– Интересно, у нас получилось?.. – пробормотал я.

Провалиться обратно в астрал вышло не сразу. Простейшая магия никак не хотелась подчиняться, Основа жалобно стонала, и только с третьей попытки, наконец, сумела подключиться к контуру.

И неудивительно.

Схема работала нормально, но примерно две трети маны из нее исчезло, будто неведомая сила вытянула не только весь резерв, а еще и прошлась по всем завязанным на алтарь чарам, позаимствовав энергию и оттуда. Видимо, такова была цена… чего?

Избавления от аспекта Смерти, который я спалил первородным пламенем? Или?..

– Что ты видишь? – спросила Галка, легонько сжав пальцами мое плечо. – Оно еще… там? Внутри?

– Нет. – Я снова прикрыл глаза, распуская в астрале светящиеся нити. – Уж чего, а этой дряни во мне точно больше нет.

Смерть ушла. Исчезла… но не бесследно. Я уже давно не пытался считать, сколько пунктов основного аспекта получил с тех пор, как мой магический профиль изучали в военном госпитале, но их определенно стало куда больше. Похоже, именно на то количество, что покинуло мое тело в виде уродливой черной кляксы.

Черным нити сгорели – и тут же возродились из пепла, но уже в виде огненных, будто ритуал каким‑то образом смог не просто вытянуть из меня всю дрянь, а каким‑то образом еще и вернул ее обратно другим аспектом.

Впрочем, ничего удивительно. Магия есть магия – и неважно, какого она цвета и насколько дрянной консистенции. Закон сохранения энергии в чистом виде. Конверсия одного в другое…

Правда, что‑то подсказывало – Галка здесь совершенно не при чем.

– Ну же, князь! – нетерпеливо проговорила она. – Что там?

– Там… – отозвался я, еще раз пересчитывая огненные прожилки в астрале. – Там все хорошо.

Пятьдесят шесть сияющих ниточек вместо прежних тридцати семи. Не знаю, как так вышло, но я чудесным образом прыгнул из не самого выдающегося пятого ранга в уверенный третий, проскочив целую ступень, на преодоление которой у местных Одаренных порой уходят годы. Аспект Жизни как будто тоже восстановился и даже нарастил сверху пару пунктов, но куда больше меня сейчас интересовал Огонь – мое главное оружие в грядущей схватке. До старика Зубова я, конечно, пока еще не дотягивал и близко, но…

Вдоволь помечтать о том, как использовать неожиданно обретенную силу, я не успел. За стеной в оружейне раздались негромкие шаги, и дверь скрипнула, отворяясь.

– Опять с самого утра в кузню сбежал… А я тебя везде ищу, – недовольно произнес знакомый голос. И вдруг зазвенел, едва не срываясь на визг. – Мать милосердная, ты… с ней? Чем вы тут занимаетесь⁈

Да уж, неловко вышло. Мы с Галкой только что одолели саму магию. Вместе вступили в схватку с моей темной стороной, воспользовались древним ритуалом. И не только изгнали аспект Смерти, но и каким‑то немыслимым образом сумели превратить его в Огонь. Можно сказать, сражались бок о бок, победили – и эта победа среди всех прочих лично для меня оказалась точно не из легких.

Но для Кати все, конечно же, выглядело несколько иначе. Я – голый по пояс, перепачканный пылью и пеплом, налетевшим на пол из горна, взъерошенный и с безумными глазами. Галка – с насквозь мокрой от пота рубашкой, прилипшей к телу, сидящяя рядом и сжимающая меня в объятиях. Оба измученные, однако довольные неизвестно чем. Ветхий плащ на полу, моя косоворотка на верстаке, явно брошенная в спешке и как попало…

Ничего себе картина.

– Это… это не то, что ты подумала.

Голова еще слегка кружилась, кузня плавала из стороны в сторону, но я все же сделал над собой очередной усилие и встал. Главным образом для того, чтобы ее сиятельство вредина смогла убедиться, что хотя бы штаны с ремнем у меня на месте. А Галка и вовсе одета с ног до головы, и вспотели мы исключительно оттого, что пламя в горне полыхало несколько часов подряд.

– Не то, что я думаю? – Катя опустила голову и демонстративно прикрыла глаза рукой. – Я вообще стараюсь не думать… Матерь милосердная, Игорь, ты в своем уме?

