– Это мой синтет! Руки прочь, ублюдок! – прорычал Рокот, и вдавил обе гашетки.

Протосушество, альфа‑сущность, или непонятное угребище из лесу – против двух шестиствольных авиационных пулеметов не устоит ни одна тварь.

По крайней мере, до сегодняшнего дня Рокоту таковых не встречалось.

Новый удар швырнул меня на землю, и как я ни пытался понять, как это так получилось – не выходило. Я попытался встать, и взвыл: несколько ребер определенно были сломаны. Нейроген глушил боль, наноботы уже начали работу по регенерации организма, а боевой режим не давал окончательно свалиться в беспамятство, но чувствовал я себя, мягко говоря, хреновенько. М‑да. Кажется, этот парень определенно играет в высшей лиге. Ну, ничего, сорняк недополотый, сейчас я поднимусь, и…

На лицо упала огромная тень, заслонившая луну и полнеба впридачу, два кроваво‑красных прожектора смотрели, кажется, в самую душу. Я скрипнул зубами и попытался вытянуть перед собой руку с лазерным модулем. Вот только тело не слушалось. Леший что‑то проскрипел, лапа‑ветка поднялась, размахнулась…

И в этот момент откуда‑то с неба на пляж с воем обрушился мультикоптер. Раздалось короткое жужжание, а потом по ушам ударил грохот авиационных пулеметов. Охренеть‑не встать! Ребята, кто бы вы ни были, но как же вы вовремя!

Собрав все силы, я кувыркнулся через голову, стараясь убраться с линии огня, и тут же в спину Лешему ударили потоки свинца, огненными трассерами рвущиеся с небес. Пули врезались в тварь, просаживая фазовый щит, срывая куски коры и ломая ветки. Твари это явно не понравилось. Он издал странный, протяжный крик – скрип, треск и вой одновременно, моментально потерял ко мне интерес, и развернулся, замахиваясь…

Чудовищный удар, обрушившийся на мультикоптер, едва не сбросил летающую машину с небес на бренную землю. Коптер качнуло, он резко ушел в сторону, скрывшись за верхушками деревьев, а Леший снова повернулся в мою сторону.

Охренеть… Вот это силища… Но твою мать, это за коптер и откуда он взялся? Пока что я видел здесь только одних ребят, использующих летающие машины, и не могу сказать, что мне очень хочется с ними встречаться снова… Впрочем, это не самая насущная из имеющихся проблем. Сначала нужно решить основную, пока она не решила меня.

– Ну ладно, пень недорубленный, – пробормотал я, вставая. – Придется самому тебя утихомиривать. Симба, тактический режим!

– Недостаток информации о противнике может привести к ошибкам в построении тактических схем, – немного нервно предупредил ассистент.

– Лучше с ошибками, чем никак, – огрызнулся я, и, сменив тон, попросил помощника: – Симба, родной, ты уж постарайся. Видишь, придется нам рубить эту корягу, больше некому.

– Работаю, – отрывисто бросил ассистент, а через миг в визоре вспыхнули направляющие тактического модуля. За считанные секунды нейросеть в моей голове прогнала тысячи вариантов атак, уклонений, развития событий, чтобы построить тактическую схему, которая с наибольшей вероятностью приведет к победе. Во всяком случае, если Леший не преподнесет новых сюрпризов. В итоге на визоре высветилась целая цепь знаков и комбинаций, я тряхнул головой, мысленной командой влил в себя еще порцию нейрогена и бросился вперед.

* * *

Удар, сотрясший мультикоптер, был такой силы, что в первую минуту Рокот решил, будто машина взорвалась. Но нет. Коптер развернуло, бросило в сторону, взвыла сигнализация, салон заполонили красные всполохи сигнальных ламп, но машина осталась в воздухе. Пилот, впившись в рычаги, страшно матерился, пытаясь стабилизировать летательный аппарат, и, кажется, ему это удалось. Машина сперва клюнула носом, но потом выровнялась, набрала высоту и ушла в сторону, укрываясь за кронами деревьев.

– Второй заход! – прорычал Рокот, снова хватая рукояти управления стрелковым комплексом.

