Не хочу даже близко ко всей этой кодле подходить. Но понимаю, что пока Никита меня не отпустит, моя малышка под угрозой.

Хотя есть шанс, что он поскорее уже допьется и отрубиться? Это был бы самый выгодный для меня вариант. Тогда мне бы не пришлось оставаться здесь на ночь, можно было бы свинтить домой, в надежде что утром Никита проспится и снова станет человеком. Хоть чуть-чуть.

Вздрагиваю, когда мимо меня вдруг проходит Рома. Будто и вовсе игнорируя. Удивительно даже.

Он направляется к толпе окружившей именинника, но к самому Никите не подходит. Огибает парней и подходит вплотную к танцующей в одиночестве Светке. Приобнимает ее за талию и что-то шепчет на ухо.

Сучка и рада стараться. Вся извивается в по-настоящему мужских объятиях. Что-то отвечает ему, близко придвинувшись к его уху.

Блин, да почему же меня это так сильно бесит?

Хотя чего тут удивляться. Мало этой твари было склеить моего парня, так она теперь и за мужа взялась?! И эти кобели одинаковые выходит. Яблоко от яблоньки — как говорится.

Мерзость!

Отворачиваюсь и снова иду к фуршетному столу за шампанским. Предыдущая партия уже выветрилась из организма. А мне явно не помешает допинг для взаимодействия с этим террариумом.

Успеваю сделать глоток, когда слышу какой-то шум сзади.

Оборачиваюсь. Отыскиваю взглядом какую-то потасовку у бассейна, и открываю рот от шока…

В ужасе наблюдаю, как Рома топит Эдика в бассейне. Роняю бокал.

Это он из-за меня что ли?! Или… что на него нашло?!

Чувствуя свою причастность к происходящему я быстрым шагом обхожу бассейн, и иду к месту потасовки, где уже собралась толпа зевак. Но никто ничего не делает. Идиоты!

Пропихиваюсь в эпицентр скандала как раз в тот момент, когда Рома приподнимает голову Эдика над водой.

— Смотрю тебя в армии манерам не научили, — зло усмехается Рома. — Щас я научу.

— Р-Роман Евгенич, вы о чем? — выдавливает Эдик непонимающе. — Че я сделал-то?

— А ты не знаешь? — саркастично спрашивает Рома.

— Нет! — уверенно говорит сучок, столкнувший меня в бассейн.

— Ну тогда еще подумай, — рявкает Рома и макает его голову обратно в бассейн.

— Рома! — вскрикиваю я, но тут же добавляю. — Ннн… Роман Евгеньевич, прекрати-ть-те!

— Щас, Лесь, — он невозмутимо подмигивает мне. — Он вспомнит, что сделал и прекратим. Обязательно прекратим.

— Пап, ну ты че? — рядом со мной вырастает Никита. — Это ж мой друг…

— А это твоя невеста, насколько я понимаю, — Рома кивает на меня. — Обычно это значит — будущая жена. И если ты позволяешь своим друзьям так обращаться со своей спутницей жизни, то очевидно ты еще не готов жениться.

— Да готов я! — тут же бросается спорить Никита. — Эд просто слегка одичал в своей армейке, забыл как с девушками друзей обращаться. Вот и все.

— Знаешь как в таких случаях говорят, сынок? — злится Рома. Наконец вытаскивает голову Эдика из воды: — Таких друзей за хуй и в музей. Правильно, говорю, Эдик-педик?

Ого. Он правда из-за меня так разозлился?

— Да я вообще ничего не знаю, — воет гаденыш.

— Уверен?! — Рома явно собирается макнуть его обратно.

И Эдик тут же начинает визжать:

— Да я это, я! Я толкнул ее! Но я случайно!

Рома поднимает на меня глаза:

— Олесь, он случайно?

А я просто дар речи потеряла от вот такой показательной порки в мою честь.

И где был Рома, когда меня буллили в старшей школе? Там бы он мне очень пригодился.

— Вот видишь, — продолжает Рома, переключая внимание обратно на Эдика. — Молчит. Значит врешь ты!

— Хорошо-хорошо! Не случайно. Но клянусь, я просто пошутить хотел! Я же не знал, что она плавать не умеет.

— В это поверю, — Рома наконец слегка ослабляет хватку, так что все присутствующие облегченно выдыхают. — Если уж даже Никита не знал, то куда тебе.

