Командир батальона спецназа «Медведи» Стрига уставился на экран планшета, ожидая условного сигнала. Задание, которое Главком корпусов дал ему позавчера, являлось самым серьезным, что пришлось осуществлять за годы проклятой войны. Но оно того стоило! Наконец-то они ударят туда, куда не смели бить продажные генералы конфедератов. Стрига отлично понимал, что ход войны их операция не изменит, но поднимет её накал на недосягаемую доселе высоту. Завысить планку дорогого стоило! Руководству Конфедерации волей-неволей придется идти до конца и применить все, что есть у них в арсенале. Иначе амба, край всему росскому роду.

Нет уж, господа цивилизованные — вы или прогнетесь, или сдохнете вместе с нами!

Встречались они не в штабе Северного корпуса, а в подвале стоящего неподалеку санатория. Здесь когда-то располагались лечебные солевые пещеры, и присутствие соли еще ощущалось в воздухе. Запасной КП имел в своем распоряжении всю номенклатуру современной связи, а также вышколенный персонал, что сейчас дисциплинированно покинул штабную комнату. Главком, генерал Бурлицкий тяжело уселся на невесть откуда взявшуюся в царстве хай-тека массивную табуретку.

Красные глаза были в последние дни у всех, но морщин на лбу генерала стало заметно больше. Ведь ему приходилось не только командовать северной группировкой, ведущей тяжелейшие бои, но и общаться с недовольными их показательным самоуправством «верхами». Сколько, наверное, проклятий на его голову отправили бездари из Генштаба и Минобороны РК. У Стриги в который раз мелькнула мысль:

— «Кто же такой могущественный его в столице прикрывает?»

До комбата легендарных «Медведей» боевое задание доводил начальник Генштаба Корпуса Доберман. Как всегда подтянутый, он к вящему удивлению спецназера с помощью тактического ноутбука развернул во всю ширь стола трехмерную сетку. Говорили, что на показушных учениях подобные гаджеты имелись у всех штабистов вплоть до батальонов. Но в Миротворческий корпус они почему-то не попали. Или не были толком доработаны или на учениях использовали имитацию. Что вполне в духе чиновников нынешнего Минобороны. Главное — хорошая отчетность наверх.

— Ваша задача пройти Адвечную Багну и захватить вот этот перекресток.

Стрига невольно присвистнул:

— Ничего себе! Там непроходимые места, Григорич! Это же самые настоящие топи! Багна — страшная трясина на старом чурнорусском языке.

Доберман провел пальцем над картой, и там высветились два голубых пунктира.

— Вот тебе две дороги. На болотоходах пронесетесь за полчаса. Их вам уже поставили, машины проверены и обкатаны в схожих условиях. Противник также считает, что эти болота непроходимы и оборону строит на данном участке в виде опорных пунктов и патрулей.

— Противник у нас кто? — поднял глаза комбат.

— Жемайтская пятая егерская бригада. Здесь у них второй батальон.

Комбат нахмурился:

— Батальон или одно название?

Штабист пожал плечами:

— Вряд ли там больше двух рот личного состава. Изначально второй набирали из наемников, но после огромных потерь прошлой зимой вывели в тыл.

Стрига задумался, мысль забегала в его широких серых глазищах:

— Наемники бывают разными.

— Там в основном сканды и даны. Много людей из ихнего спецназа. Поэтому их и поставили на Пустошь.

— Ясно. Ребята опытные. Правда, в основном по пустыням и горам работали. Болота их наверняка пугают. Прикрытие с воздуха будет?

— Армейская авиация и у вас в колонне пойдет две машины с ПЗРК и одна РЭБ.

Комбат «Медведей» заметно удивился. По старым временам поистине царский подгон!

— У патрулей наверняка много летаков.

— Эту зону будут глушить с двух сторон. Один самолет полетит вдоль границы, второй на Варяжском море. Разумеется, под охраной. От Альянсы нынче можно всякого ожидать.

Глаза комбата сверкнули. Все по военной науке! Но так ведь не бывает?

