О. Я действительно это помнил. В то время я просто подумал, что это произошло ни с того ни с сего, и я случайно оказался рядом. Я очень волновался, он несколько дней не приходил в школу, но когда вернулся, сказал, что в порядке и не очень хочет об этом говорить.

— Я забыл, потому что ты не хотел об этом говорить, — сказал я ему.

— Да, тогда я понял, что окончательно и бесповоротно пропал, влюбившись в тебя, и что мне, вероятно, пиздец.

Я сглотнул ком в горле.

— Жаль, что я не знал этого тогда. Думаю, всё было бы иначе.

— Возможно, — ответил он. — Но, если бы что-то пошло иначе, у нас не было бы Тары.

Я улыбнулся. Да, не было бы, так что, возможно, всё сложилось идеально. Хотя я не мог заглушить ту мысль на задворках сознания, которая твердила мне, что я был лишь временной частью их договоренности.

— И всё же я жалею, что не провел тот гон с тобой, — прошептал он мне на ухо. — Не делая ничего, кроме как трахая твою тугую дырочку снова и снова, пока ты не стал бы податливым и не истекал бы мной.

Звук, вырвавшийся у меня, был непроизвольным.

— Чарли, — заскулил я. К этому моменту мой член стал твердым как камень.

— Что, звездочка? Изнываешь от нужды при мысли о моем члене глубоко внутри тебя? Или это из-за этого?

Мои глаза были полуприкрыты и полны похоти, но они широко распахнулись, когда я проследил за его кивком туда, где теперь стояла Тара.

В ее руках не было полотенец, только она сама в купальнике. Я даже не был уверен, можно ли это так назвать. Маленькие черные треугольники едва прикрывали соски, а подходящие к ним плавки были точно такими же — настолько узкими, что я мог разглядеть очертания ее киски.

Блядь, что они со мной делают?

Рука Чарли поползла вверх, почти касаясь моего изнывающего члена, но всё же не доходя до него. Тара повернулась без всякой причины, демонстрируя стринги, съеденные ее ягодицами, показывая всё это во всей красе.

Я сейчас точно умру, я был почти уверен в этом. Или уже умер, и это был рай. В любом случае, я не хотел, чтобы это когда-нибудь заканчивалось.

— Что происходит? — спросил я.

— Не понимаю, о чем ты, — сказала Тара, неспешной походкой направляясь к джакузи. — Просто захотела насладиться горячей ванной с вами.

Она залезла внутрь и, вместо того чтобы сесть на противоположную сторону, где еще оставалось место, подошла и уселась мне на колени, закинув ноги на Чарли. Моя рука легко обняла ее.

— Ну, так о чем вы тут болтали? — спросила она.

Я уже инстинктивно собирался ответить «ни о чем», но Чарли меня опередил:

— О том, как Джесси чуть не обрюхатили во время моего первого гона.

Я простонал, желая, чтобы этот разговор закончился, но Тару это совершенно не интересовало.

— Серьезно? Расскажи подробнее, — она поерзала у меня на коленях, казалось, намеренно потираясь о мой ноющий член.

Чарли тоже не помогал ситуации, прижимаясь ко мне сильнее. Если бы в словаре была фотография рядом с термином «би-паника», то это был бы я прямо сейчас, потому что, о боже мой.

— Рассказывал ему о том, как этот легкий лимонный запах сводил меня с ума, делая его таким, что перед ним невозможно устоять.

— Согласна, — продолжила Тара. Она глубоко вздохнула, отчего ее сиськи слегка подпрыгнули прямо перед моим лицом. — Я всегда его обожала.

— И становится еще хуже, когда он возбужден, — добавил Чарли, целуя меня в шею сбоку.

— Блядь, что вы двое делаете? — спросил я, извиваясь больше, чем мне бы того хотелось.

— Мы просто разговариваем, разве нет? — рука Тары зарылась в мои волосы, довольно сильно сжав пряди.

— Ага, просто проводим время стаей, — пробормотал Чарли.

От слова «стая» я громко ахнул. Никто из нас раньше не использовал этот термин по отношению ко всем нам вместе.

— Время со стаей важно, особенно когда один из твоих партнеров не помечен.

Этот разговор, казалось, принимал серьезный оборот.

— То, что следует исправить, не думаешь?

Мой взгляд заметался между ними.