— Пап, кстати. А как ты узнал, что она плавать не умеет? — на удивление проницательно подмечает пьяный вдрабадан Никита.

Молчу. Не представляю, как он выкручиваться собрался. Самой интересно, с чего он помнит обо мне такой не слишком примечательный факт.

Я-то помню. Как мы на дикое озеро пошли прогуляться после дня рождения свекрови. Как раз рядом с ее дачей. У меня даже купальника с собой не было. Рома спонтанно предложил занырнуть. А я разве могла ему отказать? Пошла в белье.

Он тогда меня пытался научить плавать. Но я как топор все ко дну шла, стоило ему меня отпустить.

В итоге он не отпускал.

У меня мурашки по спине рассыпаются, как вспомню его огромные ручищи на своей талии. Кажется так долго и так близко к своему мужу я за всю жизнь не была. Он тогда еще выпивший был после застолья. И смотрел так…

Судорожно вздыхаю, обнаружив, что Рома таранит меня потемневшим взглядом.

Будто он тоже помнит тот вечер на озере.

И то, чем закончилось наше с ним обучение плаванью…

К слову да, плавать я так и не научилась. Зато тот наш секс у озера я никогда не забуду.

— Она ж не всплывала, — охрипшим голосом отвечает сыну Рома и все смотрит на меня. — А вы идиоты пьяные поняли бы, что она тонет, только когда совсем поздно было бы.

Ух, оправдался. Кажется все повелись.

Но взгляда от меня своего он так и не отводит.

А меня в жар бросает от мысли, что он знает о чем я сейчас думаю. И что тоже об этом думает…

Фу-фу-фу! Олеся, отставить немедленно! Еще не хватало тут течь от воспоминаний о сексе с бывшим мужем! Ужас!

Рома с самодовольной усмешкой переключает внимание обратно на свою жертву:

— Ну, что Эдуард, мы долго будем ждать извинений? — требует он.

А меня дико бесит эта его реакция. Чего это он ухмыляется? Неужто и правда понял, о чем я думала? Еще не хватало!

Обнимаю себя руками:

— Не нужны мне никакие извинения. Ничего страшного не произошло, — фыркаю я. — Эдик просто пошутить хотел. Так что не перебарщивайте, Роман Евгенич.

Виляю хвостом, собираясь свалить из этого столпотворения обратно к столу с шампанским, но замираю в шоке, встретив перед собой неожиданную преграду…

Кажется шампанского теперь мне будет маловато.

Блядь, Вика…

Знаю, что сам велел ее доставить на день рождения сына в любом состоянии. Но тогда я еще не знал, что тут будет Олеся. А когда узнал, надеялся успеть избавиться от нее до появления Вики.

Сейчас успокаивает только тот факт, что Вика вроде не знает, как выглядит моя бывшая жена. Зато Олеся…

Пиздец.

Судя по побледневшему личику моя маленькая жена очень хорошо запомнила женщину разрушившую наш брак.

— Щас поднялся и нахуй отсюда свалил, — рявкаю я Эдику, заканчивая разбираться с первой проблемой, и на ходу обмозговывая, как быть дальше. — И чтобы я тебя рядом с ними больше не видел. Понял меня? — с трудом сдерживаюсь, чтобы не макнуть его ебальником еще и в плитку, дабы подправить слегка его профиль. Но понимаю, что меня ждет куда более неотложная проблема.

А именно потерявшая дар речи Олесенька. И едва стоящая на ногах Вика, смеряющая оценивающим взглядом преграду на своем пути:

— А ты у нас кто такая? — высокомерно требует мать Никиты. — Это про твою честь наш папочка так разошелся что ли?

— Мам, знакомься, — Ник успевает среагировать раньше меня, и приобнимает Олесю за плечи: — Это моя невеста, о которой я вам с отцом рассказывал — Олеся.

— Вот как? — ухмыляется Вика, окидывая Олесю еще одним раздражающим взглядом. — Невеста, значит? Прям вот так сразу? Не слишком ли поспешное решение, сынок? Может все же пока просто девушка, а?

— Нет, мам, — Никита натянуто улыбается, на фоне Вики выглядя значительно трезвее. — Именно невеста, — выразительно настаивает он, — и отец ее уже одобрил. Да же, пап?

Блядь. Меня вся эта ситуация пиздец как бесит.

Подхожу ближе. Олеся так и не отмирает. А мне если честно хочется просто всех нахуй послать, закинуть ее на плечо и свалить в закат.