— А теперь главное, командир, что и кого мы прикрываем?

Доберман обернулся на генерала, Бурлицкий молча кивнул. Эту тайну тщательно берегли до крайнего.

— Как только вы захватываете перекресток, вот по этой дороге вдоль дамбы к вам подскочат две специальные машины.

— Там же самое гиблое место в топи!

— Это амфибии, и именно здесь наиболее короткая дорога. Важнее скорость!

Стрига со всех сторон внимательно рассматривал трехмерный рельеф. Карта была интерактивная, можно было тут же получить спутниковый снимок или даже фотографии, сделанные в определенном месте. Ну да, короче пути на болоте нет. Как и нет никаких препятствий для амфибий. Багна ведь это не сплошная болотина. Есть на ней острова, завалы из погибшего леса. И откровенная топь, где нет хода никому.

— Хорошо. Дальше?

— Они отстреляются, вы обеспечиваете отход и уходите сами.

Стрига задумался. И посложнее задания бывали. В чем подвох? Он осторожно спросил, косясь на Командующего.

— А куда они будут стрелять?

Доберман криво ухмыльнулся:

— Наконец, задал наиболее важный вопрос. Уменьшить карту?

Он провел несколько манипуляций, и комбат самых отчаянных головорезов Чернорусья ахнул.

— Дибежская АЭС? Вы что, взорвать её удумали?

В этот раз ответил сам Бурлицкий:

— Мы еще не сошли с ума. Нанесем повреждения охлаждающему контуру, жемайтам придется остановить станцию. Все электрическое обеспечение их северного фланга после этого попросту рухнет. Без энергии нынче ничего не работает. А их техника жрет её крайне много.

Стрига в изумлении уставился на главкома Корпуса. Не раз они спорили и ругались по поводу стратегии текущей войны. Если «Медведи» лихо выполняли тактические задачи на и за передовой, то командир корпуса чаще решал вопросы политические. Быть им вообще или уйти в никуда? Старый спецназовец отлично понимал, что стоило принять подобное решение.

Неужели что-то в заплывших жиром мозгах властителей остатков Империи сдвинулось? Неужели забрезжил свет в оконце? Там в верхних эшелонах признали, что дальше край. Небытие…

— Командир, все глушится вчистую. Одни помехи на всех частотах.

Стрига обернулся в сторону связиста. Болотоход имел небольшой кунг, в котором они устроили подобие походной КШМки. Связист был лучшим и самым опытным в его батальоне. Ну, раз у них нет связи, то и у ворога подавно. Вряд ли здесь в болотах проложено ВЧ или иная зашифрованная кабельная линия. Все давно привыкли полагаться на Сеть. С востока внезапно раздались звуки коротких очередей. Затем в той стороне знатно бабахнуло. Всполошились, значит, вороги?

— Связь?

На небольшое расстояние их новейшие рации, выпущенные очень небольшой партией брали.

— Что там у тебя, Кум?

— Крысы полезли. Мы их малёхо приголубили. Зенитчики постарались.

Стрига бросил в сторону перестрелки взгляд. Над потемневшим, набухшим от влаги кустарником поднимались клубы дыма. Эти ракеты могли поражать и бронированные цели на земле. Два в одном!

Их подход к коммуникациям противника прошел незаметно. Система «Сова», установленная на двух машинах с ПЗРК, не заметила ни одного летака. Но и своих комбат выпустить не смог. Уровень помех был такой, что думать об этом даже не стоило. Отправленная заранее вперед ДРГ вернулась с точной диспозицией егерей. Наемники не были расслаблены межсезоньем и службу тащили исправно. Серьезные ребятишки. Рано их списывать в расход!

Пожалуй, обычным диверсантам здесь делать было нечего. Но имеющие на борту вездеходов огнеметные установки и ПТРы бойцы батальона не оставили двум блокпостам второго батальона ни единого шанса. Кто ожидает увидеть у себя в тылу крепкую бронегруппу с тяжелым вооружением?