Галка тут же принялась едва слышно хихикать в кулак, а когда я бросил на нее самый суровый из всех возможных взглядов, стихла, но улыбаться не перестала. И пожала плечами, будто хотела сказать – ну, так уж вышло, князь.

Для нее все это наверняка было тем еще представлением. Вряд ли нравы в Тайге отличались особой строгостью. Там, где нет ни сословий, ни титулов, ни матушек из храма, назначенных стеречь честь и нравственностью юных дев, люди вполне могли и вовсе обходиться без браков. А уж на законы и традиции Пограничья Галка плевала с самой высокой сосны.

А вот Катя… Впрочем, она тоже не выглядела по‑настоящему обескураженной. Удивленной, сердитой, может, даже слегка разочарованной – но не более. Я мог только догадываться, как развлекался пропавший в тайге брат Михаил, однако и он наверняка тоже не жил монахом – при том, что никогда не был женат. Да и дядя, совсем недавно разменявший шестой десяток, тоже вполне мог иметь… скажем так, подругу.

Вряд ли из прислуги – для этого он слишком дисциплинирован и осторожен. И не из Отрадного – слишком близко. Куда больше на роль дядиной пассии подошла бы какая‑нибудь озорная вдовушка из Орешка или Тосны. Знать об этом Катя, конечно же, не могла, зато наверняка догадывалась.

Похоже, ее недоумение вызвал не сам факт, что ее драгоценный братец решил ночью порезвиться в кузне, а то… точнее, та, кто составил мне компанию.

– От всей души надеюсь, что мне это приснилось, – простонала Катя, жмурясь и медленно сползая плечом по дверному проему. – Игорь… Неужели ты хотя бы не мог выбрать кого‑нибудь посимпатичнее?

– На себя посмотри, – тихо буркнула Галка. – Тоже мне красавица нашлась.

– Так, ну хватит! – Я протянул руку. – Пойдем. Болтать будешь потом.

Не хватало еще, чтобы нашу перепалку услышали снаружи. Катя не из тех, кто станет разносить слухи по всему Пограничью, гридни тоже умеют держать язык за зубами, но если неподалеку окажется кто‑то из прислуги – жди беды.

– Как вам будет угодно.

Галка вцепилась в мою ладонь, рывком встала и направилась к двери. Но от хулиганства, конечно же, не удержалась: в Катину сторону даже не взглянула, зато откуда‑то точно знала, что та сама будет смотреть вслед – и принялась при каждом шаге слегка покачивать бедрами. И уже у выхода на улицу вдруг обернулась и вроде бы шепотом – но так, что наверняка было слышно даже в Тайге за Великановым мостом – произнесла:

– Спасибо тебе, князь. Эту ночь я никогда не забуду.

Катя закатила глаза. Спектакль получился куцым, но, похоже, все‑таки весьма убедительным. Пускаться в объяснения я в любом случае пока не собирался, так что оставалось только подхватить плащ с крюка, натянуть его прямо на голое тело, и отправиться наружу. Чтобы объяснить кое‑кому, как следует себя вести, если хочешь переехать из уютных апартаментов в подземелье.

– Жди… жди здесь! – бросил я на ходу, обернувшись. – Сейчас вернусь.

Катя не ответила. Зато проводила меня взглядом, который стоил тысячи слов. Выводы о моем воспитании и не самых выдающихся умственных способностях сестра, похоже, уже сделала, и теперь в ее глазах отражалась только тревога. Что коварная пленница навредит бестолковому и легковерному братцу, что стащит из кузни какую‑нибудь драгоценную железяку – или просто сбежит.

А ведь Галка могла. Если не прирезать меня втихаря, то удрать – уж точно. Бегала она куда быстрее меня, а прятаться умела так, что ее не отыскала бы и вся дружина с собаками. Шагая к выходу, я даже успел засомневаться…

Но – зря. Галка терпеливо дожидалась прямо за дверью, чуть поеживаясь от холодного ветра. После жара кузни даже ей утро ноября наверняка показалось промозглым и хмурым.

– Не бойся, не убегу, – усмехнулась она, будто прочитав мои мысли. – Сама не знаю, как так вышло, но я теперь с тобой надолго.

– Вот как раз этого я и боюсь, – со вздохом отозвался я. И тут же сдвинул брови. – Какого черта ты творишь? Неужели нельзя вести себя прилично?