мне голову оторвёт, что ушла!

— Я ему вперёд голову оторву! — обещал магистр, закрывая её полой плаща. — Не бойся! Раз уж по дурости отдал тебя этому морскому чёрту, второй не отдам! Эй, там! Открыть ворота!

Норт Безликий склонился над своей шахматной доской, смотрел на множество фигурок, стоявших на её краю, протянул руку, провёл чёрным когтем по белой прожилке на сером мраморе. Отвратительный, разрывающий сознание скрежет вспорол зловещую тишину.

— Как вас много! — раздумчиво произнёс Норт. — Но все в одном месте! Это удобно! Думаете, будто можете остановить меня? — алое свечение из прорезей серебряной маски усилилось, стало жёлтым, на миг прянуло вперёд, и вновь стало гореть ровно, мерно.

— А они смогут? — Дан Лукас вынырнул из-за плеча хозяина, заглянул ему в глаза. — Они же не смогут? — Он оббежал вокруг стола, остановился, оглядев сгрудившиеся на краю доски чёрные агатовые фигурки. — Они же не смогут, повелитель? Не смогут остановить тебя? — Он метнулся влево, посмотрел на фигурки с другой стороны. — Не смогут, хозяин? Не смогут? — И зашёлся безумным смехом, приседая и прихлопывая в ладоши.

— Нет! — будто ледяная сосулька упала на каменный пол и разбилась звонкими осколками, так остр и холоден был ответ Многоликого. — Не смогут! — Он разжал ладонь, поднял повыше свой кристалл, любуясь отражением света в его гранях. — Мой камень остывает! — молвил с неудовольствием Норт. — Сегодня королева Руаны не придёт ко мне, она сумела отбить мой удар! Волк, проклятый Волк охраняет её! Но завтра! Завтра её свет и её кровь напоят священный кристалл! И распахнутся двери миров! Завтра, человек, я получу власть над вселенной, а ты возьмёшь свою королеву!

Дьявольский хохот вихрем пронёсся по залу, взметнув тонкие занавеси на стрельчатых окнах, и погасил огонь в камине. Дан Лукас подхватил его, завизжал, закружил в безумном экстазе, скользя по холодным мраморным плитам.

Завтра! Остался последний день миру старому! Завтра начнётся новая эпоха, новая история! Завтра родится новый мир! И новый бог будет править им! И он, Дан Лукас, первый после бога, возьмёт королеву Руаны и вкусит сладость мести! Завтра! Завтра!

Сказать главное

Сван Молот поспешил вниз, за ним, не теряя привычной степенности, последовал Чёрный Велор.

— Ты чего ждёшь? — спросил Бессмертный Арию. — Иди, мужа встречай!

— Муж — объелся груш, — проворчала она, — явился — не запылился!

— Иди-иди, — повторил магистр, — если что, я рядом.

— Мог бы просто сказать, что хочешь остаться наедине с моей королевой, — буркнула Ария, спускаясь по лестнице.

— Доигрался? — Демира обиженно взглянула на него. — Эта соплячка над нами хихикает!

— Ну, не выдумывай, — поправил он, — завидует! Видишь, как быстро завертелось всё! Девичье сердечко любви просит, а поди-ка, разберись за столь короткий срок! То ли впрямь полюбил её царь Феанор, то ли на выручку пришёл, потому что долг платежом красен…