— Вы говорите то, о чем я думаю?

— О том, что мы хотим, чтобы ты был в нашей жизни вечно, и не хотели бы ничего больше, чем сделать тебя частью нашей стаи? — спросила Тара. — Да.

Дыхание, вырвавшееся у меня, было прерывистым.

— А ты? — спросил я Чарли.

— Думаю, я ясно дал понять, что для меня это всегда был ты. Без тебя ничего бы не вышло. Просто с тобой в комплекте шел небольшой бонус, — он подмигнул Таре у меня на коленях, которая хихикнула в ответ.

— Вы уверены? — продолжил я. — Узы — это серьезное обязательство, а я всего лишь бета. И я не уверен, что хотел бы включать кого-то еще.

— Ты же знаешь, я с опаской относилась к появлению одного альфы, — сказала Тара. — Тот, который нам в итоге достался, довольно хорош. Но меня вполне устраивает, что это мое «навсегда». Вы оба даете мне всё, что мне нужно.

На глаза навернулись слезы, которые я попытался сморгнуть. Всё это время мысль о том, что этого никогда не произойдет, была свежа в моей памяти, заставляя чувствовать, будто мое время с ними ограничено. И хотя беты не могли создавать узы сами, их могли привязать к себе, и это означало навсегда, так же, как это было бы с любым из них.

— Для меня будет честью. С вами обоими.

— Ох, щеночек, это не для тебя должна быть честь, а для нас. Ты такой идеальный партнер, больше, чем мы когда-либо могли мечтать, и мы хотим тебе это доказать.

Внезапно ее губы оказались на моих, вжимая меня спиной в стенку джакузи. Она повернулась, чтобы оседлать меня. Ее бикини ничего не скрывало, позволяя ее коже касаться меня повсюду. Мои руки заскользили по ее животу, бокам и спустились к заднице. Я часто признавал это, но я никогда не перестану поражаться тому, насколько она потрясающая.

И насколько теперь она была моей.

И это было не единственное место, откуда я получал внимание. Чарли не отходил от меня ни на шаг, его руки блуждали по нам обоим, чуть ли не скрепляя нас вместе. Он прокладывал дорожку поцелуев вдоль моей челюсти, по шее, пока не добрался до уха, слегка покусывая его.

Вода вокруг нас бурлила, но жар внутри меня разгорался куда сильнее.

— Пойдемте в номер, — хрипло прошептал Чарли, отрываясь от моей шеи. Нам не потребовалось много времени, чтобы выбраться из джакузи. Забыв о полотенцах, мы, оставляя мокрые следы на полу, поспешили внутрь. Мы едва добрались до огромной кровати, как мои ноги подогнулись.

Я рухнул на матрас с глухим «уф» и быстро оказался в окружении. Тара опустилась ниже, стягивая с меня шорты, а Чарли оказался прямо по другую сторону от нее, обхватывая мой член, как только он освободился. Я выгнулся на кровати, мое тело непроизвольно реагировало на них.

— Хочешь попробовать его на вкус, малышка? — спросил Чарли, наклоняя мой член к ней, словно это был леденец.

Ответа не последовало. Тара просто наклонилась и взяла мою головку в рот, опускаясь по стволу так далеко, как позволяла рука Чарли, прежде чем подняться обратно. Блядь, это было так охуенно, что я думал, что растаю прямо на кровати. Превращусь в лужу, которую им придется слить в банку и унести домой.

— А вот и тот самый лимонный вкус, — сказала она, высунув язычок, на котором поблескивала капля моей предсеменной жидкости. Ей потребовалось лишь мгновение, чтобы вернуться к делу, без труда заглатывая меня и сводя с ума.

В следующий раз, отстранившись, она выпустила меня изо рта с чмокающим звуком и лизнула вдоль ствола. Вскоре я почувствовал еще один язык с другой стороны. Я резко приподнялся на локтях и увидел Чарли прямо рядом с ней — по сути, они вдвоем сосались, только между ними был мой член. Их губы скользили по обеим сторонам, и они оба снизу вверх смотрели на меня.

Я умер. Это было единственным разумным объяснением. Иначе всё это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Мои руки зарылись в их волосы, такие разные на ощупь. У Тары они были шелковистыми, и за них было удобно держаться. А у Чарли — короткими, и им определенно не помешал бы кондиционер.