– Второго такого удара машина не выдержит! – повернул к нему голову пилот, и Рокот понял, что пилот не отлынивает с перепугу, а доносит объективную информацию. – Рухнем прямо в Рощу!

– Дерьмо… – выругался Рокот, и решительно отстегнул ремни безопасности. – Внимание, отряд! Готовимся к десантированию!

– Что‑о‑о? – Костоправ аж поперхнулся паром из неизменного вапорайзера. – Командир, это плохая идея!

– Когда мне понадобится твое мнение – я им поинтересуюсь! – обычно спокойный Рокот гаркнул так, что отрядный медик аж голову в плечи втянул. – Надеть экзокостюмы! Задача – ликвидация протосубъекта и захват синтета! – отдав команду, Рокот первым проследовал в десантный отсек, где на магнитных зажимах ждали своего часа боевое снаряжение группы.

Отряд отреагировал мгновенно. Резак хищно оскалился, крутанул в руках любимую «Барракуду», вернул ее в ножны и направился за Рокотом. Молот поднялся, схватил пулемет, и, рыча что‑то одобрительное, принялся облачаться в тяжелый штурмовой экз. Клык и Вьюга отреагировали спокойно. А вот Костоправ, скривившись, покачал головой: ему эта идея явно не нравилась. Впрочем, обсуждать и тем более – саботировать приказ командира ему даже в голову не пришло.

– Пилот, заходим на десантирование! – распорядился Молот. – Открывай аппарель!

– Есть! – коротко отозвался тот.

– Держись рядом, в случае чего – окажешь поддержку, по сигналу – эвакуируешь.

– Так точно!

Рокот впрыгнул в костюм, ударил по груди, давая команду на закрытие. Загудели приводы, мягко опустился шлем, в визоре вспыхнули строки диагностики.

– Аппарель разблокирована! – доложил в наушниках голос пилота. Рокот кивнул и ударил бронированным кулаком по кнопке на стене.

Зашипела гидравлика, аппарель начала опускаться. Рокот отстегнул от магнитного зажима тяжелый деструктор, взял оружие в руки, и первым шагнул в пустоту.

Похоже, у способностей Лешего тоже было что‑то вроде отката: по крайней мере, кинетикой направо и налево он больше не лупил. Но даже так подобраться к нему было очень даже непросто. Существо оказалось невероятно быстрым для своих размеров, и двигалось с завидной легкостью. Но мне пока удавалось уходить от ударов… Вот только подобраться ближе, чтобы нанести собственные, не удавалось.

Я кувырком ушел от удара плетью и хлестнул в ответ лазером – но Леший уже успел убрать конечность, и, более того – нанести новый удар. Изонувшись, я пропустил плеть в считанных сантиметрах и снова активировал лазерный модуль. На этот раз – удачно. Тонкий луч секанул по руке‑ветке, и ее часть, дергаясь, упала на песок. Леший взревел, а в следующий миг на меня снова обрушился кинетический удар, равного которому я пока еще не испытывал. Фазовый щит вспыхнул и погас, а вместе с ним погасло и мое сознание. Черт. Кажется, в этот раз я явно выбрал себе противника не по рангу.

Рокот приземлился, чуть присел, и тут же вскинул деструктор. Рядом тяжело грохнулся Молот – и без того крупный штурмовик в экзокостюме выглядел совсем гигантом. Справа мягко присела Вьюга, в броне, столь же изящной, как и она сама, но с огромной пушкой в руках. Поодаль приземлились Клык и Резак.

В этот момент протосубъект, чем бы он ни был, снова ударил по синтету, отбрасывая его в сторону. Тот отлетел на добрый десяток метров, упал на песок и замер: либо мертвый, либо без сознания. Лучше бы, конечно, второе – тогда задача значительно упрощается.

– Молот, Вьюга, Клык – со мной! – скомандовал Рокот, чувствуя, как в крови закипает адреналин. – Займемся этим ублюдком. Резак, Костоправ – захват синтета. Быстрее, пока не очухался!

И, не дожидаясь, пока растительная тварь обратит на них внимание, прицелился и всадил ему в спину импульс из деструктора. Тварь заревела, покачнулась и повернулась в его сторону. Рокот усмехнулся, с удовольствием ощущая мощь костюма и вжал приклад деструктора в плечо.